Некромант на мою голову - Ольга Иванова

— Мне оно уже не надо, — отмахнулся он, скрываясь в кабинете.

— Кристиан, Матильда права, — крикнула я ему вслед, желая образумить, но тут заметила взгляд самой Матильды. Настороженно-изумленный. И с запозданием я поняла, что только что назвала Морра по имени, чем и вызвала такую реакцию.

— А что у нас сегодня на обед? — спросила у нее уже нарочито весело, чтобы замять оплошность. — Я так голодна!

— Тушеная утка, — Матильда вроде как оживилась, отвлеклась, но все равно продолжала поглядывать на меня с интересом. — Идем в кухню. Расскажешь, что с вами было, пока буду разогревать. Просто тут такое творилось, когда мы узнали, что льерд Швак никакого письма тебе не присылал… — в ее глазах вспыхнул подозрительный огонек, а на губах появилась усмешка.

— И что же было? — мне стало интересно и отчего-то волнительно. — Кстати, а как господин Морр воспринял мой самовольный уход?

— О-о-о, — Матильда снова усмехнулась и деловито загромыхала кастрюлями.

— Что значит «о-о-о»? — осторожно уточнила я. — Он разозлился?

Матильда выдержала интригующую паузу, затем ответила:

— Скорее, расстроился. Но и разозлился, наверное, тоже. Все время ворчал, что ты опоила его снотворным. Только выглядел при этом почему-то подавленным, — она посмотрела на меня искоса. — Я никогда его таким не видела. А еще отказался от обеда. И на руки свои почему-то все время смотрел, запястья тер. Я даже спросила, не болит ли чего. Не ответил.

Она снова замолчала, будто испытывая меня.

— А дальше что? — поторопила ее я, не выдержав. Внутри все натянулось, замерло в ожидании новых откровений.

— А дальше позвонил льерд Швак… — Матильда поставила утятницу на огонь и наконец повернулась ко мне. — И сразу стало понятно, что тебя обманули.

— То есть льерд Морр не посчитал, что это я все придумала с письмом? — мне вспомнились слова Кристиана.

Матильда хмыкнула:

— Во всяком случае, мне так не показалось. Он тут же бросился собираться. Я не успела даже глазом моргнуть, как он уже стоял в дверях со своим чемоданчиком и твоим йоком под мышкой. Попросил присмотреть за домом, пока не вернется. Потом поправил себя: пока вы не вернетесь. Имея в виду и тебя тоже. И ушел. Искать тебя. Ну, теперь твоя очередь. Рассказывай, что да как.

— Со мной?.. — я поймала себя на том, что сижу и глупо улыбаюсь, поэтому встрепенулась и стерла улыбку с лица, приняв серьезный вид. — Меня похитили, стоило мне оказаться в своем мире…

Мой рассказ был долгим. Пришлось упомянуть и про афериста мужа, и о, долгах, в которых он меня оставил, а вот с момента появления в гараже Морра, я уже тщательнее подбирала слова, местами избегала подробностей. Ну а события ночи, конечно же, и вовсе оставила за кадром. Вот только Матильда, кажется, все равно поняла, что вчерашний вечер прошел у нас с Морром более насыщенно, чем я рассказала.

— В общем, наш льерд Морр тебя спас, — она вздохнула с загадочной улыбкой. — Как романтично…

— Не преувеличивай, — я смущенно кашлянула. — Хотя, конечно, я очень благодарна ему за это. Не ожидала, если честно.

— Да никто не ожидал, — Матильда снова хмыкнула и посмотрела на меня многозначительно.

— Там утка не сгорит? — я показала на плиту.

— Ой, точно! — она сразу спохватилась, засуетилась у плиты. — Вот же дурья башка! Хорошо, что на огонь несильный поставила. Не сгорела, хвала богиням…

— Пойду пока на стол накрою, потом позову господина Морра, — я поспешила сбежать, не давая Матильде шанса вернуться к зыбкой теме наших отношений с Морром. Мне бы самой в них разобраться для начала.

Значит, он переживал, узнав, что я ушла… От этой мысли в груди разливалось щекочущее тепло, а губы так и норовили растянуться в улыбке.

Стол я сервировала быстро и отправилась к Морру. В кабинете неожиданно оказалась пусто, лишь на столе лежали оставленные им газеты. И скучающий Йорик.

— И где твой хозяин? — спросила я, погладив его по гладкой макушке. — Не скажешь, конечно… А как насчет того, чтобы дать мне совет? — я с опаской оглянулась на дверь и взяла череп в руку, вытянув его перед собой. И, приняв серьезный вид, произнесла: — Быть или не быть, Йорик? В смысле, нам с ним вместе? — добавила уже шепотом. Потом сама же прыснула со смеху, устыдившись своего дурачества, и поспешила вернуть Йорика на место. — Надеюсь, это останется между нами.

К счастью, за этим занятием меня никто не застукал, и я поднялась на второй этаж. За дверью ванной журчала вода, давая понять, что Морр там. Моется опять, что ли? Утреннего душа ему не хватило? От воспоминаний о тот самом душе на миг перехватило дыхание, а внизу животе стало горячо.

Я прочистила горло, постучала в двери нарочито громко позвала:

— Господин Морр, обед готов.

— Пять минут, лея Валерия, — донеслось до меня сквозь шум воды, но даже он не смог скрыть ответный сарказм в его голосе.

Я усмехнулась и решила заглянуть в свою комнату. Дверь не закрывала, просто подошла к зеркалу, поправила волосы и макияж. Затем открыла шкаф, вспомнив, что хотела проверить свои догадки о свадебном платье. Оно было на месте, как и туфли. О чем это говорило? Да, похоже, о том, что заклятие все же никуда не ушло, а значит, узы исчезли не просто так, а по причине, о которой говорила лея Хирот. Взаимное признание чувств?..

— Я думал, ты ждешь в гостиной, — за моей спиной остановился Морр и обнял за плечи, привлекая к себе. От него пахло туалетной водой, а подбородок оказался гладко выбрит. Теперь понятно, что он делал в ванной.

— Да вот захотела полюбоваться платьем, — я усмехнулась и показала на ворох белого кружева. — Видишь, оно по-прежнему здесь.

— Боюсь, мой костюм тоже на месте.

— Значит, визит к лее Хирот неизбежен? — уточнила я вкрадчиво.

— Выходит, что так, — ответил он после некоторой паузы. И дотронулся  губами к моей шее, вызывая у меня волну сумасшедших мурашек.

— Ты думаешь, это все же наваждение? — прошептала я, сглатывая.

— Мне бы не хотелось, чтобы это было так, — его ответный шепот коснулся моего уха, щека потерлась о мою, а объятия стали крепче.

— Матильда что-то подозревает, — сказала я, пытаясь посмотреть на него через плечо. — О нас.

— Ей всегда есть до всего дело, — он усмехнулся и, наклонившись, нашел мои губы своими.

Я прикрыла глаза и ответила на этот неспешный, полный затаенной страсти, поцелуй. И все же разорвала его первой:

— Пойдем, Матильда, наверное, уже думает про нас всякое. И обед стынет.

— Цветы завяли, — внезапно Кристиан, ослабляя объятия.

Я сразу не поняла, о чем он, и только потом мой взгляд упал на вазу, где стояли, поникнув головками, фаолы, те самые, которые он мне купил еще до бала.