Аликс и монеты - Александр Андерсон

Прежде чем сэр Балабол успел что-либо спросить, земля затряслась. Тонкий хрупкий пласт вокруг пошел трещинами и разбился. Аликс забегала, но вокруг была только пропасть.

- Не переживайте, однажды меня окружала бездна, и я нашел выход, - заверил сэр Балабол.

- Какой же?

- Я прыгнул в нее с головой, - улыбнулся кот.

Ничего больше не добавив, он разогнался и, зажав нос, сиганул в пропасть. Девочка испуганно бросилась к краю трясущегося островка и увидела, как рыжая точка стремительно несется вниз. А затем кусок, на котором она стояла, отломился, и Аликс вместе с дневником и осколками, зажмурившись, тоже полетела в пропасть…

- Открой глаза, - велел ей сэр Балабол.

Аликс приоткрыла один глаз и увидела, что они все еще падают, а дна даже не видно. Так они могли вылететь с другой стороны земли, или застрять в самом ее центре…

Рядом летел дневник и махал закладкой, как собака хвостом. В другое время это непременно рассмешило бы Аликс, но сейчас ей точно было не до смеха.

Из дневника начали вылетать страницы. Они превращались в бабочек и разлетались, пока и вовсе не осталась одна обложка. Она обернулась самой большой бабочкой и устремилась вверх.

- Воспоминания, - хихикнул сэр Балабол, - что толку, да? А приятные. Лучше бы они превратились в матрас, там, внизу.

- Скоро нас не станет?

- Вовсе нет, - сэр Балабол подлетел поближе, - раньше я мог становиться воздушным шаром, ну я это делал всего несколько раз, но…

Он сжал лапу в кулачок и подул в него. Тело сэра раздулось и стало выше, Аликс едва успела ухватить его за усы. Сэр недовольно мяукнул, но продолжил надуваться, все больше, все сильнее. Они уже не падали, теперь они плавно опускались.

- Мистер Пыль учил меня физике, - начала Аликс.

- Ерунда, тут ее не существует, тут действуют другие правила, но физика важна, - сэр Балабол улыбнулся.

Было смешно слышать это от рыже-полосатого шара, который сам себя надул. Аликс почувствовала, что ее башмачки коснулись земли. Она отпустила усы и оглянулась. На пути у нее мерцала призрачным светом река, за которой росло широкое дерево. В ветвях его словно кто-то плескался, но увидеть отсюда, кто именно, удалось не сразу.

На дереве сидели младенцы. Аликс ахнула, когда они вдруг разом выглянули и посмотрели на нее. А затем заулыбались, захихикали, затыкали пальцами, хоть это и невоспитанно. Начали шушукаться друг с дружкой… Они расположились на каждой ветке, и от этого дерево выглядело очень необычно.

- Кто ты? – спросил один.

- Наверное, дух, - предположил другой, - наша мама любила духи.

- Это разное, духи и духи, два разных слова, хоть и являются одним, - умно заметил третий.

- Я Салли Хилл, - представилась Аликс. Теперь, когда она это произносила, ей казалось, она ближе к маме, - а кто вы?

- Мы – не рожденные принцы и принцессы, - гордо заявил одни из младенцев, - мы тут давно торчим. На ветках. Нам не скучно, мы же братья и сестры, а братья и сестры не умеют скучать, мы же все время ссоримся.

И все засмеялись.

Сэр Балабол улыбался, такие разговоры он, похоже, любил.

- Уважаемые принцы и принцессы, можете ли вы подсказать нам, - нараспев заговорил он, - где нам найти зеркало Истин, его росток. Девочка ищет своих родителей.

- А мы не скажем.

- С чего нам все вам выкладывать?

- Вы подозрительны, а мы мнительны.

- У нас головная паранойя, вот скажем мы вам, вы проговоритесь еще кому-нибудь, а тут и так шумно.

- Все захотят сюда шастать.

- И швахать.

- И дурить.

Аликс улыбнулась.

- Я никому, никому не расскажу, - она встала ближе к речке, разделяющей ее и дерево, - просто скажите, где я могу взять росток.

- Тебе к нам не перебраться, даже если скажем.

- Это еще почему? – удивилась девочка.

Река ей показалась не самым страшным препятствием. Она выглядела не очень глубокой, течение ровное, неспешное. После всего, что ей удалось увидеть за время путешествия, река совсем-совсем ее не пугала.

- Ей нужно знать, - сказал один из младенцев.

- А нужно ли? Она же тогда может перейти.

- Ну и что, она же не расскажет.

- Расскажет-расскажет.

- Не расскажу, - заверила девочка.

- Река не простая, а мы не рожденные из-за мертвого волшебства. Странно, если ты поймешь, мы долго думали, несколько минут, прежде чем поняли. Живым через нее не пройти, только мертвым.

- Поэтому мы и не можем перейти, мы же не рожденные. Да и если бы даже перешли, не родились бы, это наши проблемы.

- Вам совсем-совсем не родиться? Никогда? – с сочувствием спросила Аликс. Она не могла представить, как это – никогда не родиться.

- Ну… - прикинул один из младенцев, - если короля и королеву расколдовать… Но разве ты за этим сюда пришла?

- Нет.

- Ну вот и не думай об этом, думай о том, как тебе перейти реку, - заметил младенец, - ведь ростки зеркал в нашем дереве, сунешь руку в него и достанешь то, что ищешь. Или не достанешь, если не перейдешь.

Аликс отвернулась от младенцев, сэр Балабол смотрел на нее заискивающим взглядом.

- Ты знаешь?

- Да… и ты знаешь.

- Мне нужно умереть, чтобы пройти через эту реку? - девочка засунула руку в карман, хотя ей и стало не по себе. - Сэр Все-не-так с самого начала говорил, что я ношу с собой смерть…

Аликс вытащила скорпиона, и он раскрылся у нее на ладони, как бутон цветка, потянулся, разминая затекшее от долгого сна тело.

- Один мальчик, мой хозяин, рассказывал, что позвал свою смерть, когда понадобилось, и она пришла, - сэр Балабол вздохнул, - ты же свою всегда носила в кармане с жизнью, с твоими монетами.

- Как мне сделать так, чтобы и умереть, и не умереть? Умереть на время? - Аликс посмотрела на скорпиона, внезапно на его жале стала появляться густая капля яда. Вокруг потемнело, будто одним щелчком выключили свет, и только эта капля, как маячок, светилась во тьме. – Я ошиблась, это не зимний скорпион, это самый ядовитый.

- А что если он не ужалит тебя, а ты просто выпьешь каплю? Всего одну?– предложил сэр Балабол.

- Кто же знает меру смерти… – покачала головой девочка. – Вдруг это не сработает?

- Погоди, а если сделать не так… если…

- Я заберу ее смерть, - вдруг раздалось из темноты, и сразу стало светлее.

Все обернулись. К ним спешил сэр Все-не-так, он чуть прихрамывал.

- Я еле вырвался, Шут идет по моим следам, он пронюхал, что ты тут, сэр Балабол. Уходи, ты самый важный из нас, а я - всего лишь я. - Сэр Все-не-так оттолкнул рыже-полосатого и занял его место. – Поверь, я знаю толк в смерти, я умирал девять раз, и все они были бестолковые и глупые. Кроме одной. У меня есть возможность заслужить еще одну смерть за подвиг.