В конце времен - Дмитрий Мансуров

— Вот это удар! — восхитился Кащей, глядя, как поредевшая стая зубастых охотников вновь смыкается перед выжженным кругом, и с усиленной яростью в кроваво-красных глазах преследует злосчастную карету.

Вожак стаи, как ни странно, был жив и отлично себя чувствовал, если так можно было назвать его перекошенную от злости морду и желание убить врага любой ценой, ясно читавшееся при свете молний в его глазах.

— Не люблю посредников! — сказал Кащей.

— Каких посредников? — не поняли советник и Доминик.

— Между мной и смертью, — пояснил он. — Так и норовят предложить мне ее услуги через посреднические фирмы и индивидуальных желающих. Не дают спокойно помереть в любимом парке на берегу озера от старости. Волки, солдаты, разбойники… И всем что-то надо за услуги: волкам — и так понятно, что нужно, да людям, в общем-то, тоже: золотишко, драгоценности, вещи, кареты. Дорого они берут!

— Есть и такие, кто задешево возьмется, — возразил советник, тоже заглядывая в окошко. — Их хлебом не корми, а дай кого-нибудь убить. Просто так, от нечего делать.

— Ларриан, не будь пессимистом — вредно для оптимизма! — Кащей протянул ему последний шар. — Хочешь сам в них запустить? Может, мы и пропадем, но удовольствие от битвы гарантировано!

— Давай ее сюда! — не стал отказываться советник. — Что теперь?

— Нащупай две ямочки и нажми на любую из них.

— Так, нажал.

— Великолепно! А теперь кидай, да побыстрее! — Советник метнул шар, и тот, упав на дорогу, покатился навстречу волкам. На этот раз никто не стал его ловить и поднимать. Волки обежали его и снова сомкнули ряды, встав плечом друг к другу и непрерывно издавая пронзительный вой.

Лошади уставали, и извозчик, перед которым встала сложная дилемма: либо не сбавлять скорости и загнать лошадей насмерть, либо дать крохотный шанс на выживание, выбрал второе. И в том, и в другом случае смерть грозила всем, разве что у лошадей была альтернатива: умереть самим, но врагам живым не даться, или оказаться загнанными до полусмерти и быть съеденными в еще полуживом состоянии. Но если при большой скорости упадет хоть одна лошадь, остальные повалятся следом, и погибнут все.

От последовавшего после этих мыслей грохота за спиной извозчик чуть не слетел с кареты. Четыре молнии разом атаковали электромагнитный шарик, и стаю волков, ту часть, которая не испарилась в один миг, швырнуло звуковой волной по сторонам безо всякого сожаления. Один из волков полетел прямо в карету и ударился туловищем о стенку, разбив стекло в окошке. Шесть-семь волков пролетели дальше и упали на землю, дико воя и пытаясь схватить, дотянуться до лошадей острыми клыками, лязгая челюстями в бессильной злобе и ярости.

— А вот теперь можно и динамит покидать! Доминик, присоединяйся, вместе веселее! — Кащей подхватил связку и поджег бикфордов шнур. — Ждем, пока фитиль не догорит сантиметров десять, и бросаем динамит в гущу серой и клыкастой озлобленности. Вот так!

Связка динамитных шашек полетела в сторону волчьей стаи.

— Смотрите, господа, как действует классический легендарный динамит!

Грязно-красное облако взметнулось вверх, расшвыривая огромных волков, как новорожденных котят.

Кащей и Доминик кидали связки одну за другой — советник только успевал поджигать фитили. Волки разбегались по краям дороги, быстро уяснив, что ничего хорошего из кареты не выбросят, и погибало их куда меньше, чем от удара молниями. Большинство волков контуженными падали без сознания, но тех, кто был в сознании, до сих пор хватало, чтобы с легкостью победить удирающих путников.

И когда запас динамита подошел к концу, а Кащей уже был готов к тому, что придется сражаться с волками не на жизнь, а на смерть, вожак, уставший смотреть, как стая тает на глазах безо всякой пользы, грозно рыкнул. Изрядно потрепанные волки свернули с дороги и торопливо скрылись в спасительном лесу.

— Испугались! — не менее перетрухнувший советник перевел дух.

Как только опасность миновала — надолго ли? — усилием воли загнанный в глубины подсознания страх вырвался наружу, заставив Ларриана нервно передернуться и ощутить, как по коже протопали гигантские мурашки.

Кащей хмуро глядел в разбитое окошко. В редкие моменты грозового просветления было видно, что на дороге не осталось ни одной живой души. Всех волков словно корова языком слизнула.

— Змейго, я тебя умоляю, только не говори нам, что тебе это не нравится, ладно? Боюсь, я этого не перенесу! — попросил Ларриан.

Доминик молча сидел на своем месте и о чем-то сосредоточенно думал.

— А ты этого не поднимай! — скаламбурил Кащей. — Не угадал, Ларриан. Мне это нравится! Мне это сильно нравится, господа, сверх всякой меры! Что будем делать после заварухи: вернемся за подкреплением, которое нам не дадут, потому что это самое мирное и спокойное царство на белом свете, или продолжим путь своими силами?

— Я за то, чтобы вернуться и вообще умотать отсюда куда подальше! — предложил советник. — Если здесь такие полчища волков, что творится дальше, в глубинке царства, иначе говоря, ближе к столице?

— Фигу! — не согласился Доминик. — Мы приехали сюда для того, чтобы я мог встретиться с царевной Нитой. Я от своих планов не отрекаюсь. Кто желает — пусть возвращается и попытает счастья на другом поприще, но я хочу поставить в этой затянувшейся истории точку. И пусть у нее даже будет несчастливый для меня финал, но он будет!

— Как я уже упоминал, сдается мне, что здесь всё далеко не так радужно, как нам расписывали, — сказал Кащей после недолгого раздумья. — Обнесенное колючей проволокой царство, вышки с лучниками, которые смотрят не столько на зарубежье, сколько на собственную территорию… Нам не дали пройти вместе с профессионалами военного искусства. Кого они пытались защитить? Стаю волков-переростков? Вспомните, они что-то спрашивали про наше здоровье. Охранники были перевязаны, и их не пропустили! Им не нужны раненые! Почему, спрашивается? Не хотят кормить волков подпорченной едой?

Советник поежился.

— Змейго, ты перебарщиваешь!

— Надеюсь.

— И вещи они осматривали так, как будто они нам больше не пригодятся, — подал голос Доминик. — Мне тоже сдается, что здесь дело не чисто. Я уверен, что царство захватили темные силы! Какой-нибудь Кащей Бессмертный, например.

— И ты — тот самый царевич, который выйдет с ним а смертный бой и сразится за томящуюся у него в заточении царевну-лягушку? В смысле, красавицу? Доминик, ты перечитал сказок! — воскликнул советник. — Змейго, скажи ему, что Кащей водятся далеко на севере, и пусть он не строит из себя последнего романтика!

— И правда, Доминик, — сказал Кащей, — быть последним романтиком тебе не идет.

— Много вы пони…

— Тебе суждено быть первым романтиком!

— Змейго, я же, просил!

— Спокойно, советник! — воскликнул Кащей. — Мы так по уши вляпались в эту романтику, давайте теперь разберемся, что здесь к чему? Останавливаемся у первого постоялого двора и производим с его владельцами военно-полевой допрос третьей степени. Как есть, все тайны без утайки выскажут!