Быть бардом непросто - Дарья Ковальская

— Знаешь… доверять темному эльфу — последнее дело. Принимать подарки от него — рыть себе могилу собственными руками, — задумчиво отвечает Генри.

— Рад, что ты такого высокого мнения о талантах моего народа.

— И не только я. Ну и как именно эта кроха сможет вызвать монстра?

— Надеюсь, что просто. Ну как, Рей, ты сможешь?

Рей смотрит на меня обиженно.

— Да, — говорит тихо.

— А какого монстра можешь вызвать? Дракона?

Девочка отрицательно качает головой.

— Армию зомби?

То же самое. Чешу затылок, вспоминаю внушительный томик полного собрания Монстроведения, который однажды откопал у папани. Этак я до утра промаюсь.

— А кого можешь?

Молчание.

— Но это хоть монстр будет? — сдаюсь я.

— Да.

Круто. И, насколько я знаю Рей, больше она ничего не скажет.

— Ладно. Тогда план такой: завтра днем на ярмарке нужно быстро наколдовать монстра, эффектно его сразить, и — вуаля! Генриетта — героиня!

— Не забудь, что при этом должен присутствовать капитан городской стражи. Иначе ничего не выйдет, — замечает заказчица.

— Хм… — задумчиво изучаю контракт, прислушиваюсь к шороху дождя на улице. Мне кажется или у нас снова гости? Скорее всего, кажется. — А какие развлечения капитан любит больше всего?

— Петушиные бои и казнь.

— Какой милый парень. Ну казнить завтра никого не будут, а вот бои проведут — это запросто. Там все и организуем.

— Может, заставим монстра напасть на капитана? Это даст мне шанс занять выгодную позицию, и я смогу отразить нападение.

Вопросительно смотрю на Рей, но она спит, положив голову на колени девушки. Задумчиво смотрю на умиротворенное лицо ребенка. Похоже, женского тепла ей все же недостает… и будет недоставать. Перевожу взгляд на Генри. Та осторожно гладит Рей по голове, пропускает черные локоны между пальцев. Мне кажется или в ее глазах сожаление? Ей ведь сейчас заводить детей нельзя. Иначе трюк с переодеванием раскроется буквально в течение ближайших полгода, если я ничего не путаю в сроках беременности у людей. А еще я слышал, что человеческие женщины просто обожают детей.

— Рей, — требовательно зову девчонку и трясу за плечо.

— А ты уверен, что она точно сможет вызвать хоть кого-то? — интересуется Аид.

— Уверен.

Стаскиваю ребенка на пол и, хорошенько встряхнув, бужу… Зря я так. Боль в области сердца становится невыносимой. Она появляется внезапно, и уже через секунду мне кажется, что сердце не выдержит и разорвется на сотни кусочков.

От боли ничего не могу сказать, сижу, стиснув зубы…

Аид встает, подходит к девчонке и отвешивает ей сильную оплеуху.

Боль тут же пропадает. Я кашляю и хватаю ртом воздух. Надо же… как все просто… А я думал — это ее только разозлит.

Рей смотрит на светлого, нахмурив брови.

— Если что-то не нравится — уходи. На меня ни твоя, ни любая другая магия не действуют.

— А если я призову монстра? Или разорву его сердце на куски? Что ты тогда будешь делать, Аид?

— Я тебя убью, — отвечает он. И ни грамма юмора в голосе. — Ведь ты хочешь жить, не так ли?

Рей поджимает губы и зло щурит глаза.

— Как ты, Фтор? — участливо спрашивает Аид, обращаясь уже ко мне.

— Жить буду…

Но без помощи Рей нам не обойтись. Но что-то мне подсказывает… что помогать нам уже не будут.

— А если я потом возьму тебя к себе? И мы удочерим тебя как собственного ребенка?

Недоверчиво смотрю на Генриетту. Она нигде в последнее время головой не стукалась? Впрочем, она же не знает, что это за деточка.

— Правда?

Меня напрягает улыбка этого ребенка, настолько светлая и искренняя, что даже Макс согласно кивает с кровати.

И что теперь делать? Сознаваться в том, что эта маленькая девочка старше своих «родителей», или в том, что ее практически всю жизнь держали в затхлой камере, опасаясь ее силы?

Ребенок косится на меня, ее глаза предупреждающе суживаются.

Да ну на фиг, проблемы надо решать по мере их появления. С Рей я потом разберусь. Надеюсь…

— Ты же не против? Нет? Вот и отлично, — буркаю я и прыгаю на полку.

Все! Теперь — спать. И пусть они творят что хотят. Видимо, сегодня выгнать их не судьба…

Единственная хорошая новость за сегодняшний день: Рей снимает с меня свое проклятие и уходит с Максом в магазины. Он собирается продать арбалет отца и на вырученные деньги купить хорошую пику для Генриетты. Сама стражница спит на кровати Рей, довольно причмокивая во сне.

А что же в это время делаем мы с Аидом? Мы обдумываем запасной план на случай, если Рей слегка перестарается и вызовет такую страшилку, с которой придется справляться всем городом.

— Запомни: все должно выглядеть как героический поступок. Нужно сделать так, чтобы люди видели только Генриетту, а не тебя, — в миллионный раз повторяет Аид.

— Да понял я, понял. Не волнуйся, меня никто не заметит.

— Не забывай, твои сородичи все еще в городе.

— Гхыр. О них я как-то забыл. Так, ладно, что у нас с планом на случай, если Рей облажается?

Эльф тяжело вздыхает и начинает рассказывать. Я шевелю ушами и внимаю, стараясь ничего не забыть.

Оставшуюся часть дня мы исследуем площадь, на которой планируется провести завтрашнее представление. Эльф делает какие-то пометки в блокноте, расспрашивает лавочников, торгующих неподалеку, покупает непонятные вещи. Я — таскаюсь следом и активно ему в этом помогаю.

— О чем задумался?

— Что? — Только сейчас понимаю, что стою, прислонившись спиной к фонарному столбу, и смотрю на брусчатку, лежащую у моих ног.

— Ты уже полчаса стоишь и смотришь в одну точку.

— Да… Ни о чем особом не думаю. Не обращай внимания.

— Ладно. Тогда пошли. Я приобрел все, что хотел. Дело за малым: уговорить Рей завтра нам чуть-чуть подыграть или же вообще не вмешиваться?

Киваю и иду следом. И откуда только взялось это противное чувство в груди?

— Что ты задумал?

Аид останавливается и вопросительно на меня смотрит:

— Неожиданный приступ любопытства?

— Я вообще любопытен по природе.

Едва заметная усмешка обнажает кончики клыков светлого.

— Сварю зелье, начерчу заклинание вызова и активирую его завтра, если понадобится.

— Где?

— На главной площади. Рядом с тем местом, где будут проходить бои.