Загробные миры - Скотт Вестерфельд

– Нет.

Девочка взяла меня за плечо.

– Не шевелись.

Замерев по ее приказу, я ждала, что террорист поднимет пистолет и выстрелит. Но он прошел мимо… прямо сквозь нас, как будто мы превратились в дым или в туман.

Теперь я следила, как он удаляется. Он шел, и за ним, столбом расчищая воздушное пространство, клубилась хмурая мгла. Я различала только пластиковые стулья, телевизионные экраны и лежащие на полу тела.

– Мы в аэропорту, – пробормотала я.

Девочка нахмурилась.

– Конечно.

– Но почему…

Внутри облаков что-то сверкнуло, и к нам с грохотом покатился по полу металлический цилиндр. Он был размером с жестянку от безалкогольного напитка, вертелся, как безумный, шипел, а в довершение всего выбрасывал в воздух густой дым. Прокатившись по плиткам, цилиндр замер в нескольких метрах от нас. Спустя секунду чистый проход, который создал стрелок, опять заполнился туманом.

– Слезоточивый газ, – пробормотала я. Мы были не на небесах, а на поле боя.

«Служба безопасности докладывает», – говорила по телефону та женщина.

Я, наконец, поняла, что грохот – это выстрелы, приглушенные расстоянием или тем непонятным состоянием, из-за которого отказали мои органы чувств.

– Не волнуйся, – произнесла девочка, – здесь ничто не в силах тебе навредить.

Я вздрогнула.

– Где конкретно? Ничего не понимаю!

– Постарайся слушать внимательно, – сказала она более сердитым тоном. – Ты силой мысли создала себе путь в загробный мир, и если вернешься в реальность, тебя застрелят. Поэтому не дергайся!

Я изумленно уставилась на нее, не в состоянии ни говорить, ни двигаться. Это было уже чересчур.

Она вздохнула.

– Подожди меня здесь. Я приведу брата.

Она ушла, а я застыла, как истукан.

Туман или слезоточивый газ иногда рассеивался, и я видела, что повсюду валяются тела. Одежда и лица убитых были серыми, как и все остальное в этом мире. Краски выцвели, кроме моих собственных рук и крови, которую я время от времени вытирала с глаз.

Куда бы меня ни занесло, мне тут не место! Я еще… слишком живая.

После долгих минут ожидания из тумана начал вырисовываться какой-то силуэт. Вскоре я поняла, что ко мне приближается парень моего возраста. Я заметила его явное сходство с сестрой, за одним исключением. Его кожа была смуглой, как и моя – в конце долгого лета на пляже. Черные как смоль волосы ниспадали до плеч. Парень был в шелковой рубашке, струившейся по его телу, будто темная ртуть.

Даже в ту жуткую минуту меня поразила его красота. Он почему-то светился, словно сквозь него мог пробиваться солнечный свет. В общем, он был одним из тех парней, которые могут похвастаться безупречной линией подбородка. Они по-настоящему сногсшибательны, если чисто выбриты, однако легчайшая щетинка придает им дополнительную капельку привлекательности.

– Не бойся, – попросил он.

Я попыталась ответить, но во рту пересохло.

– Меня зовут Ямараджа, – сказал он. – Я помогу тебе.

У него был такой же акцент, что у сестры – думаю, индийский, с толикой британского. Слова выговаривались очень правильно, как человеком, который учил английский еще в школе.

– Я Лиззи, – выдавила я.

На секунду он растерялся.

– Сокращенная форма от Элизабет?

Я удивленно уставилась на него. Вопрос был таким странным.

Что-то мелькнуло в боковом зрении: еще один человек, быстро бежавший, пригибавшийся и увертывающийся на ходу. На нем были противогаз, черная униформа, пуленепробиваемый жилет. Должно быть, я увидела одного из хороших парней, но в эту минуту он походил на чудовище.

Ямараджа положил мне на руку свою ладонь.

– Почти закончилось. Я отведу тебя в безопасное место.

– Будь так добр, – согласилась я, когда он отвернул меня от приглушенного грохота выстрелов.

Затем я увидела, что впереди металлические ворота, которые всех нас обрекли на смерть. У их основания безмолвно лежали десятки неподвижных тел. Женщина прикрывала руками ребенка. У мужчины были разодраны в кровь пальцы, потому что он цеплялся за неподатливую сталь.

Я замерла.

– Здесь нас и настигли!

– Закрой глаза, Элизабет. – В его голосе ощущалась спокойная сила, которая заставила меня повиноваться, и он бережно повел меня вперед. – Не волнуйся, – повторял он, – верхний мир не причинит тебе вреда, если ты останешься спокойной.

Какое тут спокойствие! Мой страх был словно ядовитая змея в зоопарке, которая пристально глядит на меня из-за толстого стекла. Только прикосновение Ямараджи к моей руке не давало стеклу разбиться. Его кожа, казалось, обжигала мою.

При каждом шаге вслепую я ожидала наступить на тело или поскользнуться на крови. Но на самом деле моя одежда только слабо натягивалась, словно мы шли сквозь заросли ежевики.

– Теперь мы в безопасности, – наконец сказал Ямараджа, и я открыла глаза.

Мы оказались в другой части аэропорта, где стояли ряды пластиковых стульев, развернутые лицом к закрытым наглухо воротам пункта выхода на посадку. На стенах висели телевизоры с черными, не работающими экранами. Между стеклянными перегородками двигались пустые транспортеры.

Свет был таким же жестким и холодным, как везде, и все, кроме светящегося смуглого Ямараджи, оставалось серым. Но слезоточивый газ почти развеялся, превратившись в клочки и легкую дымку.

Я обернулась, чтобы рассмотреть путь, которым мы пришли. Ворота, за которыми лежали упавшие тела, были далеко.

– Мы прошли сквозь них? – спросила я.

– Не оглядывайся, важно, чтобы ты оставалась…

– Спокойной. Поняла! – Ничто не бесит меня больше, чем человек, требующий сохранять спокойствие. Однако сама способность дерзить означала, что я прихожу в себя после шока.

Когда я повернулась к Ямарадже, гнев испарился. Его взгляд был таким спокойным, и резкий свет словно становился мягче от мерцания в карих глазах. Один он в этом мире не был серым и холодным.

– У тебя до сих пор сочится кровь. – Он резким движением оторвал кусок от полы своей рубашки, а затем прижал ткань к моему лбу. И я почувствовала через шелк тепло его рук.

Сознание немного успокоилось. «У мертвецов не течет кровь». Я была не мертва.

– Та девочка, что меня нашла, она твоя сестра?

– Да. Ее зовут Ями.

– Она несла какую-то странную чепуху.

Его губ коснулась улыбка.

– Порой Ями бесполезна. Должно быть, у тебя есть вопросы.

Их у меня была сотня, но все они свелись к одному: