Пара для Эммы - Юлия Меллер

Торчащую посреди острова гору и замок на ней он не воспринял как жильё. Высокая гора, как и скалы у берегов, была гладкой, не давала даже шанса вездесущим сосенкам укорениться на своей поверхности, а замок словно бы являлся её продолжением, и если бы не башенка, то сразу не разберёшь, что на вершине есть рукотворное жилище.

— Здесь спрятана лодка, мы можем добраться на ней, — отчего-то неуверенно предложил Ратмир.

— Вы сомневаетесь, — мягко констатировала Эмма, желая знать, что беспокоит её защитника.

— Лодка маленькая, вам может быть страшно.

— Вода спокойная, — окидывая озеро взглядом и наблюдая лишь небольшую рябь, созданную ветром. — Пока дождь затих, надо действовать… и разве есть другие варианты?

— Я могу подать сигнал, и нам вышлют лодку с гребцами. Так для вас спокойнее и сам переход пройдёт быстрее.

— А как же лошади перебрались к вам… ну те, что разбойничали? — вспомнила Эмма.

— Летом озеро мельчает, вода отступает от берегов, и становятся доступны подводные дорожки. О них знают жители острова, но несложно проследить за ними и узнать проход.

— Значит, остров не так уже неприступен, как кажется?

— Да, для тех, кто там живёт, больше проблем, чем уверенности в безопасности, — вынужденно согласился Ратмир. — Но замок действительно недосягаем для возможных врагов.

— А мы где будем жить?

— В замке. Этот остров принадлежит судьям, и замок построен для первого судьи. Сейчас он принадлежит мне.

— О, я могла бы догадаться… вы же говорили, но этот вечный дождь заставляет думать только о том, чтобы забраться поскорее в кресло у камина и пить горячий глёг. Ну, пожалуй, ещё бы книжечку в руки, других мыслей нет.

— У вас всё это будет, — пообещал Ратмир и отправился за лодкой, так как Эмма с тревогой смотрела на подбирающуюся дождевую тучу.

— А ещё, — присев на корточки перед Жаром, продолжила она, — я сейчас мечтаю, что ты рядом играешь на пушистом ковре. Собираешь разрезанную на части картинку или рисуешь, строишь из кубиков домики или играешь в сражение со змеелюдами. Неважно, главное, чтобы ты был в тепле, спокоен и счастлив.

Эмма крепко обняла его.

— А зачем разрезать картинку, чтобы потом собирать её?

— Это научит тебя лучше понимать, что происходит вокруг. Вот, например, услышал, как одна тётка сказала, что в лесу второй год не родятся грибы. Это может ничего не значить, а может быть частью большого события. Вскоре тебе стало известно от охотников, что белок в этом лесу почему-то не видно и непонятно куда они делись, это тоже часть. Потом до тебя дошли слухи, что маги пришли на ваши земли и ищут что-то необычное, может, пока неопасное, но уже дающее о себе знать.

— Это тоже часть?

— Да, это тоже кусочек. Ты ещё не знаешь, что у магов случилось, но зато ты умеешь подбирать подходящие части и сможешь быстрее других сложить всю картинку происходящего.

— Сложно.

— Зато интересно. Я научу тебя мысленно идти от малого к большому и обратно. Это поможет тебе в жизни.

— Это как «обратно»?

— В последней таверне, что мы обедали, хозяйка хвасталась вкусно приготовленным мясом. Никто не может повторить. Слишком сложно. Но если разбить всю её готовку на этапы, то это будет многим под силу.

— Тетя Сила сказала, что ещё её мама так готовила это мясо и многие пытались сделать так же, но всё не то.

— Начнём с того, что не всякий кусочек туши подойдёт для её блюда. Потом она готовит не сразу, а выдерживает мясо в соусе. Это называется маринование. Дальше надо уделить внимание печи. Короче, когда все её действия разбираешь на маленькие кусочки, то понимаешь, что ничего сложного в её рецепте нет.

Жар вздохнул.

— Ничего малыш, ты уже намного больше знаешь, чем та же Белка. Мы с тобой многое увидели и ещё увидим. Обо всём поговорим. Сам не заметишь, как будешь понимать, почему люди, оборотни и другие живут так, а не иначе, почему поступают не так, как сделал бы ты и многое другое.

— А почему в твоих мечтах я строю домики из кубиков, а не палочек? Палочки могли бы обозначать брёвна.

— Всё верно, могли бы, но посмотри на возвышающийся замок — он из камня. Прежде чем строить из камня, ему придают форму кубика или прямоугольника, — Эмма на песке чертила кубик и прямоугольник.

— А как сражаться со змеелюдами, чтобы побеждать? Я не хочу, как отец…

— Мы найдём, кого расспросить, и узнаем, как с ними биться и побеждать. Твой отец был храбр, но ты верно заметил, что ни он, ни ваш сильный альфа не знали, какие есть слабые места у нагов. Иногда мало отваги, очень нужны знания, — печально закончила Эмма и повела Жара навстречу Ратмиру, тащившему лодку.

Он тянул её по воде, закатав штаны. На это даже смотреть было холодно, но судья — не человек и даже не совсем оборотень.

Лодка действительно оказалась небольшой, и нормально сидеть в ней мог только гребец. Эмма устроилась на месте предполагаемого груза на подставочке, которая была сделана для того, чтобы перевозимые продукты не намокали.

Ратмир умело и безостановочно работал вёслами. Он ощущал напряжение своих подопечных, то, что они замерли, что обоим очень неудобно, но они боятся пошевелиться и торопился, чтобы пытка водой поскорее для них закончилась.

Эмма тихонько потянулась скованной от напряжения спиной, поняв, что остров уже под носом. Она придерживала руками Жара и слегка массировала ему спинку, чтобы облегчить его состояние.

Малыш осторожно развернулся на руках у Эммы и с любопытством следил, куда Ратмир направляет лодку. Вскоре судья подвёл их судёнышко к пристани, и они, кряхтя, поднялись на неё. Перед глазами предстал небольшой пляж и лес на возвышении.

Эмма с удовольствием ощутила под собою дощатый настил, устроенный над водою и пляжем, с лёгкостью поднялась по ступенькам, выводящим на хорошо протоптанную тропинку. Настроение летело вверх, и новые впечатления будоражили кровь. Они перемигивались с Жаром, а он, то держал её за руку, то забегал вперёд, возвращался и сообщал, что там впереди.

Когда Эмма смотрела на остров издалека, то домики местных жителей казались маленькими и почти вровень с водою, но на самом деле всё было намного крупнее, и она выдохлась, пока поднималась к городку.

Ровно закругляющиеся улочки, местами украшенные соединительными арками, очень ей понравились. Всё увиденное напоминало средневековый городок, только ширина улочек вмещала не «рыцаря на коне», а две телеги рядом. Не так чтобы вольготно, но чисто арифметически точно вместились бы.

Казалось, весь остров состоит из камня, но оборотни умело использовали данный рельеф для дорог, для постройки домов и любую свободную поверхность старались озеленить.

Городок, так же как лес, опоясывал гордо торчащую вверх гору. За обжитой полосой росло немного деревьев, сглаживающих резкий переход от относительно ровной поверхности к возвышающемуся монолиту.