Миражи - Эприлинн Пайк

Лорел относилась к Дню благодарения с особенной теплотой,сама не зная почему, ведь индейку, картофельное пюре и тыквенный пирог она неела, по крайней мере в традиционном виде. Но праздничный ужин в кругу семьи былрадостным событием, пусть даже семья состояла только из них троих.

В этом году мама решила приготовить вместо индейки двухкорнуэлльских кур.

— Чего возиться, если половина присутствующих даже непопробует? — шутила она.

Лорел одобрила эту идею. Из кухни доносился восхитительныйаромат тертого розмарина, к сожалению немного разбавленный запахом запекаемогомяса.

Мама выкладывала на большое блюдо овощи, а Лорел заканчивалаоформлять тарелку с фруктами. Она подняла голову, чтобы спросить, резать ликлубнику ломтиками, но увидела, что мама смотрит в окно.

— Что там? — Лорел потрогала ее за руку.

Мама вздрогнула и обернулась.

— А их тоже надо пригласить?

— Кого?

— Стражей.

— О боже, только этого не хватало!

— Нет. Честное слово! Они не обидятся. После ужина я вынесублюда с овощами и фруктами и предложу, но думаю, они откажутся заходить.

— Ты уверена? — Она продолжала с материнской заботойвглядываться в гущу деревьев.

— Абсолютно.

Лорел представила, как армия суровых мужчин в зеленомтолпится на кухне, слыша опасность в каждом шорохе. Сплошной праздник.

В дверь позвонили. Она вскочила с табуретки.

— Я открою.

— Кто бы сомневался, — еле слышно прокомментировала мама.

— Мама! — на бегу возмутилась Лорел.

На пороге стоял Тамани. Было солнечно, и от яркого света онсам как будто сиял. Лорел почувствовала слабость в коленках и на мигзасомневалась, точно ли стоило его приглашать.

Он улыбнулся и наклонился к ней совсем близко. Лорелсудорожно вдохнула, но Тамани всего лишь шепнул:

— Не имею понятия, как себя вести. Надеюсь, мне не нужнобыло ничего приносить.

— Нет, что ты! — улыбнулась она. Приятно, что при всейвнешней самоуверенности он хоть иногда о чем-то волнуется. — Только себя.

«Что за чушь! Как будто он мог оставить себя дома?» — сдосадой подумала Лорел.

Ну почему в его присутствии она становится такойкосноязычной?

Когда Лорел с Тамани вошли в кухню, мама как раз склониласьнад духовкой. Вряд ли ей в самом деле нужно было проверять готовность кур, ивсе же Лорел порадовалась, что мама не встречает их демонстративно. Дажеудивительно, как благосклонно родители относились к Тамани — особенно мама. Лорелневольно задалась вопросом: почему?

— Тамани пришел, — сказала Лорел.

Мама подняла голову, закрыла духовку и, вытерев руку офартук, протянула ее Тамани.

— Рада, что ты поужинаешь с нами.

— Мое почтение, — ответил он, как заправский английскийджентльмен. — И... извините за последнюю встречу. Обстоятельства были... мягкоговоря, не лучшие.

— Да брось ты. — Мама беззаботно махнула рукой и улыбнулась,приобняв Лорел. — Когда у тебя дочь фея, ко всему привыкаешь.

Тамани повеселел.

— Вам помочь?

— Нет, что ты. День благодарения — это день футбола. Можешьсесть с Марком в гостиной. Ужин будет готов через пятнадцать минут.

— Точно? — настаивал он. — Я отлично режу фрукты.

Мама рассмеялась.

— Не сомневаюсь. Нет уж, у нас свои секреты. А ты иди.

Лорел хотела возразить, но Тамани уже направился в гостиную.Она пошла следом и задержалась на пороге, наблюдая за мужчинами. Смотреть былоособо не на что: они пожали руки, пробормотали приветствия, и папа сталобъяснять Тамани правила игры в футбол. Правда, маме пришлось дваждынапоминать, что пора выкладывать фрукты.

Наконец все собрались за столом. Мама разложила еду потарелкам, и Тамани сделал ей комплимент за великолепное блюдо.