Гробницы пяти магов - Андрей Васильев

– Просто выходит так, что у нас дорога беспокойная выдалась, – пояснил Карл девушкам, которые молча смотрели на него. – А так нам как-то поспокойней за вас будет. Гном, который мне это продал, сказал, что на них пошел очень хороший материал, сплав серебра и чего-то там еще. Говорит – чтобы его пробить, надо очень постараться.

– Ты уверен, что эта штука на меня налезет? – Фло глянула на свою высокую грудь. – Луизе вот хорошо, у нее там… По комплекции, в общем. А у меня?

– Не налезет – я ее себе заберу, – успокоил ее Флик. – Я себе и Жакобу кольчуг не покупал, денег на них не хватило бы. Так что в этом большой беды не будет.

– А почему не купил? – Гарольд снова покачал на руке кошели. – Тут хватило бы на вас.

– Запас денег всегда нужен, – уже без шутовства сказал Флик. – Пусть будут. И потом – я юркий, а кольчуга на Жакоба столько стоила бы…

– Это да, – Карл бухнул себя кулаком в грудь. – Одна моя потянула, как все девичьи.

– Тьфу ты, – я стянул с себя колет, собираясь прямо сейчас надеть подарок. – А я уж подумал, что ты о себе забыл.

– А говоришь, что ты славный, – укоризненно поцокал языком Карл. – Язва ты, фон Рут. Нет, чтобы «спасибо» сказать.

– Так я наоборот – радуюсь за тебя, – металл лег на плечи так, как будто всегда на них находился. Тяжести не чувствовалось, зато прибавилось ощущения защищенности. – От чистого сердца. И – спасибо вам, парни. И тебе, Гарольд, спасибо.

Монброн ничего не ответил, все так же подбрасывая кошели с золотом на ладони.

– Брось ты, – неожиданно похлопала его по колену сидящая рядом Аманда. – Ну да, кодекс предписывает вернуть благородному противнику его доспех и коня даже в том случае, если условия турнира этого не предполагают. Но кто придерживается таких правил? Я знаю только двоих таких, и над ними все смеются.

– Я одного, – добавила Луиза. – А так у нас тоже все продают потом доспехи – кто хозяевам, кто вообще оружейникам.

– Да что у вас, – Аманда невесело засмеялась. – Король Фольдштейна продает доспехи их хозяевам, причем торгуется при этом как последний скряга.

– Да ладно! – удивился Фальк. – Король – и торгуется?

– Король, Карл, – подтвердила Аманда. – Самолично. Можешь поверить, кому еще про такое знать, как не мне? Так что, Монброн, кончай хандрить. К тому же твое имя там вряд ли всплывало. Так ведь, Флик?

Так вот в чем дело. Мой друг переживал из-за того, что чуть ли не впервые в своей жизни ему пришлось пойти против правил, которые были впитаны с молоком матери. Нет, что-то было и раньше, да та же дружба с простолюдинами. Но тут – рыцарские каноны, кодекс жизни благородных. И ради чего? Ради золота, которое им никогда не ставилось во главу угла.

– Само собой, – пожал плечами воришка. – Я привез, говорю – вот добро, могу продать по сходной цене. Как ко мне попало? Да какая разница. Либо берите, либо я на рынок пойду, к гномам. Им всегда хорошая сталь нужна.

– Луиза, из нас ты самая рачительная и благоразумная, – сказал Гарольд, дослушав Флика. – Не согласишься ли стать нашим казначеем?

И, не дожидаясь согласия, он положил к ее ногам оба кошелька.

– Хорошо, – покладисто ответила Луиза и что-то хотела добавить, но Гарольд уже покинул нас, отправившись к лейтенанту.

– Переживает, – вздохнула Флоренс и поспешила вслед за Монброном.

Не думаю, что утешать, скорее, воспользоваться случаем и познакомиться поближе с душкой-лейтенантом.

