Секретарь палача - Валентина Савенко

Пока я вспоминала, почему мне знакомо имя женщины, в комнате радостно взвизгнули, и наружу выскочила миловидная полуодетая девушка немногим старше меня. Вначале я приняла ее за человека, потом взгляд упал на небольшую брошь, приколотую не к платью, а к корсету. Артефакт. Защитный и изменяющий ауру.

— Я так рада тебя видеть! — Девушка подмигнула лепрекону и втащила меня в комнату. — Ой! Как красиво!

Бесцеремонно дотронулась до моих волос, потом провела по своей буйной светло-рыжей гриве и уныло закончила:

— И почему у огненных не бывает платиновых волос?

Умом я понимала, что передо мной невеста императора. Но будущая императрица была столь юна и непоседлива, что я растерялась.

Пока Полета с детской непосредственностью засыпала меня вопросами, я пыталась собраться с мыслями. Девушку интересовало буквально все. Где мы познакомились с Иденом? Как я поняла, что я ему нравлюсь? Когда мы поцеловались в первый раз? Почему я без кольца? Ведь он попросил у нее розы, чтобы сделать мне предложение. У нас уже было?.. Ну, то самое, что у них с императором…

Я не знала, с чего начать, а на меня сыпались новые и новые «а как», «а когда», «а сколько». Небольшую передышку получила, когда в комнату ворвался кутюрье с ворохом тканей и набросков. Из меня решили смастерить Зимнюю Розу, Полета собиралась быть Снежной Королевой. И лепрекон тут же пообещал ей великолепный парик. Он, как и я, не понимал стремления девушки перекрасить волосы в холодный оттенок. Хозяин магазина оказался мастером своего дела. Первая примерка должна была состояться через час. Кутюрье использовал магию и очень этим гордился.

Нам принесли чай с пирожными, оставили музыкальную шкатулку, чтобы трисс не скучали. Едва за помощницей модельера закрылась дверь, Полета вернулась к моим отношениям с Иденом. Девушка порхала по комнате, совала любопытный носик во все углы. Я жевала нежный бисквит и старалась не думать, что будет, когда все съем, и придется отвечать невесте императора. Просто она вела себя не как взрослая беременная женщина, а как невинный подросток. Не знаю, почему меня это смущало.

В какой-то момент, потянувшись за очередным пирожным, я прислушалась к эху. Оно было искажено брошью и защитными заклинаниями, которых на Полете было великое множество. То, что я услышала, совершенно не вязалось с образом юной непосредственности.

Эхо съело часть слов, часть исказило, но я предельно ясно поняла, что слышу разговор императора с невестой. Девушка обеспокоена неким видением, которое просчитывала несколько раз с наставником.

Озадачившись, я двинулась в глубь и попала на совещание Идена, Константина, императора и… Полеты! Искажение было сильным. Кто-то не хотел рисковать, кто-то не соглашался. Меня поразило другое: невеста императора на равных участвовала в обсуждении, вела себя, как взрослая женщина, знакомая со спецификой работы тайных служб.

— Наконец-то сообразила! — устало вздохнула Полета. — Сколько процентов разговора с Иденом и Константином разобрала? — Девушка, разом став собранной и сосредоточенной, мастерски установила защиту от прослушивания и села на диванчик рядом со мной.

— Пятьдесят, наверное. — Я смотрела на новую, взрослую Полету, мысленно собирая кусочки пазла из эха прошлого. Выходило, что она или работала в тайной службе, или работает. И она беспокоится не только за императора, но и за Идена.

— Ого! А если бы ты попала в кабинет императора?

— Семьдесят, если прошлое не затерто. — Я не понимала восторга девушки.

Да, за двадцать лет я научилась хорошо работать с прошлым, думаю, лучше многих магов моего направления, но не настолько, чтобы смотреть на меня блестящими от восхищения глазами.

— Иден был прав.

— В чем?

— Если ты не чувствуешь следов магии, которой затирали прошлое, — Полета задорно тряхнула головой, — ты его слышишь.

Я недоверчиво покачала головой.

— Прошлое императора затирается сразу, поэтому я решила с тобой встретиться.

Полета чего-то недоговаривала. Я не настаивала. Чем меньше знаешь об артефактах, которыми пользуются сильные мира сего, чтобы защитить себя, тем безопаснее. В том, что мои способности мага эха — единственная причина нашей встречи, я сомневалась.

— Что ты знаешь о провидцах? — Полета в очень знакомой манере перескочила на другую тему.

И я окончательно убедилась, что она хорошо знакома с Иденом, настолько, что даже переняла часть его привычек. Прежде чем ревновать, я решила разобраться. Рикард, например, тоже иногда говорил в фирменной манере палача. Не устраивать же им теперь сцены из-за этого.

— Будущее изменчиво. — Ответа от меня Полета не дождалась и решила рассказать сама. Отлично! Потому что я не представляла, при чем тут будущее и я, маг прошлого. — А еще его сложно увидеть. Обычно это некие символы. Чем сильнее провидец, тем их больше. Иногда это образы.

Это я знала и ждала продолжения лекции. Очевидно, это как-то связано с тем видением, о котором девушка говорила императору.

— Иногда несколько провидцев видят одного и того же… человека.

Я? В ответ на мой полный недоумения взгляд Полета невесело улыбнулась и кивнула.

— Тебя видели. Мой наставник и я. Скоро в столице может случиться много малоприятных вещей… или не случиться. Но в любом случае ты будешь в них участвовать.

Это не новость. Меня в эти события втянули практически с рождения. Зря я считала, что у провидцев все намного проще, чем у магов эха прошлого. Если императорский провидец не может полностью просчитать события, то у Лисбет не было шансов.

— Иден собирается заменить на маскараде Арвида, — вздохнула Полета, глядя на меня пристально, цепко, с подозрением.

— Император не согласился. — Я не стала заострять внимание на откровенной лжи девушки — видела, что меня проверяют, потому что беспокоятся за Идена. — Я все равно хочу помочь. Иден ведь будет на маскараде в любом случае. Я белый феникс, моя помощь не будет лишней.

По лицу Полеты поняла: зря надеялась, что девушка поможет уговорить Идена. Кажется, я только что обзавелась еще одним добровольным защитником. Провидицей со средними способностями. Но только ли провидицей?

Заметив, что я задумчиво ее разглядываю, прикидывая, кем может быть невеста императора на самом деле, Полета открыто улыбнулась и, махнув рукой, хмыкнула:

— Не мучайся! Я темный феникс. Иден был моим наставником до того, как стал палачом.

Третий темный за несколько дней. А еще четыре столичных палача: и второй, и третий телохранители, которые будут следовать или уже следуют за будущей императрицей. Думается мне, слухи, что оба рода темных почти вымерли, сильно преувеличены.

— Иден мне как второй отец. Извини, что устроила представление. Я не поверила, когда Арвид сказал, что Иден засиял. А у тебя такая маскировка… Извини.