Дракон для прилежной ученицы - Алена Яковлева

– А вот и наша главная героиня, – удовлетворенно произнес Элегиас.

Он обошел алтарь, приблизился ко мне и взял за руки. Пальцы фарна были на удивление теплыми, даже горячими. Я хотела отпрянуть, но вдруг навалилось оцепенение, которому не было сил противостоять. Ректор повел меня к стеллажу с книгами и усадил на высокий деревянный стул. В голове вяло шевельнулась мысль – где все-таки Аравель? Быть может, он найдет Саяну и они вместе нас спасут?.. Тут ведь один-единственный обезумевший колдун. Аглорию вообще можно не брать в расчет – куда ему до самого настоящего дракона.

– Прежде чем мы начнем, вы должны меня выслушать, – сказал Элегиас, облокотившись о стеллаж рядом со мной. – Не бойтесь. То, что случится, случится на благо всего мира.

– Ах ты… психопат! – процедил Рагон. – Тебя жизнь так ничему и не научила? За столько-то лет…

Элегиас вдруг скривился и дернул головой. В тот же миг его облик изменился – фарн стал высоким, худощавым, с черными, как у Рагона, волосами. Внешность – ничем не примечательная, но вот взгляд… Колючий, алчный, пронизывающий до костей.

– Вспомни, с кем ты говоришь, мальчик. Кельмарк Верховный. Так меня зовут.

Он сузил глаза и поднял подбородок. Я думала, уже ничему не удивлюсь, но… Верховный? Опустив глаза, я обнаружила, что вместо ног из-под его роскошной темно-синей мантии пробивается сверкающий дымок. Так он действительно джинн?! Если бы я носила вставную челюсть, она уже валялась бы где-то на полу.

Маори и Рагон, казалось, пребывали в не меньшем замешательстве. Бывший контрактник прошептал одними губами: «Защита спала». Эсса в ответ серьезно кивнула. Я немного приободрилась – действительно, после изменения облика Кельмарка больше не окутывало синеватое сияние. Значит, все идет по плану?.. Знать бы только, что у них за план.

– Я один из тех, кто создал Альсторн, – прошипел Кельмарк. – Но в итоге оказался здесь в ловушке, как и все.

В наступившей тишине послышался негромкий голос Маори:

– Вам следовало послушаться ваших братьев, – сказала она. – Жизни живущих в Альсторне нельзя использовать для создания лазейки наружу. Это как минимум низко.

– И что, тысячелетия просиживать здесь?! – рявкнул Кельмарк. – Или, как глупец Астор, мнить себя великим властелином, будучи узником?

– Так ректора убили вы? – спросила Маори.

Кажется, ее вопрос уже не требует ответа. Наверное, эсса просто пытается потянуть время. Хотя сам Кельмарк как будто никуда и не торопится…

– Астор – это и есть я, – с ухмылкой произнес он. – Я создал его, вложив частички собственной личности в фантома. Нужно было только контролировать, чтобы драгоценный ректор следил за своим здоровьем, не рисковал собой, регулярно пил омолаживающий чай… и в нужный момент смог отдать своему создателю все накопленные силы. Однако, – Кельмарк поморщился, – фантом жил слишком долго. Так долго, что решил, будто и впрямь существует. На празднике Урожая он ослушался меня – почуяв приближающийся выброс Силы, решил всех предупредить. Пришлось напомнить ему, кто он на самом деле.

– Если кто здесь и заслуживает смерти, то только ты, – с неприязнью произнес Рагон.

Кельмарк пожал плечами.

– Твое мнение субъективно. С моей точки зрения, все логично и оправданно. Только вот, – сказал он задумчиво, – сила, которую я планировал получить от ректора, к сожалению, ушла в никуда. Так что придется импровизировать.

Ответить ему никто не успел.

В комнате внезапно появился Аравель – на том самом месте, где раньше была дверь. Я вскочила и бросилась к нему, но Кельмарк поднял руку, и я застыла, как изваяние, буквально на половине шага. Дернулась, попыталась закричать, но все впустую – тело не слушалось совершенно.

Аравель сразу оценил расстановку сил и как будто даже не удивился, обнаружив Маори и Рагона в клетках. С грацией пантеры он обошел клетки, ловко перепрыгнул через алтарь, оттолкнувшись от него рукой, и встал прямо перед Кельмарком, глядя ему в глаза. Тот даже не шелохнулся, с молчаливым интересом наблюдая за драконом.

– Я помню тебя. И знаю, что ты собираешься сделать. – Аравель развернулся и указал на меня. – Не трогай ее. Взамен я предлагаю свою жизнь.

Если бы я могла шевелиться, накинулась бы на глупого дракона. Умереть вместо меня? Да что ж ему неймется-то – жить расхотелось?! А как же его хваленый долг? Кто станет продолжателем рода драконов? К сожалению, мои губы не двигались точно так же, как и остальные части тела, иначе и Аравель, и Кельмарк, и сам Альсторн со всем творящимся вокруг беспределом услышали бы сейчас о себе много нового.

Кельмарк рассмеялся.

– Отлично! – сказал он, похлопав Аравеля по плечу. – Чего-то подобного я и ожидал.

Джинн нравоучительно поднял палец к небу и обвел глазами кабинет, ненадолго задерживаясь взглядом на каждом из присутствующих.

– Нетрудно предугадать поступки, если хорошо знаешь человеческую… – Тут он запнулся, покосившись на Аравеля. – И драконью натуру. Намек там, намек здесь, – и все юные следопыты радостно топают в расставленные сети. Мои сети.

– Ты согласен или нет? – упрямо повторил Аравель.

– Разумеется, – кивнул Кельмарк. – Только мы немного поменяем условия. Мне пригодитесь вы оба: и ты, и девчонка. И даже те двое, – указал он на Маори с Рагоном. – Для каждого найдется своя роль.

– Ты не посмеешь! – прошипел Аравель.

Черты его лица медленно изменялись, совсем как тогда, на празднике Урожая. Тело стало вытягиваться, зрачки сузились, став почти кошачьими. Или точнее сказать – драконьими?..

Кельмарк насмешливо указал Аравелю за его плечо. Из-за небольшой ширмы вышла Саяна. Лицо девушки покраснело и припухло от слез, а взгляд не предвещал ничего хорошего.

Аравель явно был шокирован не меньше моего, превращение остановилось. Обернувшись, он так и застыл, опустив руки. Лицо разгладилось. Казалось, еще секунда – и он потянется к драконице, чтобы обнять. Воспользовавшись моментом, Саяна проворно подошла к нему и накинула на шею цепь с кристаллом – точь-в-точь таким, каким пленили его горгульи.

Дракон рухнул на светлый мрамор пола.

– Прости, – прошептала Саяна, глядя в угасающие глаза дракона. – Я… встретила его вчера. Он обещал вернуть мне жизнь…

Я почувствовала, как горячая капля стекает по щеке. Как она могла?! И ведь я все это время видела, что Саяна – едва ли не самое эгоистичное существо во всем Альсторне! Надо было вообще не подпускать ее близко…

Кельмарк улыбнулся.

– Благодарю тебя, моя дорогая, – сказал он драконице. – Теперь можно приступить к ритуалу.

Брезгливо обойдя лежащего Аравеля, Кельмарк взял книгу, раскрыл, и я вдруг ощутила, что больше не стою в замысловатой позе, не чувствуя тела. Я лежу! На том самом черном алтаре, все еще не имея возможности пошевелить и пальцем.