Ветер самоцветов, или Не влюбляйтесь в фейри - Ольга Шерстобитова

Тристан как-то грустно вздохнул.

Я покосилась на фейри. Интересно, он задумывался, что все может быть не так радужно? Я вот уже давно вышла из того возраста, когда читают сказки. За спиной пять лет университета. И новенький диплом экономиста лежит в кармане. Только почему-то душу не радует. Ощущение, что я долго бежала, не зная куда, надеясь на лучшее, а в итоге путь оказался замкнутым кругом.

Друзей за эти годы у меня тоже так и не появилось. Была, правда, Юлька, лучшая подруга, но… Дружба закончилась, когда я застала ее целующейся с тогда еще моим парнем. Банальная до тошноты история. Что тут скажешь? Не я первая, не я последняя, кто оказался в подобной ситуации. Порыдала, успокоилась и живу дальше.

Только тревоги и сомнения не отпускают. Мерзкое это чувство, когда жизнь складывалась неплохо, а потом в одночасье рухнула. Теперь впереди неопределенное будущее.

Можно было, конечно, позвонить родителям, уехавшим в очередную командировку. Но чем бы они помогли? Да и доверия между нами особого нет. Так уж сложилось. И папа, и мама у меня по профессии археологи. Вечно летом в разъездах, а в остальное время, свободное от командировок, чуть ли не живут в институте, изучая находки. Я их почти и не вижу. Пока не повзрослела, меня воспитывала няня, а на лето всегда уезжала к бабушке Аглае.

Тристан что-то недовольно проворчал, отвлекая меня от нечаянных воспоминаний. Решив не разочаровывать этого мечтателя, я сменила тему и поинтересовалась:

— Скажи… А как получилось, что вы с братом — оба герцоги? Да еще при живом отце? В моем мире такое нереально…

— Так люди и живут меньше, — хмыкнул Трис. — А фейри — долго, титула герцога можно и не дождаться. Не сыпать же из-за него яд в кружку любимого папеньке? Если серьезно — из-за наследования титулов среди нашей аристократии чуть не разразилась война. Ой, что было…

Я удивленно уставилась на него.

— В общем, в результате приняли закон, по которому титул герцога распространяется и на старшего сына фейри, перешагнувшего за сотню лет.

— А ты? Ты младший, но, насколько помню, тоже не какой-нибудь маркиз.

Тристан почему-то вздохнул и нахмурился.

— Повезло. Однажды отец спас жизнь принцессе. И Его Величество не нашел ничего лучше, как отблагодарить нашу семью еще одним герцогским титулом.

Странно, почему он кажется недовольным? С минуту я помялась, терзаемая любопытством, но совладала с собой и спросила:

— А что такое «летучка»?

— Так мы называем корабли, которые могут подниматься в небо, — с облегчением ответил Трис. — Их немного. Они строятся из особого дерева, которое растет, кстати, на тех самых Жемчужных Островах. Летучие деревья выращивают эльфы, а потом создают из них корабли. Из одного дерева получается один корабль. На Аруне их почти сотня, и то не на всех хватает. Если планируется путешествие, билеты на них выкупают заранее.

— Погоди, Арун — это место, где принц Эмилиан находится? — сориентировалась я.

— Да. И второй из Жемчужных Островов. Первый — Карисандра — принадлежит русалам. На нем водоемов больше, чем суши. Хвостатым там удобно мастерские создавать. И видела бы ты их украшения! Знаешь, берешь в руки, и кажется, что море в ладонях держишь!

— А ты, оказывается, романтик, Трис! — улыбнулась я.

— Так все фейри такие, — совсем не обиделся он. — Правда, некоторые, вроде моего брата Дана, пытаются это скрыть. — Усмехнулся, сощурился и напомнил: — Давай лучше рукава подберем! А то чую, терпение Дана скоро закончится. И тогда он на тебя их все наденет.

Я хихикнула и придвинула к себе ворох тканей.

— Эти не бери, — сказал Трис, когда я рассматривала нечто ярко-малиновое. — Тебе не подойдут. Такие, кстати… — он показал на алые, расшитые разноцветными нитками, и на малиновые, которые были у меня в руках, — носят торговки. И внимание привлекают, и смотрятся красиво с их разношерстными нарядами.

— А эти? — показала я на светло-зеленые, расшитые серебряной нитью.

— Эти? Можешь смело надевать. Зеленый и серебряный — цвета моей семьи. Если в них кто-то увидит, сразу поймет, что ты под нашей защитой, — лукаво улыбнулся Трис.

Я заподозрила какой-то подвох, но в комнате появился Дан, и ничего уточнить я не успела.

— Кто-то, кажется, домой хотел? — ехидно заметил он, прерывая такое увлекательное занятие, как рассматривание рукавов.

— Почти собралась, — ответила я, опять чувствуя, как у меня горят щеки.

Даниэль осмотрел меня с ног до головы. Многообещающе так, красноречиво. Да-да, я все еще сижу в тунике! Подумаешь!

— Даю пять минут на сборы! Иначе портал будет открывать Трис. И я не гарантирую, что ты попадешь домой, а не на ужин к химерам.

— И долго ты мне эту случайность припоминать будешь! — возмутился Трис.

Даниэль хмыкнул, покачал головой и вышел.

— Платье надевай, — велел младший, отворачиваясь.

Понятно: про химер лучше не уточнять.

Я быстро переоделась, взяла ножницы.

— Не жалко? — поинтересовался Трис, поворачиваясь.

Я кинула ножницы на кровать. И правда. Не резать же красивое платье из мести Даниэлю.

— А откуда ты знал, что я взяла ножницы? Спиной же стоял!

Тристан бросил взгляд на зеркало.

— Ты…

— Тихо-тихо! — Он выставил ладони в защищающем жесте. — Я не смотрел.

— Да неужели? — шагнула я вперед, сгорая от желания чем-нибудь его поколотить.

— Хорошо-хорошо! Самую чуточку! Да и нечего тебе скрывать! Красивая же!

Он увернулся от подушки, которую я бросила в его сторону.

— Трис! — раздался голос Дана.

— Уже идем! — отозвался он, помогая мне надеть рукава. Быстро продел шнуровку в вырезы платья, закрепил.

— Да ты, смотрю, в этом деле мастер! — не удержалась я от шпильки.

— И не говори!

И снова так лукаво улыбнулся, показывая очаровательные ямочки на щеках.

Мы вышли в коридор, отделанный в светло-бежевых тонах. Вдоль стен, на которых красовались круглые светильники, высились горшки с цветами.

— Мама любит заниматься садом, — сказал Трис, заметив мой заинтересованный взгляд. — И растения есть почти во всех комнатах. Нам туда.

Мы свернули и вышли к лестнице, ведущей в огромный холл. Дан стоял спиной к нам, о чем-то разговаривал с горничной, одетой в белый передник. Как только мы спустились, девушка исчезла. Дан обернулся, посмотрел на меня, глаза потемнели.

И что опять не так?

— Это ты мне назло сделал? — уточнил он у Триса.

— Вовсе нет! Она сама их выбрала! — возмутился младший, трусливо прячась за меня.