Атлантида - Геннадий Эсса

Атлас не стал дожидаться, когда появится Амфир в его кабинете, и приказал слуге запрягать лошадей.

Амфир без разрешения вошел в кабинет царя и уселся в кресло.

Только ему Атлас позволял себя так вольно вести.

– Сейчас я не желаю никого видеть, – сказал Атлас и подошел к брату. – Уедем к океану и поговорим. У тебя есть что мне сказать? Есть, я вижу. Это я видел еще там, на совете царей.

– Что ты желаешь от меня услышать? – спросил Амфир.

– Сейчас ничего, – пожал плечами царь. – У тебя еще будет возможность высказаться. Поехали от всех глаз подальше. Ты виделся со своей супругой?

– Мельком, когда встречала всех нас.

– У тебя будет еще на это время. А как сын?

– С Гердом все в порядке. Я за него спокоен.

Атлас улыбнулся.

– Все, поехали. Там, под шум волн, мы сможем наговорить друг другу много, что таим в сердце.

– А ты что-то таишь против меня? – удивился Амфир.

– Я не таю, но желаю высказать тебе свои откровенные мысли. Мне всегда казалось, что здесь, во Дворце, кругом меня подслушивают, тебя и всех остальных братьев. Я хочу с этим разобраться.

– Тебе просто надо отдохнуть, – возразил Амфир.

– Может, ты и прав. Я очень устал. Поехали к океану. Я приказал запрячь нам лошадей. Я не желаю никого видеть и слышать. Мне все надоело. Мне многое не нравится.

– Мне тоже, – добавил Амфир.

– Вот и выскажешься там, на берегу, под шум волн, перед всеми богами сразу. Там я тебя выслушаю и скажу свое мнение. У меня возникло много вопросов после того, как мы ступили на нашу священную землю.

Амфир взглянул на Атласа и молча, направился к выходу.

Долго ехали, молча, без сопровождения слуг, которым Атлас запретил находиться рядом. Они выехали на крутой берег океана и остановили коней.

Атлас сошел на землю и встал у самого обрыва.

– Вот смотрю я на этот океан, и мне кажется, что вся жизнь уходит вместе с этими волнами. Уходит куда-то в неизвестность, туда, за горизонт. У тебя никогда не было таких ощущений?

– Брат, ты забываешь об одном: что мы, благодаря нашему отцу Посейдону, вечные.

– Амфир, ты же не это желал сказать, – возразил Атлас и строго взглянул на Амфира.

– Я многое могу сказать только тебе, и мои слова будут самые откровенные, – ответил Амфир.

– Вот это я и желал от тебя услышать.

– Хочешь знать правду о моих мыслях?

– Если я не услышу ее от тебя, то от кого тогда ее ждать? От Эвмела или от Эвемона?

– Они наши братья и не желают нам вреда.

– В последнее время мне очень не нравятся их умозаключения. Они с нами не пошли в поход, они говорят не те слова, которые думают. В них вселился какой-то бес.

– Ты не прав, Атлас, – возразил Амфир. – Если признаться и раскрыть свою душу перед тобой, то и мне очень многое не нравится в нашей политике в последнее время.

– В моей политике? – удивился Атлас.

– Нет, в нашей. Я так говорю, потому что мы все вместе, но ты никогда меня не прислушиваешься и не считаешь мое личное мнение правильным. Ты привык слушать только себя.

– Я думал, что мы едины в своих мыслях, – удивился царь.

– Мы все люди, и у каждого имеется свое мнение о происходящем, – ответил Амфир.

– Так говори же!

– Ты прекрасно все и сам понимаешь. Вспомни недавнюю встречу, которую нам устроили боги. Это ведь все неслучайно. Я знаю, что и ты это понимаешь, но стоишь на своем.

– Что ты имеешь в виду?

– Зевса.

– А что Зевс? Ну, появился в очередной раз… Что тут такого?

– Ты прекрасно знаешь, что все это не случайно.

Атлас усмехнулся.

– Ты во мне сомневаешься? – спросил он.

– Каждый здравый человек способен на ошибки. Тут не в сомнениях дело.

– Ты считаешь, что я веду страну к великим заблуждениям? Я ее сделал величественной во всем мире. Кто в мире живет лучше нашей цивилизации? У нашего народа есть все. У нас даже самый бедный человек имеет все, и о нас знают на этой земле. Страна Атлантида – это единственная страна, в которой никто не знает ни горя, ни обид, ни унижения. Что ты на это скажешь?

– Я не против твоей политики, – согласился Амфир.

– Нашей политики, – поправил Атлас.

– Да, ты прав, нашей политики, но навязывать свою волю другим народам не стоит.

– Ты не желаешь, чтобы все жили так, как живем мы? – удивился Атлас.

– Этого никогда не будет, дорогой мой брат. У каждого народа своя судьба, и трудно ему навязать что-то чужое. В этом мире никогда не будут жить люди одинаково. Кто тебе сказал, что можно всех уравнять? Боги никогда такого не говорили.

Атлас взглянул на Амфира и глубоко вздохнул.

– Можно этого добиться.

– Никогда. Этого добиться невозможно, как бы ты, я или кто-то другой этого ни желали. Мир – он всегда состоит их верхушки и низов. Каждый народ знает в своей жизни или своей судьбе свою нишу. Чтобы тебе ни говорили боги, так никогда не будет. Но боги такого не могут сказать. Если Атлантида и является образцом нашей вселенной, то это наша Атлантида. Неспроста Зевс появился в тот момент, когда мы все возвратились. Он явно недоволен тем, что произошло там, за океаном.

– Но мы же люди? – вскинул удивленные брови Атлас.

– Мы атланты. Понимаешь, мы не те люди, которые за океаном. У нас совершенно другая раса. Если боги к нам так благосклонны, то стоит этим пользоваться и не заставлять другие народы следовать нашему примеру. Не забывай, что все хорошее когда-то заканчивается. Я помню эти слова нашего отца. Он всегда говорил, что счастье дается не всем, а тот, кто им пользуется, должен понимать, что в жизни не всегда все бывает гладко.