Невеста волка - Сильвия Лайм

— Что? — возмутилась я. — Ты не хотел? В смысле, теперь я, значит, виновата в том, что ты чуть меня силком в постель не затащил?

Ранфер склонил голову и прищурился. А затем начал медленно говорить, каждым словом будто припечатывая меня:

— Ты сама пришла ко мне. В мою спальню. Ночью. В ночнушке, которая меньше тебя на два размера! Интересно, зачем?

Я покраснела с головы до ног. Опустила взгляд вниз, схватившись за невероятно короткий край дурацкой сорочки.

— Я не планировала ничего, что твоя пошлая фантазия тебе подсказывала! — почти выкрикнула я, натягивая ткань пониже.

Казалось, оборотень не верит.

— И в мою комнату ты провалилась случайно? Никто не говорил тебе, как активируется зеркало? — спросил он, сложив мощные руки на груди. — Например, Тилья, которая вполне могла догадаться?

Я начала чувствовать себя ужасно глупо. По всему выходило, что я и впрямь сама к нему пришла, да еще и… Вот хамская моя физиономия!

— Я просто провалилась в отражение! — воскликнула я.

И тут мужчина резко посерьезнел.

— Так ты не знала, как открывается переход? — тихо переспросил он.

— Нет, — покачала я головой и поджала губы.

Интересно, за кого он меня принял? За девушку легкого поведения? За девчонку, которая специально искала короткую ночнушку, чтобы среди ночи забраться к нему в постель?

А еще он признался, что не хотел заводить со мной никаких отношений.

В глазах подозрительно защипало.

Я резко развернулась, чтобы больше не смотреть на него. Чтобы он не смотрел на меня. И быстрым шагом направилась к двери.

Понятия не имела, где вообще находится спальня ректора и как отсюда добираться до своей комнаты, но намеревалась покинуть это место как можно быстрее.

— Эй, куда ты собралась? — наставническим тоном бросил он.

— Не твое дело, — ускорилась я, подхватила его рубашку со стула, собираясь надеть ее за дверью, чтобы не выглядеть совсем уж голой.

И уже почти выскочила прочь, как позади раздались быстрые шаги.

Ранфер схватил меня за плечи и мгновенно развернул.

— Прости, — проговорил он хрипло. — Прости, я не хотел. Я дурак.

В этот момент по моим щекам, кажется, потекли слезы.

— Лена… — прошептал мужчина виновато.

А затем с силой прижал меня к себе, заключив в кольцо рук, из которого не вырваться. Зарылся у меня в волосах, тихонько поглаживая, и выдохнул в макушку:

— Это я виноват. Не плачь. Я очень-очень глупый оборотень.

Я почувствовала его сердце под своей щекой и закрыла глаза. Слезы больше не текли. Я вообще не планировала реветь, в конце концов, вроде и повода к этому никакого нет. Но переживания наложились одно на другое, и успокоиться никак не удавалось. Я тяжело дышала, вслушиваясь в быстрый стук внутри широкой грудной клетки, и мне становилось легче.

— Да, ты глупый оборотень… — проговорила я тихо, позволяя гладить себя по голове и перебирать волосы. Позволяя наполнять меня мурашками с головы до ног.

Ранфер беззвучно рассмеялся.

— Прости, лисичка, — проговорил он и глубоко вздохнул. Несколько секунд мы простояли в тишине, и в это время я слушала лишь его беспокойное дыхание. — Просто…

Ранфер запнулся, и его руки на мгновение замерли. Стук сердца, кажется, стал еще громче.

Я занервничала. Словно мне передавался тот странный ток, что бурлил в его венах, заставляя мышцы каменеть, а голос становиться бархатисто-хриплым.

— Просто я схожу с ума по тебе, — закончил тихо оборотень. — Не могу перестать думать. Каждый день ты в моих фантазиях, в моей голове, — звучал его низкий, мурлыкающими голос, словно проникая мне под кожу. — Даже сегодня, когда я понял, что в моей спальне действительно ты, я решил, что это очередной сон. Но ты была такой настоящей. Такой… желанной.

Ранфер на миг замер, а затем выдохнул и повторил:

— Прости… — отстранился от меня, все еще продолжая удерживать в объятиях. Но я чувствовала, что он вот-вот окончательно разрушит эту нашу связь.

Кольцо, в котором мне было так хорошо.

Я подняла взгляд и посмотрела в его глубокие голубые глаза. Где-то на их дне темнела грусть. Даже как будто бы боль.

Ранфер разомкнул губы, словно пытался опять извиниться, но я быстро накрыла его рот пальцем и сказала:

— Тихо…

Не знаю, что на меня нашло. Просто я больше не могла это слушать и не хотела. Мне нравился Ранфер. Нравился так сильно, что в его присутствии я забывала саму себя. И только мысль о том, что я ему на самом деле не интересна, всегда останавливала меня.

Но что останавливает теперь?

— Что с тобой? — выдохнул мужчина, и взгляд его еще сильнее потемнел.

Как прежде.

— Ничего, — ответила я ему… и самой себе. И улыбнулась.

А затем тихонько поднялась на мысочках и коснулась губами его губ.

В ушах громко застучало. В глазах потемнело. Кровь прилила к голове, казалось, я вот-вот упаду в обморок.

Потому что я решилась.

Глупый пингвин. Сама решилась на то, за что только что накричала на мужчину.

Ранфер замер, несколько секунд вовсе не двигаясь. Словно не веря, что это происходит.

Что я целую его, обвив руками шею, прикусывая нижнюю губу. Прижимаюсь к нему всем телом. Тонкой сорочкой, сквозь которую уже давно просвечивали набухшие вершинки груди.

— Лена, — выдохнул он, сцепляя руки на моей талии и закрывая глаза.

Словно…

— Как давно я этого хотел, — прошептал он мне в губы.

И я поняла, что так и было.

Почувствовала сквозь ткань горячие ладони, скользящие по моей спине, бедрам. Опускающиеся ниже и проникающие под ночнушку.

Мне становилось все жарче.

Голова кружилась от его близости, от ощущения того, что, наконец-то, все правильно. По-настоящему.

Очень давно уже у меня не было ничего настоящего. Вся моя прошлая жизнь — череда обмана и лжи. Очередь из драгоценных камней, которые на поверку оказались разноцветными фантиками от конфет, свернутыми и нанизанными на нитку моей наивности.

А теперь я была в самом центре урагана. И это было самое реальное из всего, что случалось со мной когда-либо.

— Моя Лена… — проговорил он низким, грудным голосом, в котором внезапно проскользнуло тихое рычание.

А в следующую секунду резко поднял меня за попу, заставив обхватить себя ногами. Продолжая целовать и не отпуская ни на секунду.

Его мышцы напряглись, тело стало твердым, как сталь. Грудная клетка втягивала воздух, как кузнечные мехи. Быстро, глубоко, отрывисто.