Бешеный Лис - Евгений Красницкий

– Сам же звал.

– Ага, пока каша дойдет, расскажи-ка мне, как ты десятком командовать собираешься? Или не думал еще?

– Вот и нет! Всю дорогу только об этом и думал.

– Ой, врешь!

– А проверь.

– Кхе! Ну и что же надумал?

– Показать?

– А есть чего показывать?

– Есть.

– Ну давай.

– Демка! – позвал брата Мишка. – Подойди сюда!

– Чего, Минь?

– Так, Демьян, приказом старшины «Младшей стражи» и с благословения княжьего сотника Корнея Агеича, ты, Демьян, с сегодня назначаешься десятником первого десятка «Младшей стражи».

– А чего это – я?

– Приказы не обсуждаются, а выполняются! Отвечать надо: «Слушаюсь!» Повтори!

– Слушаюсь.

– Тогда принимай командование!

– Это… А как?

– «Слушаюсь» забыл!

– Слушаюсь, а как командовать-то?

– Кузька твой брат?

– Ага.

– А кто из вас старше?

– Мы одинаковые… это… в один день родились.

– Но Кузька невезучий: то нож в ногу воткнет, то с доски сверзится, то с коня…

– Ага, он еще в кузне…

– Не перебивать старшину!

– Это самое… Слушаюсь!

– О! Понял службу, молодец! – ободрил новоиспеченного десятника Мишка. – Так вот, Кузька – невезучий, и тебе приходится за ним присматривать, как будто ты старший. Так?

– Ага, так.

– Вот и за ратниками своего десятка будешь присматривать, как будто ты для них старший брат. Учить, помогать, защищать, а если надо, наказывать. Понял?

– Понял, а как командовать-то?

Несмотря на Мишкины старания, Демка продолжал оставаться в недоумении. Дед не преминул «подсыпать соль на рану»:

– Кхе!

– Погоди, деда, Демьян парень умный, сейчас все поймет. – Мишка снова принялся за объяснения: – Ты слышал, как сотник Корней сейчас командовал?

– Ага, а Кузька все равно всю морду… – злорадно подхватил Демка и, тут же осекшись, испуганно глянул на деда.

– Потому я тебя, а не его десятником и назначаю – невезучий, – воспользовался подвернувшимся примером Мишка. – Как ты думаешь, мы сами на дневку становиться умеем?

– А как же!

– Тогда зачем же Корней Агеич командовал?

– А… это… Не знаю. – Демка напрягся и выдал результат напряженной работы мысли: – Он всегда так!

– Ну вот смотри, – продолжал гнуть свое Мишка, – дрова все заготавливать умеют?

– А чего тут уметь-то? Взял топор…

– А коням корм задавать?

– Конечно.

– А воду из полыньи набирать, костер разводить и все остальное?

– Так сколько раз уже…

– Вот: все всё умеют. А если все всё разом возьмутся делать, порядок будет?

– Не-а, договориться надо: кто чего делает…

– И сколько времени на договоры уйдет? А кто-то еще скажет: «Не хочу это делать, хочу то». Теперь понял?

– Ага, от командования порядок и быстрота! – Демка добрался наконец до вывода, к которому подталкивал его старший брат.

– Ну вот, деда, я же говорил: умный парень! – изобразил Мишка энтузиазм. – Все понял. Теперь дальше. Ты заметил, что на каждое дело Корней Агеич старшего поставил? Дрова заготавливать – Меркурия, сани в круг ставить и лошадей кормить – меня…

– Тебя он не назначал! – тут же уел брата Демка.

– Но я же первыми санями правил, а вы за мной следовали. Он меня просто не сейчас, а раньше назначил, когда на первые сани посадил. Понятно?

– Ага, а тетю Аню назначил главной кашеварить, а Андрея ей в помощь дал!

– Все правильно. Так и ты делай. Ты десятник, но не все же дела целым десятком делаются. Иногда народу меньше надо. Поэтому нужны… старшие стрелки.

– Кто?

– Командиры пятерок. Назначай их сам, но я советую Ростислава и Петра. Если, конечно, Корней Агеич не против.

– Кхе! Не против. – Деду Мишкино представление, кажется, начинало нравиться.

– Ну вот. Назначаешь старших стрелков, и все команды – через них, чтобы тебе к каждому ратнику каждый раз самому не обращаться. С него и спрос, если кто-то из его пятерки что-то не так сделает. Вот Корней Агеич мне сейчас попенял за то, что за Кузькой не уследил.

– Кхе!.. Попенял, – подтвердил Мишкино вранье дед.

– Прямо сейчас назначай старших стрелков, как я тебя назначил. Расскажешь им то, что я тебе сейчас рассказал, распределишь остальных: кого к Петру, кого к Ростиславу. Кстати, сам как думаешь: кого к кому?

– Э-э… Сейчас… – Демка поскреб в затылке. – Не получается поровну! В одной пятерке выходит трое, а в другой четверо.

– Так подумай, как сделать так, чтобы пятерки по силам примерно равны были.

– Тогда Меркуху надо в меньшую – он постарше и поздоровее. И Кузьку туда же, Роська с ним сладит, а Петруха нет. А остальных – к Петрухе. Только… это… Кузька обидится – меня десятником поставили, а его даже старшим стрелком не назначили.

– Пришлешь его ко мне, я объясню. А Петра с Ростиславом пришлешь к сотнику – представиться.

– Это как?

– Запоминай: «Господин сотник, дозволь представиться: старший стрелок первого десятка „Младшей стражи“ Петр» или Ростислав. Запомнил?

– Запомнил. А зачем – господин?

– Для уважения. И насчет слова «слушаюсь» объясни.

– Ага… То есть слушаюсь!

– Совсем хорошо! После обеда скажешь старшим стрелкам, чтобы распределили людей по саням – править посменно. Первой пятерке – первые трое саней, остальные – второй.

– А которая пятерка первая? – Въедливость Демки уже начала доставать, но приходилось терпеть.

– Сам решишь. Когда будешь об этом говорить старшим стрелкам, то что еще сказать надо?

– Не знаю…

– Одежонка-то у ребят…

– Ага! – сообразил Демка. – У нас же тюк с одеждой там был. И сапоги.

– Давай командуй. А когда поедем, подсядь ко мне в сани, поговорим, как ночью стражу выставлять.

– Слушаюсь!

Демка с озабоченным видом направился к саням, а Мишка развернулся к деду всем корпусом, встал «во фрунт» и отчеканил:

– Господин сотник, разреши получить замечания!