Шут королевы Кины - Евгений Малинин

– Фродушка, милый, да разве я смогу с тобой расстаться?! Разве я смогу отдать тебя в чужие, злые руки?.. Тебя, такого умненького, такого шустренького, такого хитренького!.. Разве я забыла, кто нас из Храма вытащил, спас, можно сказать, из когтей Седого Варвара – Епископа?! И прости ты мою шутку глупую!.. Я никогда больше не буду так шутить!..

Мне-то было прекрасно видно, как сияли хулиганским азартом ее глаза, она даже подмигнула мне, не прерывая своего надрывного речитатива. Однако, хоббит не мог видеть ее глаз и по доброте душевной принял ее стенания за чистую монету. К тому же, дурачившаяся девчонка, похоже, довольно сильно помяла маленького Фродо, поскольку тот ответил ей уж больно придушенным голосом:

– Ну что ты, Эльнорда!.. Не надо так убиваться, я и не слишком обиделся-то… Я ж знаю, что ты ко мне хорошо относишься, я тебя тоже люблю… – но тут он не выдержал и снова сорвался на визг, – Да отпусти ты мою шею, совсем уже задушила!..

– Вот видишь, – отстранилась от него эльфийка, сразу же взяв совершенно иной тон, – И так тебе плохо, и так тебе плохо! Какой же ты капризный, ну никак тебе не угодишь!

– Я… ты… как… – растерялся хоббит, – Ты что, опять… ну… ты…

– Подумай о своем поведении!.. – сурово погрозила ему Эльнорда пальцем, – Я тебе серьезно говорю – подумай… А то ты далеко уйдешь!..

И она не спеша вернулась на свое место.

Фродо постоял несколько секунд, смешно растопырив ручки и вытаращив глаза, потом махнул мохнатой ладошкой и молча направился к своему стулу. Усевшись, он придвинул поближе блюдо с копченой рыбой и принялся есть прямо из него.

За столом все приятно улыбались.

Шалай, желая, видимо, отвлечь присутствующих от созерцания жующего хоббита, обратился ко мне:

– А Твист с вами отправится, или мне его с собой взять?

– Нет, я с Гэндальфом поеду! – твердо заявил карлик, – У нас есть общее дело!

Шалай посмотрел на придворного шута и покачал головой:

– Давненько я тебя не видел, и нахожу, что ты здорово изменился…

– Да? – Твист заинтересованно посмотрел на воеводу, – И чем же?

– Какой-то ты молчаливый стал… И наглости в тебе здорово поуменьшилось… Ты похож на человека, потерявшего опору в жизни…

– Действительно, Твист, что с тобой случилось? – неожиданно буркнул тролль.

Твист опустил голову, немного помолчал, а потом негромко ответил:

– Так не одна королева впала в тоску, после того, как вы прошлый раз исчезли. Мне тоже стало здорово не по себе. Знаете, я всегда был кому-нибудь нужен: то со мной дед королевы не расставался, то Качей и Варвар требовали моего внимания, потом я к вам прибился, тоже все при деле был… И вдруг стал никому не нужен…

– Что-то я не понял, – перебил я его, – Почему это Кина затосковала?

– Это ты у нее спроси, – ответил Твист, бросив на меня взгляд исподлобья, – А только после вашего исчезновения, она просто на себя стала непохожа. Она и советника-то этого назначила, чтобы спихнуть на него дела, чтобы ей никто не мешал тосковать… Вон, Шалай вам тоже подтвердит.

Твист мотнул головой в сторону воеводы.

Мы все посмотрели на Шалая, и тот поневоле продолжил рассказ Твиста:

– Кина, действительно, очень тяжело переживала ваше исчезновение. Я пытался что-то для нее сделать, но все у меня выходило не так. А тут как раз этот новый советник предложил ей читать на ночь истории… страшные. Это, говорит, поможет королеве отвлечься. Я, старый дурак, еще и поддержал его!.. Даже когда Отшельник Там с королевой пришел ругаться, я не насторожился!.. А буквально через неделю вижу, королеву словно подменили. И делами, вроде интересуется, и указы разные опять стала подписывать, только очень уж эти указы интересные, все больше прав и обязанностей этого камер-советника касались. Ну, а когда опомнился – поздно было. Пошел я к ней по душам поговорить и…

Шалай замолчал, но Эльнорда не поняла его молчания:

– И что «и»?

– И получил отставку, изгнание и лишение всех привилегий… На следующий день. Эта сволочь королевский указ через лакея мне передал, сам, видимо, побоялся ко мне зайти!

Мои мысли невольно вернулись к Кине, и снова перед моим мысленным взором она встала такой, какой я ее видел последний раз в спальне, и снова в ушах зазвучали размеренные, не имеющие на первый взгляд смысла, стихи!

Я тряхнул головой, отгоняя это тоскливое видение, и неожиданно заметил, что в окнах зала посветлело. Эта длинная ночь кончалась, наступал рассвет.

Оглядев своих усталых и приунывших друзей, я предложил:

– Давайте-ка подумаем об отдыхе… Воевода, где бы мы смогли в этом городе встать на постой…

– Да прямо напротив муниципалитета располагается лучшая в городе гостиница. Пошли, я вас провожу, а днем, поближе к полудню, мы снова встретимся здесь и порешаем наши вопросы предметно.

Уже через несколько минут разбуженный Шалаем хозяин гостиницы развел нас по отдельным комнатам, заверив, что наши лошади будут устроены не хуже нас самих. Уже на автопилоте я сбросил с себя одежду и, закрыв дверь на небольшой засовчик, упал в свежую постель.