Сердце крейсера - Галина Гончарова

Длинное, в пол.

Как Аврора ни была равнодушна к нарядам, но тут даже она признавала — шедевр.

Узоры напоминали ей изморозь на стекле. А платье ниспадало изящными складками, открывало плечи, подхватывало грудь — и обрисовывало тонкую талию.

Платье полностью закрывало ноги, но при движении ткань так откровенно скользила по телу, что становилось ясно — тут все идеально.

Сверху — легкий жакет. Болеро. Из тонкой прозрачной ткани. Если что — можно снять.

Аврора только покачала головой. Вот что значит — творение мастера.

Ей удобно двигаться, она может и бежать и драться, но и внешний вид на уровне.

Белье тоже соответствовало. Трусики, чулки, украшенные бисером и камнями, в тон, белые…

Корсет под платье полагался, но с такой фигурой, как у Авроры… мастер положил его в коробку, но советовал не надевать. Незачем.

И туфли.

Произведение искусства из шелка, камней, бисера и стеклопластика, пошедшего на подошву и каблучок-шпильку. Аврора не возражала. Туфли были удобными. Сбросить легко. А если что — можно и метнуть. У хорошей обуви оказался отличный баланс. Шпилька же при удаче могла и вонзиться.

А удача… Аврора умела метать любые предметы.

Из зеркала на девушку равнодушно смотрела королева. Ледяная и холодная. Белые волосы падали плащом, скрывая платье. Но стоило ей пошевелиться — и отражение оживало. Переливались камни, сияли глаза, улыбались губы… и въехавший в комнату Карлайл Видрасё в восхищении застыл на пороге.

— Дина за такую внешность руку бы отдала.

Аврора развернулась:

— Я соответствую образу вашей внучки?

— Более чем! А вот это… примерь?

Аврора равнодушно посмотрела на коробку:

— Что это?

— Парюра.

— То есть?

— Набор украшений, выполненный в едином стиле.

Аврора пожала плечами. Но коробку открыла и стала послушно навешивать на себя платину с белыми ралойями — безумно дорогими камнями с Деметры-3.

Браслеты, пара колец, колье и диадема, увенчавшая светлые пряди. Серьги Аврора даже доставать не стала.

Карлайл смотрел с восхищением.

— Ты удивительно красива.

— Будь я чуть попроще, было бы легче. — Голос Авроры был грустным.

— Возможно. Идем?

— Кто встречает гостей?

— Я, ты, Интаро.

Аврора чуть покривилась, но Карлайл покачал головой:

— Потом вы будете порознь весь вечер. Да и встреча гостей — дело такое… он не будет тебе докучать.

— Вы об этом позаботились?

— Разумеется.

Аврора наградила деда благодарной улыбкой и положила руку на спинку инвалидного кресла.

— Идемте.

Это была королева.

Прекрасная, снежно-звездная, словно сотканная из лунного света и лепестков белых роз. Когда-то Интаро даже пытался писать стихи. И сейчас ему захотелось начать все заново.

На белом лице сияли загадочным светом черные глаза.

Она была прекрасна.

Неотразима.

Безразлична к окружающему миру.

Богиня спустилась с небес посмотреть, что происходит на земле. А вот что рядом с ней делает… Видрасё?!

— Аврора?

Карлайл ответил ему довольной ухмылкой.

И только тогда до Интаро дошло, что это — его жена… с ума сойти…

Та самая девчонка в драном комбинезоне, вечно в пятнах, с небрежно заплетенной косой, которая к вечеру становится похожа на веревку, и эта юная богиня — одно целое.

— Быть не может.

На тонкой руке блеснули ралойи. Интаро только головой покачал. Аврора не знала, сколько стоят камни. А того, что было на ней надето, хватило бы на скромный особняк в шесть этажей на Земле Изначальной.

— Тебя что-то удивляет?

Аврора подумала, что надо бы сделать голо и послать Рону. Раз уж даже Висен так реагирует… сама она была безразлична к внешнему виду, но вдруг?

Почему бы не сделать приятное любимому мужчине? В обычной жизни она не станет так наряжаться даже за очень большие деньги.

Разве что Рон очень убедительно попросит.

И пообещает потом это лично снять.

— Мы встречаем гостей втроем. — Карлайла было не сбить такими мелочами. Особенно сейчас, когда он притерпелся к поведению внучки.

— Где?

Сенатор кивком указал на двери. Там было специально устроено небольшое возвышение. Гости поднимались по лестнице, на возвышении их встречали хозяева, раскланивались — и по трем ступенькам гости спускались в зал.

— Туда. Интаро, поможешь?

Адмирал послушно взялся за ручки кресла. Аврора молча прошла к возвышению. Заняла позицию чуть в стороне. Надменно улыбнулась.

Королева.

Красивая, гордая, надменная…

Интаро подумал, что из нее вышла бы прекрасная леди Висен. Но… она сама этого не хочет. Увы…

Так что придется ломать, и жестко.

— Господин Катинидес с супругой и дочерью! — провозгласил дворецкий.

— Аврора, подойди чуть поближе, — попросил Карлайл.

Спектакль начинался.

За следующие три часа Аврора озверела. И другого слова было не подобрать.

Ею восхищались.

Говорили комплименты.

Целовали ручки.

Нежно прикладывались накрашенной щечкой к щеке — она уже устала стирать чужой макияж. Тем более специально так прикладывались — чтобы ее измазать побольше. Какая-то овца решила было приникнуть к платью, но тут уж Аврора и сама не сплоховала, заметив, что у них не та степень близости — так обниматься. Что люди подумают?

Дама покраснела и быстро ретировалась.

Карлайл Видрасё, заметив это, только фыркнул. И порадовался, что внучка не стала применять что-то еще. Например, борцовский бросок через бедро. А то летела бы дама через ползала.

Судя по словам владельца клуба, травмы грозили кому угодно, но только не его внучке. Скорее стоило пожалеть бедняг, которые с ней тренировались.

А сейчас…

Пару, поднимающуюся по лестнице, Карлайл заметил первым.

— Семья Шардон.

Аврора вскинула брови.

Интаро нахмурился.

— Аврора, именно с Мелиссой Шардон твой супруг был помолвлен ранее.

Аврора на секунду замерла. Мелисса Шардон… Готовясь к празднику, она скачала в память своего компа кучу всякой дряни из светской хроники. И запустила теперь поиск.