Шут королевы Кины - Евгений Малинин

Пока она зачем-то споласкивала найденные тарелки, ложки, вилки и раскладывала их на столе, вместе с Груфи подошли спутники Шалая – те самые три молодца, которых мы видели в окно.

И начался наш прощальный пир!

Присутствие за столом малознакомых людей не слишком стесняло членов Братства, так что застольный разговор начался сразу и легко. Все трое новичков в нашей компании оказались сотниками из полка Рыси, уволенными в отставку вместе с Шалаем и отправившиеся с ним в изгнание. Именно поэтому воевода решил взять их с собой к кочевникам. Постепенно и они освоились за столом, тем более, что им тоже было что рассказать.

Аккурат после третьего тоста в дверь громко постучали, и вскочивший со своего места Фродо, впустил двоих слуг, тащивших довольно большие… носилки. Если они и удивились, обнаружив за столом такую большую компанию, то виду не показали, а спокойно прошествовали со своим грузом к небольшому столику, притулившемуся у окна и принялись переставлять на него кастрюли, кастрюльки, судки и сотейники, в которых находилось обещанное горячее.

Завтрак сразу получил новый импульс, но тут я вспомнил один еще не решенный вопрос и, подойдя к Шалаю, негромко спросил:

– Воевода, ты зеркала достал? Помнишь, мы ночью говорили?..

Шалай сначала недоуменно на меня посмотрел, потом хлопнул себя по лбу и сделал знак Груфи, чтобы тот подошел. Молодой человек вскочил со своего места и, обогнув стол, приблизился.

– Ты зеркала достал? – озабоченно спросил воевода.

Груфи загадочно улыбнулся и вытащил из нагрудного кармашка два небольших овальных зеркальца, сделанных, похоже, из полированного серебра и вставленных в изящные резные рамочки с ручками.

– Подойдет?.. – спросил он, протягивая мне эти произведения искусства.

– Вполне, – довольно произнес я, забирая зеркала.

Затем я забрал со стола две маленькие еще не откупоренные бутылочки белого вина и удалился в кабинет. Там я уселся за роскошный письменный стол, положил на абсолютно пустую и чистую столешницу зеркала и поставил бутылочки с вином. Затем, глубоко вздохнув и очистив голову от хмельных мыслей, я принялся составлять заклинание. Ничего нового я решил не придумывать, а воспользоваться уже виденным в Замке и в местном муниципалитете.

Я потратил на это дело почти полчаса, но закончив, испытал чувство законной гордости. Заклинание получилось небольшим, изящным и вполне произносимым – нечто похожее на отрывок из «Малого завещания» Франсуа Вийона. Конечно, на старофранцузском.

Придвинув зеркальца поближе, я поставил на них бутылочки с вином и положив на залитые сургучом пробки раскрытые ладони, сосредоточился и принялся читать свое заклинание.

Едва я закончил, вино в бутылках буквально вскипело. Если бы не мои вдруг страшно потяжелевшие ладони, пробки, наверняка, выбило бы из горлышек. Но все ограничилось только потрескавшимся сургучом. И еще, стекло бутылочек неожиданно стало темно-синим, а жидкости в них убавилось на треть.

Я поднялся из кресла и, выглянув в гостиную, поманил Шалая. Воевода отвлекся от разговора и последовал за мной в кабинет. Ребята только сопроводили его любопытными взглядами, однако никто не задал никаких вопросов.

Подойдя к столу, я взял зеркало и бутылку и протянул их Шалаю со словами:

– Вот тебе, воевода, и средство связи.

Шалай молча посмотрел на меня, явно ожидая продолжения.

– Зеркало надо будет держать где-нибудь на теле, так, чтобы постоянно ощущать его. Тогда, если я захочу с тобой связаться, ты это сразу почувствуешь. А если ты сам захочешь меня услышать, то возьмешь любую тряпочку, смочишь ее в этом вине и аккуратно протрешь свое зеркало. Через несколько секунд я тебе отвечу. Только тряпку постарайся использовать одну и туже.

– Может, прямо сейчас и попробуем? – загорелся Шалай.

– Нет, – улыбнулся я, – Пока мы с тобой будем находиться на расстоянии прямой видимости и между нами не будет достаточной преграды, эти штуки работать не будут.

– Как же без испытаний? – встревожился Шалай, – А если ты сделал что-нибудь не так, и они не сработают?

– Тогда мы окажемся без связи, – пожал я плечами, – Но, по-моему, все должно сработать… Вот сегодня вечером и попробуем.

Рассовав по карманам свои приемо-передатчики, мы с воеводой вернулись к столу и услышали, что Груфи объясняет троллю и Эльнорде, что ждет их на пути к ничейным землям.

– … За перевалом дорога уже гораздо лучше. Склоны по ту сторону гор более пологи, так что вы спокойно пройдете верхом. У самого подножья гор вам придется переправляться через реку. В это время года она мелкая, если в горах не случится ничего необычного… Ну а за рекой надо проехать совсем немного, и вы будете в Сотдаме…

– А что ж ты ничего не говоришь ребятам про Веселый лес… – с нехорошей усмешкой поинтересовался один из сотников.

– А что – Веселый лес? – пожал плечами Груфи, – Лес и лес… Ребята прошли лесом от Красных гор до Тефлоновой Пустыни, и саму Пустыню пересекли! Что им какой-то Веселый лес?!

– Вы прошли Тефлоновую Пустыню?! – переспросил второй сотник, трезвея на глазах.

– А что, разве воевода вам об этом походе не рассказывал? – удивился я, – Он же был там с нами вместе.

Все три сотника молча переводили изумленные глаза с меня на воеводу, не в силах решить, шутим мы или говорим правду.

– Да что вас так удивило?.. – не выдержала Эльнорда этого переглядывания.

– Но… ведь всем известно… все знают, что Пустыню пересечь нельзя… – запинаясь проговорил один из них.

– Нельзя, – согласился воевода, и перехватив удивленный взгляд Груфи, прибавил – Но если совсем приперло, то можно!

– А вообще-то, – вмешался в разговор незаметно подошедший Фродо, – Болото Ушастой Выпи гораздо страшнее Пустыни было!

– Конечно, – передразнила хоббита Эльнорда, – В Пустыне ты только и знал, что стишки почитывал, а на болоте по уши в грязи плавать пришлось!

– Воевода, – неожиданно обратился один из сотников к Шалаю, – Отпусти меня с этими ребятами… Ну, пожалуйста!.. – добавил он, увидев недовольную физиономию начальства.

– Нет! – тут же вмешался я, – У воеводы задача гораздо опаснее и сложнее. Ему понадобится помощь каждого из вас.

– А вы? Вам разве помощь не понадобится? – спросил молчавший до этих пор сотник.

– А что мы? – сразу же ответила Эльнорда, не замечая очередного восхищенного взгляда, брошенного на нее профессиональным военным, – Мы прогуляемся потихоньку до Брошенной башни и к Замку вернемся…

– Куда вы прогуляетесь?! – прозвучал изумленный вопрос, заданный в три голоса.

– До Брошенной Башни, – беззаботно повторила Эльнорда, – А что вас так удивляет?..

Три бравых вояки действительно выглядели донельзя удивленными, и только Шалай довольно улыбался: