Сдаюсь на вашу милость - Екатерина Полянская

Он помог завернуть драгоценность в какую-то тряпку. А платье… это всего лишь платье.

— Если мы… объединимся… я ведь смогу делать, что хочу? — Слова подбирались с трудом, и не уверена, что удалось передать основной смысл, но мне было важно об этом поговорить.

Понимание в глазах змея принесло облегчение.

— Почему нет? — пожал плечами он.

Верить ему или нет, я так и не решила, но мы уже вышли к коту и Шанет.

Падишах что-то ворчал насчет того, что надо было сначала налюбезничаться, а уже потом выставлять их на жару. Шанет сияла глазами и понимающе поглядывала на меня. Понимает она, тоже мне. Знала бы она, как все на самом деле…

Мы поехали.

Смотреть в пустыне было особенно не на что, и ничто не мешало мне копаться в себе.

Я — змея. Ущербная, к тому же. Сказал бы кто месяц назад, что моя жизнь изменится так круто, ни за что бы не поверила. А тут еду куда-то, смотрю на спину Антшесса и наслаждаюсь тем, как чешуйки на спине и бедрах распространяют по телу приятную прохладу. Противной духоты не чувствую вообще. Что же, есть своя прелесть и в этом.

Технически ночью у меня случился первый оборот. Только я не обернулась. Ущербная, говорю же. Но меня это устраивает. Так я чувствую себя собой прежней. И Антшесс вроде бы не смотрит на меня с отвращением. Во всяком случае, я ни разу не замечала.

Отношения. Когда-то я решила, что в моей жизни им нет места. Презираю неверных мужчин и глупых куриц из гаремов. Но тут вроде бы все иначе… И мне любопытно попробовать. И в то же время страшно.

Но интересно все-таки больше.

Я еще разок покосилась на спину, закрытую плотной белой тканью. Вот закончится неразбериха с Шанет — там посмотрим.

Было и еще одно. Воспоминания. Образы, иногда мелькавшие в голове. Широкий каменный коридор. Черноволосая женщина, перед которой благоговейно склоняются даже встречные мужчины. И она же, прячущая меня в момент нападения. Горькие и сладкие воспоминания одновременно. Меня любили. Защищали. Если бы не отец нынешнего султана, жри его шайтан, у меня была бы счастливая жизнь.

Но об этом лучше не думать. Как и о той, которая спасла меня.

О да, по части умения прятать голову в песок мне нет равных!

Бросив на василиска, который травил Шанет очередную байку, еще один быстрый взгляд, я постаралась затолкать чувство вины глубже. Иногда чтобы шагнуть в будущее, надо забыть прошлое. В конце концов, я толком сама не знаю, что в нем. Вот и не стоит об этом думать.

Поглощенная своими мыслями, я не сразу заметила перемену погоды. Опомнилась, только когда ветер подхватил дымку из песка и хлестнул ногу. Больно. Даже через штаны и платье. Я вскрикнула.

Стало будто труднее дышать.

— Что это?! — пискнула Шанет, перебивая рассказ Эда.

Тотем завозился, навострил уши.

— Что-то определенно не так, — постановил он пару мгновений спустя.

Антшесс тоже напрягся, будто вслушиваясь во что-то.

А в следующий момент выставил щит, закрывая нас куполом.

— Песчаные джинны, — сквозь зубы процедил он. — Наша с Сархом схватка их привлекла.

Кто-кто?!

— Их же не существует, — жалобно напомнила я.

Словно в ответ песок прямо под щитом взорвался, засыпая глаза и нам, и лошадям. Видимо, эти твари были категорически против того, что их не существует.

Лошадь, на которой сидела я, издала странный звук, поднялась на дыбы, резко дернулась… я полетела на землю. Эд еле успел силовой петлей сдернуть Шанет, потому что ее четвероногий транспорт начало засасывать в песок. Успел. И вместе с девочкой соскочил на землю. Попробовал наколдовать новую защиту. Пока бесполезно.

Тотем позаботился о себе сам. Нет, сначала он вздыбил шерсть и заорал дурниной. Но все оказались слишком далеко и вообще заняты… и за миг до того, как лошадь полностью исчезла, засветился и перенесся на расстояние нескольких шагов.

Смущенно дернул усами, осознав, что сделал.

И нервно сообщил:

— Вам нельзя доверять котиков.

Двойной щит лопнул с тихим чпоком.

Ант выругался.

— Лично я был бы счастлив, если бы их не существовало.

Опасность ощущалась так, будто на теле все немногочисленные чешуйки дыбом встали. Я резко рванулась, откатываясь в сторону. Там, где только что находилась моя нога, взметнулся песок.

Лошади Эда проворства не хватило — на желтый песок брызнула кровь.

Шанет тихонько захныкала.

Кот оцепенел и, кажется, готовился грохнуться в обморок.

— Они же джинны, — перед этим пожаловался Падишах. — Какого шайтана они плотоядные?

— Это шехры, — сквозь зубы пояснил василиск. — Мелкая, злобная нечисть, которая таскается за джиннами в надежде кем-нибудь поживиться.

Возле его ноги клацнули чьи-то песчаные зубы, он еле успел ее убрать.

Мне почудилось разочарованное ворчание.

— Джинны питаются магией смерти, — продолжал говорить Змей, скользя тяжелым взглядом по окружающим нас пескам. — Проще говоря, если нас здесь засыплет или мы, к примеру, умрем от жажды, им будет вкусно.

Слишком горячий для нечувствительного василиска ветерок облизал щеки.

По наитию я дернулась в сторону… и оказалась права.

Проклятые твари!

Разумно действовать из нас оставался способен только Антшесс. Первым делом он вытряхнул Шанет из плаща. Девочка вскрикнула и полупрозрачной тенью взмыла над землей. Кажется, собралась ругаться… но в месте, где она только что стояла, взорвался песок, на мгновение показались уродливые щупальца… и возмущений у будущей султанши мгновенно убавилось.

Отброшенный в стороны плащ начал тлеть и расползаться.

— Эйза, возьми кота, — велел Ант.

— Что?! — изумились мы с котом.

Походя я обнаружила, что уже стою на ногах. И активно перебрала оными, убираясь с опасного места.

— Возьми кота и закрой ему глаза, — повторил маг. — Шанет, лети во-он к тем чахлым веткам. Там вдалеке увидишь скалы, держись их.

— Зачем?!

— Я боюсь!

Подопечные ему достались на диво бестолковые.

Заклинание ударило в песок у ног мага. Снизу мерзко чавкнуло… и песок окрасился в черный.

От отвращения меня начало мутить.

— Живо! — зарычал василиск.

Прямо сейчас он показался страшнее джиннов и шехров вместе взятых, и мы бросились исполнять команды.

Я подхватила мелко трясущегося кота и краем накидки закрыла ему морду. Огляделась. Шанет поблизости уже не было.