Совместный ужин растопил небольшой ледок, который все-таки был между нами и солдатами, вино, надо заметить, отменное, нас сблизило, и в результате остаток совместного путешествия прошел крайне приятно и, что немаловажно – безопасно.

Впрочем, если верить рассказам Старины Вагранта (так его называли гвардейцы, причем совершенно по праву. Он был немолод, к тому же носил чин сержанта гвардии. А сержант – он всегда отец солдатам), на землях Форнасиона каких-либо серьезных разбойничьих шаек или, того хуже, захватчиков, уже лет двести не водилось. Королевская власть была сильна, армия не зря ела свой хлеб, следя за порядком – так откуда им взяться? Нет, время от времени находились лихие головы, но они на нас и без сопровождения гвардейцев не рискнули бы напасть. Максимум, на что такие ухари были способны, так это ограбить какого-нибудь селянина, везущего на продажу репу или зерно.

Еще Старина Вагрант оказался бесценным собеседником для Гарольда, поскольку он хорошо знал не только земли Форнасиона, но и близлежащие к нему территории, а именно – горы Транд, которые нам предстояло миновать. Я, как правило, при таких беседах крутился рядом с ними, мне это все тоже было интересно. Знания – они как вода. Напился – вроде как жажду утолил, и пузо как барабан от воды раздулось, но через полчаса глядь – и снова пить хочется.

– В сами горы не лезьте, – деловито говорил сержант, попыхивая трубочкой, на одном из привалов. – Лучше потратьте два-три лишних дня, обойдите их по Старой Каменной дороге, она кряжи Транда по кругу опоясывает. Во-первых – она широкая и понизу идет, во-вторых – не заплутаете, там других дорог нет, и в-третьих – там камнепадов не бывает. И самое главное – не надо через провалы и пропасти перебираться. В горах, понятное дело, мосты подвесные были, но остались они там или нет – неизвестно. На ближних переходах – стоят пока, я там пару лет назад был, видел их. А на дальних уступах – кто знает? Да и если остались они там, то неизвестно – выдержат они вас или нет. Их же никто не проверяет, не ремонтирует, иным лет под триста уже. Эти мосты в свое время армия основателя нынешней королевской фамилии, ладила, когда оттуда ванейцев выбивала. Это сразу после Века Смуты было. Ванейцы в наших горах осели, думали тут пересидеть какое-то время, пока все не утихнет. Не удалось.

Про ванейцев я слышал. Очень неприятный был народ, кровожадный и жестокий. В смутные времена они спелись с каким-то магическим орденом и здорово почудачили в Рагеллоне, настолько здорово, что их потом сразу несколько объединившихся монархов при поддержке светлых магов извели, вырезав все поголовье напрочь, вплоть до детей. А остатки тут как раз и добивали, в горах Транда. И осталось от целого народа одно название, причем даже оно с недоброй памятью.

– Вот с тех пор горы пустые и стоят, – продолжал тем временем сержант. – Эти головорезы, ванейцы, в смысле, когда в них пришли, так сразу все местные племена перебили, по привычке, надо думать. Ну, а потом и их, значит, под корень. Но по новой никто там селиться не стал – и от людей далековато, да и места уж очень невеселые. Так что там теперь только звери да птицы квартируют.

– О таких местах обычно страсти-мордасти всякие рассказывают, – намекнула ему Аманда, невесть когда подошедшая к нам. Я ее и не заметил. – Крови пролилось много, людей там убили тоже много – и виновных, и безвинных.

– Обычно – да, рассказывают, – степенно ответил сержант. – Но о наших горах я ничего такого не слышал. И потом – светлые маги, после того как этих головорезов уничтожили, там еще какое-то время лазали, все что-то искали, так мне говорили старики. Может, как раз потому ничего страшного оттуда и не лезет, может – извели они всю пакость. По крайней мере, я сам ни разу никакой жути там не встречал, а бывал я там частенько. Так что, если там и есть какая опасность – так это только лавины да пропасти. Но если вы в сами горы не полезете, а нижним кружным путем пройдете, то и вовсе бояться нечего.