Голем в оковах - Пирс Энтони

Через некоторое время коридор вывел Гранди в просторное помещение с сотнями ячеек – каждая была заполнена какой-то янтарной субстанцией и запечатана прозрачным воском. Это, несомненно, были медовые соты – продовольственный склад пчельника. Гранди любил мед, но сейчас ему было не до лакомства. Он хотел поскорее сделать дело и выбраться наружу до возвращения роя. Правда, сколько у него времени, голем не знал – грибы светили равномерно, и не было никакой возможности проследить, клонится ли солнце к закату.

Неожиданно возившаяся возле одной из шестиугольных ячеек пчелка оглянулась и заметила Гранди.

– Эй, – забеспокоилась она, – Здесь не положено присутствовать посторонним.

– А я не посторонний, а проверяющий, – нашелся голем. – Как тут у вас работа?

– Проверяющий? – Пчелка явно пребывала в сомнении. – Доложу-ка я полуначальнику.

Она поползла к выходу. Гранди выхватил булавку и устремился вдогонку – ему не хотелось встречаться ни с полу-, ни с четверть-, ни с какими другими пчелиными начальниками. Однако он опоздал. Пчелка скрылась в боковом проходе, и вскоре оттуда вылезли сразу несколько, причем одна довольно важного вида.

– Это не проверяющий, а просто презренный преступник и провокатор. – Послышалась уверенная команда:

– Ужалить его!

На голема насели три пчелки разом. Прижавшись спиной к шестиугольной ячейке с медом, он сдерживал натиск – в одной руке сеть, в другой булавка. Однако по тревоге прибывали все новые и новые пчелки. Не приходилось сомневаться, что рано или поздно они одолеют голема благодаря численному превосходству.

И тут Гранди осенило. Вместо того чтобы наносить удары противникам, он развернулся, вонзил булавку в одну из восковых печатей и потянул на себя. Пробка с хлопком выскочила, и из ячейки хлынула густая тягучая жидкость.

– Спасайте мед! – приказал полуначальник.

Некоторые пролетарии не сразу сообразили, о чем идет речь, и полуначальнику пришлось потыкать их жвалами в сладкую лужицу, но, в конце концов, все взялись за дело. Гранди тем временем выковырял еще несколько пробок. Кроме того, он придумал новый способ самообороны: отложив в сторону булавку, голем принялся швырять в пчелок слепленными из меда комками. У насекомых слипались крылья, и им становилось не до Гранди. Он воспользовался всеобщей суматохой и выскользнул из медового склада.

Но вместо центрального помещения голем попал в другую камеру, тоже полную шестиуголвных ячеек. Только в ячейках вместо меда находились жутковатые с виду личинки. Гранди припомнил, что места, где выводят пчелиный молодняк, называются секс-сотами, а самих личинок именуют сексотами.

Присматривавшая за секс-сотами пчелка направилась навстречу голему, но у того не было ни малейшего желания принимать бой. Свернув в ближайший проход, он поспешно удалился и через некоторое время вышел в очередное помещение, не столь просторное, как два предыдущих, но более уютное. Там находилась молодая и удивительно миловидная пчелка.

– А вот и гость! – сладкозвучно прожужжала она, завидев Гранди.

– Хм, да… – пробормотал тот, не совсем понимая, с кем имеет дело. – Я.., это.., ищу правительницу.

– Ну конечно! – рассмеялась пчелка. – Теперь я вижу, что ты не ко мне. Ты больше похож на голема, чем на трутня.

– Я и есть голем, – признался Гранди, удивленный познаниями этой особы. Размером она значительно превосходила обычных пролетариев и могла доставить ему немало хлопот, однако не проявляла ни малейшей враждебности.

– Меня зовут принцесса Приятная, – представилась пчелка. – Скоро я совершу брачный полет с самым красивым трутнем и заведу собственный пчельник.

– Принцесса пятая? – переспросил Гранди, плохо расслышавший имя. – А где остальные четыре?

– Никакая я не пятая! – рассмеялась пчелка. – Мне посчастливилось вылупиться в числе двух первых, но свою соперницу я убила в честном поединке, а потом отгрызла головы всем прочим, невылупившимся, принцессам. Так что я единственная принцесса и непременно стану полноправной правительницей.

– Но ты выглядишь столь прелестным созданием, – растерянно пробормотал Гранди.

– Я и есть прелестное создание, – заявила пчелка, – и сделала лишь то, что предписывали долг и обычай. Мудрый обычай, ибо ни один рой не прокормит двух правительниц.

– Но в тело правительницы этого пчельника вселился чужой разум, – сказал голем. – Я явился, чтобы захватить эту лжеправительницу в плен и забрать из пчельника.

– Вот как? – заинтересованно прожужжала принцесса Приятная. – То-то я заметила, что с недавнего времени правительница повела себя как-то странно. Послала чуть ли не весь рой кусать фавнов и нимф – прежде мы всегда жили с ними в мире. Но приказы правительницы выполняются беспрекословно.

– Предположим, я уведу правительницу с собой. Что будет с этим пчельником?

– Само собой, им стану править я. Признаюсь, начинать правление не на пустом месте, а в благоустроенной папахе гораздо приятнее, чем лететь неведомо куда. Насколько я понимаю, снаружи обитает множество ужасных чудовищ, всякие там чижи, стрижи.., даже говорить не хочется. Каждый рад склевать бедную пчелку.

– А есть еще пауки, – поддакнул Гранди, – и насекомоядные растения. Да, будь у меня такой пчельник, я бы век наружу не высунулся.

Принцесса направила на Гранди свои изящные усики:

– Так чего ты хочешь?

– Скажи мне, как добраться до ячейки правительницы. Убивать я ее не стану, но из пчельника заберу.

– Не станешь убивать?

– Нет. Иначе она вселится в другое живое существо.

– Век живи – век учись, – промолвила принцесса. – Оказывается, иногда пощадить врага полезнее, чем уничтожить. Но ты ее не отпустишь?

– Ни в коем случае.

– Третий проход справа. – Она указала крылышком на тоннель.

Гранди ступил в коридор, миновал два перекрестка и, дойдя до третьего, повернул направо.

Проход вывел в центральную ячейку. Держа в одной руке сеть, в другой булавку, Гранди спрыгнул на искривленный пол. Прямо перед собой он увидел правительницу.

Она была огромна, размером с самого голема, с мощными жвалами и устрашающим жалом.

– Итак, големишка, ты явился, – угрожающе прожужжала правительница.

– – Иначе и быть не могло, – задиристо ответил Гранди, пытаясь скрыть охвативший его ужас. Как мог он надеяться совладать с этаким страшилищем?

– И теперь я наконец с тобой разделаюсь. – Пчелка растопырила крылья и стала медленно надвигаться на голема. – Знаешь, как я поступлю?

– Не думаю, чтобы меня это интересовало, – отозвался Гранди, пытаясь угадать, какой способ атаки последует за всеми этими угрозами.

– Я ужалю так, что ты не умрешь, тебя только парализует, – нараспев жужжала морская ведьма. Кажется, она упивалась собственными словами. – Представь себе, ты в полном сознании, но совершенно недвижим – ни ручонкой шевельнуть, ни ножонкой дрыгнуть. А потом я по кусочкам живьем скормлю тебя моим сексотам – надо приучать их к вкусу крови.