Эквилибрист. Путь долга - Михаил Катюричев

– Эй, человечек, ты жив? – Кто-то аккуратно потряс Теодора за плечо.

Вспомнив свое позорное падение, парень распахнул глаза, боясь показаться еще большим слабаком. Шлепнулся с лошади, да еще и сознание потерял, словно девчонка какая! Размытое пятно перед глазами наконец обрело четкость, и Тео забыл дышать, утонув в изумрудной глубине божественно прекрасных глаз. Время застыло, краткий миг длился вечность, пока замершее в восхищении сердце не забилось как сумасшедшее.

– …порядке? – расслышал молодой рыцарь сквозь шум в ушах.

Голос звучал сладчайшей музыкой, которую хотелось слушать вечно. Потом смысл вопроса все же дошел до плывущего в розовой дымке сознания, и Тео энергично закивал.

– Он жив, мой тан! – пропело неземное создание, обернувшись куда-то в сторону.

– А ты что, съесть его хотела? – донесся чуть насмешливый, явно мужской голос. – Не мешай, я работаю.

Порыв ветра донес запах конского пота, глухо ударили в землю сапоги.

– Что тут у вас, леди? – Голос снова был мужским, с хрипотцой.

– Смотри, Годвер: рыцарь, живой. Я его спасла. – Девушка, юная, не старше самого Теодора, невероятно изящно поправила выбившийся из прически локон.

– Ага, вижу. Ну-ка, парень, вставай.

Пожилой некрасивый мужчина с ужасным шрамом помог Теодору встать и даже поддержал, пока мир не перестал кружиться. Случайно задетая рана вновь напомнила о себе, заставив скривиться от боли.

– Ранен? – деловито уточнил воин. Видимо, начальник охраны. – Где? Сильно?

– Да у тебя шишка! – Нежные пальчики бесконечно интимным жестом взлохматили шевелюру.

Безграничная доброта и сострадание в зеленых глазах заставляли боль отступить. Словно сама богиня милосердия сошла в этот миг на землю. Даже грязь на подоле зеленого платья смотрелась как аллегория нелегкого пути истинной добродетели.

– Шишка – это мелочь. – Грубый голос вновь разрушил очарование момента. – Ты как, парень? В глазах не двоится? Блевать не тянет? Ну и отлично. С рукой что? Дай-ка я лучше сам посмотрю. Ну-ка давай помогу тебе кольчугу снять, герой.

Теодора деловито раздели, осмотрели, перевязали. Леди, оказывается, сопровождали десятка три охранников и крытая повозка. Кто-то привел нервно хрипящую и косящую в сторону Дульсию. Кто-то стаскивал в одну кучу трупы. Возле единственного выжившего разбойника на корточках сидел седой мужчина в странной броне. Несмотря на довольно спокойный тон вопросов, бандит нервно сучил ногами, пытаясь отползти подальше, хотя давно уже уперся спиной в ствол огромного ацера. Тео прислушался.

– Ну вот видишь. – Мягкий голос, чуть растягивающий гласные, неприятно напоминал шипение змеи, отдаваясь дрожью где-то внутри. – Ты ведь разумный человек, ты хочешь жить. Хочешь загладить свою вину. Хочешь мне рассказать, все рассказать.

Теодор почувствовал, что еще немного – и он сам начнет пересказывать всю свою недолгую жизнь в подробностях. Что уж говорить о крестьянине? Тот начал быстро лепетать, захлебываясь, преданно глядя на старика. Парень отвел глаза, чтобы избавиться от наваждения, и заметил, что остальные охранники стараются держаться от места допроса как можно дальше, да и вообще не смотреть в ту сторону. Лишь леди наблюдает за происходящим с любопытством, поигрывая поводьями угольно-черной лошади с невероятно густой рыжей гривой.

Вдруг разбойник осекся на полуслове и замер, уставившись в одну точку.

– Что это с ним? – От удивления Теодор позабыл все правила благородного обхождения.

Чуть повернув голову к сидящему на земле парню, леди приложила палец к губам, призывая к молчанию.

Некоторое время ничего не происходило, потом разбойник обмяк, а странный охранник поднялся на ноги.

– Встань, Аньер из Нахтерива. – Теперь голос звучал обыденно, чуть устало.

Ноги плохо держали перепуганного разбойника, но ослушаться он не посмел. Некоторое время седой изучал стоящего перед ним человека, словно пытаясь что-то решить, а потом плечи его расправились, голос зазвучал властно:

– Я, Даркин Кат, барон тай-Ривертэйн, властью, данной мне королем, приговариваю Аньера из Нахтерива к смертной казни за разбой, убийства и нападение на дворянина.

Барон сделал короткую, на два вдоха, паузу, словно давая всем осмыслить услышанное, а затем просто коснулся рукой груди преступника. На землю упало тело не крепкого мужчины, а дряхлого, высушенного годами старика.

– Оттащите в общую кучу, – скомандовал маг, обернувшись к сопровождающим.

– Геквертиш! – Молодой охранник хлестнул себя перчаткой по бедру. – Отдали бы его мне! Нужно ж было хоть допросить!

– Зачем? – Холодный взгляд поставил забывшего о субординации наглеца на место. – Мне проще напрямую из него всю информацию вытащить. Чего мараться-то?

– Вы, ваша светлость, между прочим, жизнь ему сохранить обещали, – недовольно напомнила единственная сопровождавшая рыжую леди дама.

– Разве? – Вопрос прозвучал наигранно-весело. – Не было такого, сеньора. Тин, будь так любезна… – Маг кивнул на трупы, и Годвер еле успел схватить повод рванувшейся Дульки, когда столб огня взвился к небу.

Ошалев от происходящего, Тео только сейчас понял, почему ему показались смутно знакомыми и невероятной расцветки лошадь, и странный седой маг.

– По коням, дамы и господа, по коням! – скомандовал барон, одним движением взлетая в седло. Оглянулся на охранников и насмешливо уточнил: – Ну или по телегам.

– Очень смешно, – буркнул названный Годвером воин и продолжил уже в полный голос: – Мэтр, я очень прошу вас не удаляться от повозки. Ну какая мы, к стрикху, охрана, если поспеваем только к развязке? А если бы их не пятеро было, а десятка два?

Маг только плечами пожал.

– Не волнуйтесь, капитан, у меня канстер есть! – Рыжеволосая радостно улыбнулась, продемонстрировав свою безумно дорогую игрушку. – И я уже умею стрелять! Два раза попала.

– Перезарядить не забудь, – хмыкнул маг, ласково взглянув на спутницу.

Та пристроила канстер поперек седла и начала творить магические пассы, словно выплетая что-то невидимое.

Когда отряд наконец тронулся вперед, Дульсия дернулась, всхрапнула, но вдруг присмирела. Подняв глаза, Тео обнаружил рядом с собой мага на черном поджаром скакуне.

– Приветствую, рыцарь. Позвольте представиться: сэр Даркин, барон тай-Ривертэйн. Могу я поинтересоваться вашим именем и целью путешествия?

– Да, простите мое невежество, я должен был представиться первым. Сэр Теодор тай-Шойсе. Был посвящен в рыцари сэром Вальтером тай-Лоэном после битвы при Риалоге. Правда, мы тогда стояли в резерве и я так и не видел вашу знаменитую схватку с демоном.

– Ничего не потерял, – закончившая перезаряжать канстер девушка пристроилась справа. – Те, кто видел, тоже ничего не поняли.