Белое пламя дракона - Илья Крымов

Чтец подзывал к себе демонологов и, разделяя их, формировал вокруг каждого заклинателя демонов отдельный боевой отряд.

– Что происходит? – спросила Эмма, осматриваясь.

– Самый худший узник Академии, как я понял, пытается сбежать.

Порталы не переставали вспыхивать, доставляя все новых и новых магов, до которых дотягивался Зов Академии. Новоприбывшие требовали объяснений, мешая формированию групп, напирали на тех, кто появился раньше, и гомон становился громче. Собираясь в слишком уж больших количествах, волшебники теряли способность к нормальному сотрудничеству и превращались в сгустки раздражения. Сехельфорсусу приходилось несколько раз пускать по толпе ментальные волны, буквально внедряя всю необходимую информацию в головы новоприбывших.

Среди мантий тут и там проскакивали черные шинели с эполетами, аксельбантами, нашивками и алыми лентами – армейские маги, которых заклинание все еще считало частью Академии, тоже прибыли на зов.

– А что значит «бутон раскрылся»? – Голос морфа отвлек Тобиуса от тревожных мыслей.

– Это момент, когда демон, ворвавшийся в тело жертвы, полностью подавляет ее волю и берет на себя контроль. Обычно чем сильнее воля носителя, тем дольше «бутон» не раскрывается, но когда силы человеческой души заканчиваются…

– Эй, ты, желтоглазый, ко мне!

Сухой и тонкий палец Сехельфорсуса указывал прямо на Тобиуса.

– Что умеешь?

– Я серый маг, ваше могущество, умею много чего.

– Ну еще бы. А это кто?

Ответа архимаг-телепат не дождался, просто прочитал его на поверхности Тобиусова мозга.

– Боевой псевдоантропоморф? Отлично, хоть кто-то прибыл подготовленным! Отправляйтесь к группе Ипсона Странного! Вон туда! Живо, мальчишка! Живо!

Ипсон Странный был уже зрелым, но еще не старым магом, чье морщинистое лицо будто выражало каменную серьезность. Не очень высокий, но широкоплечий мужчина, с выпуклой грудью и плоским животом. Он не носил усов, предпочитая небольшие бакенбарды и маленькую аккуратную бородку; череп Ипсона охватывал тонкий золотой обруч с камнем во лбу. Самой примечательной чертой того волшебника являлся левый глаз – магический артефакт, который горел синим светом и поворачивался в глазнице независимо от органического собрата. Как вспомогательным артефактом Ипсон Странный пользовался очень оригинальным инструментом – золотым наручем, обхватывавшим его правое предплечье и увенчанным тремя длинными изогнутыми клинками, торчавшими вперед на манер звериных когтей.

Рядом с Ипсоном уже стоял один волшебник, демонолог в темно-алой полумантии, короткостриженый безбородый парень, сверстник самого Тобиуса.

– Имя? – хмуро спросил старший.

– Тобиус.

– Еще один рядовой. Становись. Когда наберется шестеро, будем укомплектованы.

Странный говорил так, будто все происходящее его нисколько не волновало, будто к нему все это не имело отношения. Он оставался невозмутим, и лишь изгиб плотно сжатых губ говорил о его слабом недовольстве, вызванном окружающей суматохой.

– Я – Орландо, – тихо представился молодой демонолог.

– Тобиус.

– Слышал. А это кто с тобой?

– Эмма. Она хороший воин.

– Я хороший воин! – улыбнулась стальная дева.

– Очень на это рассчитываю. Сейчас еще троих подберем и пойдем. – Демонолог вздохнул, лихорадочно оглядываясь, и резким движением стер со лба пот.

Тобиус взвесил в руке жезл, тяжесть инструмента его успокаивала.

К одноглазому подбежала девушка с короткими рыжими волосами, в мантии цвета молодой травы, скроенной по женской фигуре (с зауженной талией). Она представилась как Марадея и в ответ на вопрос Странного сообщила, что является адвомагом и, более того, дубликатором.

– Не помешает. Становись к остальным.

Тобиус и Орландо кивнули сестре по Дару.

Вскоре к ним присоединился еще один волшебник, тоже молодой, рослый, широкоплечий и жилистый, с длинными волосами цвета пшеницы. В нем явственно проглядывала кровь северных островитян.

– Алестан, – коротко бросил он.

– Всем приготовиться! Выступаем немедленно! – возвестил Чтец.

Группки волшебников начали подъем вверх по запутанному нутру башни. Они быстро двигались выученным с детства лабиринтом коридоров, анфилад и галерей, мимо дверей аудиторий, лабораторий, кабинетов, мастерских, мимо старинных портретов, мозаик и гобеленов, освещенных магическими огнями, тяжелыми напольными канделябрами, выточенными из камня, и артефактными светильниками, мимо статуй на высоких постаментах.

– Слушай меня, larvas magicus[14], – тихо говорил Ипсон Странный, ведя их за собой, – из-за того что серый притащил с собой морфа, Сехельфорсус недодал нам шестой боевой единицы, так что нас пятеро, увы. Жаловаться поздно, а поэтому я требую от вас полного подчинения. Если будете слушаться, то получите шанс на выживание. Теперь конкретно – что вы умеете? Девчонка?

– Я э… могу призывать зукулинов, создавать несложные дубли…

– Боевая магия? Целительство?

– Нет, очень мало… но я могу переливать свою гурхану, если нужно, это дается мне легко.

– Негусто, учту. Демонолог?

– Профильная дисциплина, – немедленно отозвался Орландо, – с отродьями и низшими воплощениями я справлюсь, но если полезет что-то покрупнее… не знаю.

– Мне достались одни безбородые молокососы, – хладнокровно прокомментировал Ипсон. – Блондин?

Губы Алестана на миг презрительно скривились, но в остальном он сохранил холодную сосредоточенность.

– Криомантия. Хорошо ставлю разные защитные чары.

– Сойдет. А ты, моль, можешь всего, но по чуть-чуть, верно?

– Да, ваше могущ…

– Что дается лучше прочего?

– Я… неплохой боевой маг и исцелять умею.

– Ну хоть с одним повезло. В нашем положении было бы намного выгоднее иметь под рукой опытного демонолога, но с низшими отродьями Пекла может справиться даже простая боевая магия…

Башня вздрогнула.

– Прибавили шаг, – приказал Странный, подавая пример.

Они почти достигли средних этажей башни, когда ее в очередной раз тряхнуло.

– Тихо здесь, – сообщила Марадея, испуганно оглядываясь.

Этаж пустовал – его покинули в спешке.

– Когда сверху повалили отродья, неофитов начали телепортировать в другую часть кампуса, подальше от главной башни. Морис Прыжок с целой бригадой пространственников работали без передышки, пока ученики не оказались в безопасности. Быстрее! Слышите, как грохочет?