Спецагент инквизиции - Олег Шелонин

– Ну, как он? – спросил Иван.

– Спит. – Бессмертный злодей плюхнулся в кресло, сдернул со стола кувшин. – Что здесь?

– Рассол.

– Это Машке на утро, – Кощей поставил кувшин на место. – Добудь что-нибудь посущественнее.

– Сейчас, – поднялся Ванюша. – Слушай, Казимир, а чего ты Черногора Машкой зовешь? – он высунул голову за дверь, – Человек! Вина!

– Для конспирации, болван!

– А-а-а… – Иван вернулся на место.

Беседа возобновилась, как только слуги исполнили заказ, и закрыли за собой дверь. Иван наполнил кубки.

– Ну, и чего ты успел разнюхать? – спросил Иван, пригубив душистое, ароматное вино.

– Кое что, – Кощей тоже пригубил, чмокнул губами, – без магии, конечно многого не достигнешь, но то, что Дагмар заколдована голову на отсечение даю… если это вообще Дагмар.

– Вот даже как? А что насчет Загляды?

– Ничего! Какой-то придурок, понимаешь, изволил упасть в обморок при виде заурядного черта, и мне пришлось потратить уйму времени, чтобы привести его в чувство. А потом пришлось со всех ног сбежать спасать заказчицу и Дагмар от одной полоумной девицы.

– Не повезло.

– Не повезло. – Кощей допил кубок. – Да, а что это ты наобещал Миледит насчет порта. Где ты ей раздобудешь стукача?

– Казимир, – расплылся Иван, – ты же работаешь с профессионалом! Пока вы с Машкой дурью маялись, я за вас, считай все сделал.

– Рассказывай!

Иван не заставил себя упрашивать, и выложил подельщику как на духу все, что произошло с ним в личном рабочем кабинете царя Андриана.

– Угу, значит осталось только вычислить место встречи Феофана со связным мадам Конг, – оживился Кощей, – Дай-ка свою бумажку.

Иван вытряхнул из кармана пергамент.

– А что там у тебя еще оттопыривается?

– Да так, сувенирчики на память.

Иван продемонстрировал Кощею письменные принадлежности царя Андриана.

– У тебя явно криминальные наклонности, – неодобрительно покачал головой Кощей.

– Первоначальный капитал, всегда сколачивался неправедным путем, – возразил Ванюша. – Не отвлекайся.

Кощей хмыкнул, и углубился в изучение пергамента.

– Да-а-а… намудрила. Где бы это могло быть? И когда?

– Да какая разница? – пожал плечами Иван, – завтра с утра пораньше установим за дьяком слежку…

– А где ты его найдешь? Да он уже, небось, залег на дно, раз решил сделать ноги.

– О-о-о…. тогда давай думать.

И они начали думать…

К утру головы у обоих были квадратные, глаза осоловелые, а воз, как говорится, был и ныне там. Нет, идей-то у них хватало. Особенно у Ванюши. Десятки идей, но все они при тщательном анализе отбрасывались как несостоятельные.

– Я, кажется, понял! – Иван отставил в сторону очередной опустевший кувшин.

– Ну?

– Это дракон!

– Обалдел?

– Точно тебе говорю! Смотри, что она пишет: Когда сам знаешь что махнет черным крылом. Черное крыло! Это же Черный дракон!

– Дракон кто, а не что.

– Это она специально зашифровала, чтоб никто не догадался.

– Тогда почему дракон, а не ворон?

– Так дальше смотри! Затмив солнечный свет над Альма Матер. Какой ворон затмит солнечный свет? А у дракона размах крыльев ого-го! Точно тебе говорю, дракон, который летит гадить на Зилантийское посольство.

– Вообще-то в этом что-то есть, – оживился Кощей, вылез из-за стола, подошел к двери. – Эй, кто-нибудь!

Перед ним тут же появился слуга с двумя кувшинами вина.

– Это ты молодец, а то у нас все кончилось. А скажи-ка милейший, в какие часы обычно Черный дракон прилетает на Зилантийское посольство гадить?

– По утрам он обычно завтракает, потом переваривает пищу, а к полудню данной пищей, в уже переработанном виде, – деликатно хмыкнул слуга, – делится с Зилантийским посольством.

– Молодец! Держи! – Сунув в руки опешившему от такой щедрости слуге полновесный золотой, Кощей вырвал у него из рук кувшины, захлопнул ногой дверь ногой и вернулся к столу. – Кажется мы на верном пути. Это будет в полдень. Теперь вопрос где?

– Да, это задача. Там, где никто не видит никого…

– Чушь какая-то.

– Так это ж проще простого, – осенило в очередной раз Ванюшу.

– Ну?

– Около посольства и будет встреча. Дракон прилетает, гадит.

– И?

– Все на него смотрят, и естественно не видят никого.

– …кроме единственного,– напомнил Кощей.

– Разумеется! Все же смотрят на дракона, и видят только его! Значит в двенадцать дня у Зилантийского посольства.

– А при чем тогда здесь лукавые сводники, глаза которых зажгутся в темноте?

– А это наверняка члены Зилантийского посольства. Они все лукавые. А такой кучей драконьего дерьма да с размаху да по голове! Из глаз точно искры посыплются, а потом потемнеет.

– Почему потемнеет?

– Да их же с головой засыплет.

– Не, не пойдет. Я объем желудка дракона знаю. По колено, по шею там… но не с головой. И потом чем они дышать будут? Ушами? Задохнулись бы давно. А я точно знаю. Все члены Зилантийского посольства пока живы и здоровы.

– Тьфу! Дай ка еще раз прочитаю. – Иван подтянул к себе листок.

Когда сам знаешь что махнет черным крылом

Затмив солнечный свет над Альма Матер

Я буду ждать тебя там, где никто не видит никого

Кроме единственного, да…но не тебя зараза!

Когда глаза лукавых сводников зажгутся в темноте

И полыхнут призывно красным светом

Я буду ждать тебя мерзавец в тишине

С подробнейшим докладом и ответом

– Есть! – Ванюшу посетила очередная гениальная идея.

– Ну?

– Тут надо мыслить широко, – Иван отхлебнул прямо из кувшина, самодовольно улыбнувшись.

– Да говори ты! Не томи.

– Послание можно разбить на три части. Две первые строчки – время, пять следующих – место, а две последние смысловой нагрузки не несут. Там одни эмоции. Здорово, видать достал наш дьячок мадам Конг.

– Ничего нового ты мне не сказал.

– Новое это место. Я его вычислил.

– И где оно?

– В тюрьме!

Кощей вырвал из рук Ивана листок.