Юг в объятьях севера - Ана Адари

- Вы хотите их видеть? – спросила леди Кенси.

- Нет!

- А… вашу дочь?

- Я сказал нет!!!

Ранмир вынул из ножен меч. Леди Иньес не шелохнулась. Ранмир быстро опомнился.

- Иньес, - он опустил меч и посмотрел на замершую леди. – Я не хочу их видеть никогда.

- Я поняла, мой сьор. Но девочка как-никак грата. Товар бесценный. Она ведь грата из дома аль Хали. Желаете дать ей имя?

- Нет! Уберите ее подальше, чтобы она не попадалась мне на глаза. До самой своей свадьбы. Ты права: дочь можно выгодно продать. Но видеть я ее не хочу. Что же касается моей жены…

- Я все сделаю, мой сьор.

- Ступай. Я… Мне надо побыть одному.

Ранмир резко развернулся и пошел на свою половину. Эти чертовы сестры из Храма Триады его прокляли. Как могла у него, Первого Меча империи родиться девочка?! Неужели он не доказал свою мужественность?! Он готов хоть сейчас выйти на засыпанный опилками помост без всякой защиты, и доказывать это снова и снова. Но даже горы трупов не отрастят у новорожденного ребенка мужские половые органы. Он, Рамир аль Хали на этот раз бессилен!

- ВинА, - бросил он сжавшему в комок слуге. – Много. И никого ко мне не впускать. Даже брата.

Ранмир заблокировал сферу, чтобы никто не мог с ним связаться. Во Мрак их всех, с их лживым сочувствием. Любого, кто сейчас попадется ему на глаза и скажет хоть слово, он убьет. Ярость кипела в душе. Ранмир залил ее двумя кубками самого крепкого вина и завалился на кровать прямо в сапогах.

… Грата Сатара тоже лежала, чутко прислушиваясь к шагам за дверью. Но вошел не муж, а леди Иньес.

- Он вернулся? – шепотом спросила Сатара.

- Да.

- Уже знает?

- Я ему сказала.

- И…? – в голосе несчастной Сатары послышалась надежда. Ведь это как-никак его ребенок, Ранмира. Девочка прелестная. Пусть хотя бы взглянет, может его каменное сердце и смягчится?

- Ваш муж несказанно расстроен, грата. Он не пожелал видеть девочку.

- Он меня убьет?

- Вы сами понимаете, что винА ваша безмерна, - вкрадчиво сказала леди Иньес и подошла к столу. Налила в золотой кубок воды. Потом достала из складок платья крохотную склянку.

- Что это? – в ужасе спросила Сатара.

- Вы знаете, грата.

- Да. Знаю. – Сатара судорожно сглотнула.

- Вы должны сделать это сами. Вы ведь грата. Не унижайте вашего супруга и меня ложью.

Леди Иньес накапала в вино черной жидкости без всякого запаха.

- Выпейте это, - она подошла к кровати и протянула Сатаре кубок. – Это яд, который действует мгновенно, ваша смерть не будет мучительной.

- А если я не захочу?

- Это сделает сир Шаи по приказу сьора Ранмира. Или кто-то другой. Ожидание смерти хуже самой смерти, поверьте. К тому же сьор Ранмир может прийти сюда и потребовать объяснений. Вы готовы с ним встретиться?

- Нет! – Сатара судорожно схватила кубок.

При мысли о том, что сюда, в спальню войдет Ранмир и посмотрит ненавидящим взглядом, Сатара содрогнулась. Он и так-то ее не любил, но молчал. Теперь он даст волю словам и уж, конечно, действиям. Он вправе это сделать. Как и все аль Хали. До сих пор никто из них не пришел взглянуть на ребенка. Виктория наверняка хотела, но ее не пустили. У нее сейчас сложные отношения с Намиром, там явно что-то происходит.

Сьоры аль Хали ждали возвращения Ранмира и его решения. Сатара поняла, что не выдержит их взгляды. Она одним судорожным глотком выпила почерневшую от яда воду.

Леди Кенси замерла у кровати, не отрывая взгляда от граты аль Хали. Мучения ее и в самом деле были недолгими. Убедившись, что Сатара мертва, леди Иньес торопливо вышла из ее спальни.

- Сьор Ранмир не велел никого впускать, - преградил ей дорогу огромный наемник.

- У меня весть, которая его немного утешит.

- Ну, если вы не боитесь умереть, леди, - наемник посторонился.

Леди Иньес вошла. Ранмир лежал неподвижно. Иньес приблизилась к его кровати и стала снимать пыльный сапог со свесившейся ноги. Ранмир поднял голову и уставился на леди мутным взглядом:

- Иньес?

- Я пришла сказать, что ваша жена умерла, мой сьор.

Ранмир удовлетворенно кивнул. Леди Иньес принялась за другую ногу. Когда господин был, наконец, разут, леди аккуратно положила на кровать обе его ноги и села рядом.

- Я думаю, надо сообщить эту новость императрице, - сказала Иньес. – Вы теперь свободны для нового брака.

- Ты думаешь, у меня когда-нибудь будет сын? – горько спросил Ранмир, - Не бастард, а чистокровный. От высокородной граты. С черными глазами с красной точкой вместе зрачка, с волосами, такими же, как у меня, с такой же огненной кровью.

- Конечно. Вы молоды