Забавно быть студентом - Маргарита Блинова

— В туалет, — буркнула я, рассчитывая в случае дальнейших посягательств запереться на шпингалет в ванной.

«Уже забыла, с какой легкостью он двери вышибает?» — съехидничал салатовый мерзавец.

Да-да! Самый настоящий мерзавец! Особенно после того, как он всю ночь без умолку комментировал наши с Никлаусом действия, не давая мне по-настоящему расслабиться.

Сев на краешек кровати, я подхватила валяющуюся на полу футболку Темного, одним движением натянула на себя, встала и тут же болезненно охнула.

— Что такое? — в мгновение ока материализовался за спиной Никлаус, осторожно придерживая меня за талию.

— Да так… — отмахнулась я, морща нос. — Кажется, вчера случайно мышцу бедра потянула. Болит, зараза.

Вздохнув и обняв меня еще крепче, чем раньше, мужчина легко касается губами моего виска.

— Извини… Я ведь обещал, что наша первая совместная ночь будет только после свадебного ритуала, — тихо признался он. — Так хотел быть нежным и внимательным, а в результате…

Громко и выразительно фыркнув, я отстранилась и подмигнула.

— А кто сказал, что мне нужен нежный романтичный мужчина? Меня вполне устраивает ненасытный грубиян.

Мужчина криво улыбнулся, поймал мой взгляд, и в глубине его глаз зажегся хорошо знакомый огонек страсти.

— Ненасытный грубиян, значит… — повторил он, медленно поднимаясь с кровати и протягивая свои огромные ручищи к моему маленькому усталому телу.

Оглушительно взвизгнув, я отскочила в сторону и, стараясь не хромать, помчалась в ванную.

На счастье, Темный не стал меня преследовать, и все необходимые с утра процедуры я проделала в спокойствии и одиночестве.

С мстительной улыбкой на губах я чистила зубы его зубной щеткой, рассеянно смотрела на свое отражение в зеркале и думала.

Что будет дальше? Стоит ли искать моих биологических родителей или лучше сконцентрироваться на медленно подступающем конце света?

Кстати, про неизбежные кранты: во сколько, по меркам Анхеля, должно начинаться утро у благовоспитанных Светлых девиц? Просто, если мне не изменяет память, Рене говорил, что вернуться в универ мы должны не позже чем сегодня вечером, а я хочу выкроить в своем плотном расписании пару часиков на ворчание, вперемешку с долгими поцелуйчиками.

— Доставала, а до какого числа у тебя больничный? — крикнула я из ванной, ополаскивая лицо прохладной водой. — Когда возвращаться на Светлые земли планируешь?

— В связи с твоим появлением думаю, что уже никогда.

Мне потребовалось парочка долгих секунд, чтобы убедить себя в том, что это была не слуховая галлюцинация, и переварить услышанное.

Как это «никогда»?!

Высунувшись из дверей, я грозно сдвинула брови и суровым взором посмотрела на расслабленно валяющегося на смятых простынях абсолютно голого мужчину.

— Ты не собираешься возвращаться?

Мужчина активно повертел головой из стороны в сторону и широко улыбнулся.

— Мне нет нужды возвращаться — ты уже здесь, — заявило живое воплощение наглости.

— Я, между прочим, вечером свалю, — скрестив руки на груди, предупреждаю мужчину, и… снова эта дурацкая улыбочка в ответ.

— Не свалишь. — Никлаус лениво потянулся, якобы невзначай демонстрируя свое сногсшибательное тело. — Я же еще вчера тебя предупредил — ты не вернешься на Светлые земли.

Нет, вы его слышали?

— Что?!! — Мое возмущение не поддавалось описанию. — Позволь полюбопытствовать, и в какой же момент ты это сказал? Когда я дрыхла без задних ног?

Темный нахмурился и посерьезнел.

— Я же рассказал тебе вчера про свои подозрения, — строгим голосом заговорил он, смотря на меня так, словно талдычил о моем невозвращении всю ночь, а я умудрилась забыть. — Ангел, я уверен, что ты — рефаимка. Этой ночью мы консумировали наш брак, а значит, как твой будущий супруг я имею полное право не отпускать тебя из долины. Ты не вернешься на Светлые земли, — с нажимом закончил мужчина.

Нет, он сам-то понимает, что несет?

Скрестив руки на груди, я окинула Темного ледяным взглядом и пошла на защиту своей свободы.

— Значит, так, будущий, — с издевкой подчеркнула я это слово, — слушай и запоминай. Я еду домой, и мне чихать на твое полное право не выпускать меня из долины. А будешь продолжать так смотреть, вообще обижусь! — пригрозила я.

— Ангел, — сверкнул глазами Доставала. — Ты должна остаться…

— Я никому ничего не должна! — рявкнула в ответ и, громко хлопнув дверью, зачем-то вернулась в ванную.

«Поговорили, называется», — вздохнул пессимизм.

Едва не рыча от захлестнувшего меня возмущения, я сделала пару кругов по ванной, пнула валяющееся на полу полотенце и насторожилась — из-за двери доносились звуки голосов.

Любопытство подталкивало к тому, чтобы высунуться и разузнать, кто это пожаловал к Никлаусу в спальню. Природная скромность верещала тоненьким голоском, что майка Доставалы, напяленная на голое тело, к тому же наизнанку, не самый презентабельный вид для встречи. Жадность шипела, словно гадюка, о варварских манерах Темного снимать с девушек платья, а здравый смысл настойчиво советовал в следующий раз раздеваться самой.

— Ангел! — в дверь негромко постучался Доставала. — Здесь Анхель.

Задушив скромность, я торопливо толкнула дверь и, поднырнув под рукой Темного, вышла в спальню.

— Приветики, младший! — с радостным оскалом поздоровалась с мужчиной.

Глава Совета Двенадцати, один из самых влиятельных людей на Темных землях, выразительно поднял брови и окинул мои голые ноги пристальным взглядом.

— Впервые застаю девушку рано утром такой очаровательной…

Анхель еще даже договорить не успел, а Доставала одним невероятно быстрым движением успел подхватить с пола покрывало и закутать меня в него. Причем настолько качественно, что любая гусеница, кропотливо плетущая кокон, позеленела бы от зависти и поползла топиться в ближайшей капле росы.

— Ну, блин, спасибо, Доставала! — кинула я на мужчину злой взгляд и попрыгала в сторону Анхеля. — Ты нашел для меня оригиналы?

— А как же! — заверил новый знакомый, затем кинул быстрый взгляд поверх моей головы и хитро улыбнулся. — Одевайся… А я пока подожду на кухне.

— А чего ждать? — изумилась я, стряхивая с себя покрывало.

Выхватив у Первого пачку пожелтевших от времени листов, обошла его внушительную фигуру и побрела на поиски кухни.

А что еще оставалось делать? Другой-то одежды все равно нет, к тому же мне не терпелось разобраться в этом треклятом ритуале по восстановлению прав одного из Богов!

«А у меня че-то голова разболелась», — попытался саботировать процесс перевода подарочек горцев, но ему быстренько напомнили про должностные обязанности и пригрозили наябедничать обо всем Сайки.