Сердце на двоих - Диана Соул

Ровным счетом ничего не понимая, я прошла куда мне было велено. Обыскивать меня не стали, стражник заговорщицки подмигнул и крикнул кому-то, кого я пока не видела:

– Чисто. Пропускайте.

Откуда мне было знать, что за короткое время моего отсутствия во дворце произошел самый настоящий переворот?

Полдня я промаялась в неведении, не представляя, что стало с Ричардом и что в итоге станется со всем королевством в руках этой сумасбродки, потому что сведения о случившемся расползлись мгновенно. А к полудню королева лично вызвала меня на аудиенцию.

– Мэра Алура, как вы уже знаете, мой будущий супруг, находясь под чарами кочевой, покинул дворец, оставив все на моих плечах. – Она ходила вокруг меня с грацией дикой кошки, говорила приглушенным голосом, время от времени будто невзначай касаясь моей руки.

– Знаю. – Слухи по дворцу распространялись со скоростью чумных блох, вот только верить в произошедшее никак не хотелось. – Но не понимаю, для чего вы меня вызвали. Слуги выполняют поручения исправно, никаких нареканий нет.

– Вы умная женщина, мэра. – Таис остановилась так, чтобы оказаться напротив меня лицом к лицу. – Скажите, где прячется Ричард, я сохраню ваши полномочия в полном объеме и даже подумаю о повышении. Я знаю, что прошлой ночью вы покидали дворец вместе.

– Мне нравится моя работа, ваше величество. – Называть так Таис было непросто, но иного выхода не было. По крайней мере, пока. – И я счастлива служить вам.

– Значит, не скажешь? Я предвидела подобное.

Глаза самозванки полыхнули красным или в них просто отразился луч полуденного солнца, и я почувствовала, как нечто сдавливает мне горло.

– Говори, пока еще можешь! – Таис стояла, вытянув вперед руку. Она не касалась меня, а это значило только одно – магия. Невеста принца оказалась ведьмой!

А ведь та кочевая предупреждала. И когда спасла мою Хло, говорила о темных силах…

Как Ричард мог не увидеть всего этого? Да что принц, она обвела вокруг пальца все королевство! И самое страшное, что, даже если я всем расскажу, мне не поверят.

– Я считаю до трех. Раз… – Хватка стала еще сильнее.

– Я честно… не знаю… отпустите… молю…

Невидимый захват ослаб, я упала на пол, растирая горящее огнем горло. Дышать нормально получилось не сразу, из легких вырывались хрипы и свист.

Таис встала надо мной. Ее глаза сузились, губы сжались в тонкую нитку, и мне вдруг показалось, что вместо нее на меня смотрит совершенно другая женщина, куда старше, худая, с черными спутанными волосами. Видение длилось всего миг и развеялось.

– Ты мне еще пригодишься, ты многое видела и многое знаешь. Пока будешь мне полезной, сохраню тебе жизнь. А пока вставай и проваливай! – наконец велела она. – С этого дня понижаю тебя до горничной. И не смей приближаться к моим покоям, иначе не поздоровится. Поняла меня?

Я кивнула и, поднявшись на ноги, спиной попятилась к выходу.

После с негнущимися коленями шла в свою старую комнату забирать вещи – горничным не положено жить в господском крыле.

Взяв самое необходимое, я закрыла двери и уже хотела уйти, когда вспомнила, что в комнате Эммы тоже кое-что осталось.

Точнее кое-кто.

Интуиция подсказывала: если Таис так зла на кочевую, под раздачу попадет даже невинное существо. Я бы могла просто забыть про птицу за дверями, ведь и у самой проблем хватало. Но совесть не позволяла.

Отперев все еще остававшимся у меня ключом двери, я зашла в комнату кочевой.

Недовольную возню и писк в углу я услышала сразу.

Подошла ближе.

Совенок забился в тряпки и недоверчиво взирал из своего импровизированного гнезда.

А после голод явно победил.

Стоило мне только протянуть руку, как он двинулся на своих когтистых лапах ко мне.

– Пойдем отсюда – прошептала я птице. – Найду тебе еды. Пусть меня хоть трижды разжаловали, но кусок мяса для тебя добуду.

Мыслей о том, чтобы после всех угроз и унижения уволиться из дворца, даже не было.

Я верила, что король Ричард вернется.

Он обещал помочь Хлое, а значит, когда внутри дворца ему понадобятся преданные люди, я буду рядом.

* * *

Прошло еще два дня, я все ждала возвращения короля, но надежда таяла с каждым часом. Он не мог просто так сбежать. Что-то случилось! Та кочевая, Агве, обещала, что Хло поправится, когда он вернется. Сейчас ее держала на этом свете только моя любовь, и я должна была продолжать ждать и верить ради нее, ради моей дорогой дочурки.

Я терпела то, что теперь новой мэрой, управляющей, стала кухарка Жако. Я всегда держала ее буйный нрав в узде, но теперь она дорвалась до власти и, кажется, совсем потеряла способность к доброте.

То и дело ухмыляясь, она отправляла меня на самую грязную работу, но я не жаловалась.

Выполняла.

А заодно искала в замке тех, кто не изменил клятве верности настоящему королю.

К великой радости, таких находилось все больше и больше.

Некоторые дворяне были против смены власти, многие стражники оказались недовольны новой королевой – особенно подкосило их ее решение распустить тюрьмы. Кое-кто из служанок оставался по-прежнему предан мне.

Хотя обстановка вокруг становилось все более нервной, и мне постоянно казалось, что я живу на бочке с порохом.

В одну из ночей меня разбудил странный шум, мягкие удары, повторяющиеся вновь и вновь. Слеток настойчиво рвался куда-то, вскакивая на коротких лапках, и клянусь, увидев меня, он стал биться в дверь чулана, в котором я теперь ютилась, еще сильнее, точно пытался привлечь мое внимание, позвать куда-то.

Я даже подумала, что на самом деле не проснулась и все еще вижу сон. Какое-то шестое чувство подсказало открыть дверь, и совенок немедленно юркнул туда. Мне ничего не оставалось, как идти за ним. Совсем не хотелось, чтобы кто-то его увидел или тем более заметил меня, бегающую ночью по замку. Никто не станет разбираться – решат, что я шпионка.

Новая королева уже совершила несколько показательных казней. Я была уверена, что пострадали невинные люди, которых она обвинила в измене.

Совенок провел меня через ползамка к лестнице, ведущей на чердак, где раньше жила Эмма.

– Зачем ты меня сюда позвал? – Я наклонилась, чтобы забрать угомонившегося птенца и вернуться досыпать, ведь скоро рассвет. – Если хочешь снова встать на крыло, придется вести себя тихо и осторожно, не покидать мою комнату, особенно по ночам.

Птенец больно ущипнул меня за палец и вырвался. Он неуклюже запрыгнул на первую ступеньку лестницы, ведущей на чердак, потом на вторую. Я сунула палец в рот, ощутив вкус крови.

– Туда нельзя, – сказала я, ступив на первую ступеньку, отчего та жалобно скрипнула. Я замерла, прислушиваясь. Дворец спал, одна я шарахалась по коридорам, играя в догонялки с птицей. – Я тебя в клетку посажу, если будешь таким шустрым!