Игра Арканмирра - Кайл Иторр

будто вместо кварца, гранита, базальта или других нормальных горных пород этот остров практически целиком состоит из адаманита. Проверить столь интересное предположение, однако, не удосужился никто: единственый исследовательский отряд, высланный на берег с корабля-первооткрывателя Смеющегося Черепа, исчез бесследно. Так как открывать новые земли вестерлингам было куда интереснее, нежели селиться на них, большего об острове они узнать не пытались.

А если и пытались, информация эта не пошла дальше Мерлина Мудреца, которому было известно все — как и положено Властителю…

Черная шхуна тенью скользнула в предрассветных сумерках, остановившись в полумиле от острова.

— Самое время, — сказал Фион. — Парень уже час ворочается, еще немного — и я не смогу удерживать его внутри сна.

— Сейчас… — Шон успокоил ветер, полностью остановив корабль, и перевел взгляд на тело варвара. — Отвяжите его!

Матрос рассек стягивающие спящего веревки. Красноголовый шумно вздохнул и открыл глаза.

Маг быстрым, свистящим шепотом прочел волшебные слова. Чары Перемещения, разработанные (точнее, вновь открытые) полвека назад в Гильдии Денислина, подхватили спящего варвара и переправили туда, где ему (согласно мнению Лорда Мерлина) надлежало находиться.

— Есть! — Шон был вынужден прислониться к мачте, чтобы не свалиться от изнеможения. — Как только мы теперь доберемся до Эйниранде? — прошептал он, скрывая удовлетворение.

— Положись на богов, — успокаивающе молвил Фион.

— Предпочитаю уж попутный ветер, — проворчал Колин. — Что, прах его побери, все это значило?

Маг покачал головой:

— Не спрашивай меня. Не могу объяснить.

— Фион? — Капитан повернулся к жрецу, хотя тому было все равно, стоит собеседник к нему лицом или другим местом.

— Кое-что я тебе могу сказать, — проговорил слепой, — но у тебя только появятся новые вопросы. Лучше оставайся в неведении.

— Мы тридцать лет плаваем вместе. Фион, Шон, что это за фокусы?

Фион покачал головой, и у Колина вдруг возникло странное ощущение, будто слепые глаза старого жреца видят много больше, нежели его собственные.

— Мы вместе и сейчас. Однако каждый из нас исполняет свою работу. Ту, в которой понимает. И так, как может. Не больше, но и не меньше того. — Покрытая коричневыми пятнами высохшая рука Фиона с пугающей точностью коснулась лба Колина. — Используй свою голову по назначению. И заодно обдумай собственныевопросы с другой точки зрения…

Похоже, сделал я вывод, у меня уже вошло в привычку просыпаться черт знает где. Острые, зловещие скалы из жирно блестевшего черного камня; хмурое рассветное небо и ледяной воздух, в котором полно брызг морской воды; запах плесени и соли.

И не только соли, ощутил я мгновением позже. Здесь витает еще и невообразимая ненависть.

Машинально я стиснул рукоять меча. Удивительно, но все виновники моих перемещений по самым отдаленным закоулками Арканмирра даже не пытались конфисковать доспехи и оружие — а ведь за мифриловые изделия можно получить огромные деньги. Почему? Деньги, видимо, не играют для них никакой роли? Это походило на правду: даже кошель с изумрудами — плата Мерлина за работу — был при мне.

Поднявшись со своего каменного ложа, я огляделся внимательнее. Ничего — и все-таки ненависть так сильна, что могла бы убить неподготовленного человека. Причем ужасающая мощь не была сконцентрирована на мне (чему я, разумеется, лишь обрадовался). Она просто БЫЛА, нависая почти осязаемым туманом в холодном воздухе.

Обогнув одну из скал, я застыл на месте. Н-да, это ж надо…

Довольно большое пространство впереди было тщательно очищено от камней, причем явно вручную. Образовавшуюся площадку густым слоем покрывал бледно-серый порошок. Нагнувшись, я коснулся его кончиками пальцев — и отдернул руку, словно от кипятка. Перемолотые в муку кости, клянусь Имиром!

Но взгляд мой тут же оторвался от костяного песка, устремившись к округлой белой скале на той стороне площадки. Машинально я отметил странную линию, идущую по ней вертикально. Чем-то похоже на шов, соединяющий затылочные кости черепа…

ЧЕРЕПА?!!

Мысль эта словно стала ключом. Раздался душераздирающий скрип. Скала повернулась на невидимой оси — и гигантский череп посмотрел мне в лицо черными провалами пустых глазниц. Сердце стиснула ледяная рука страха, но я тут же опомнился. Подумаешь, череп! Вроде бы я и не такое успел повидать в своей жизни!

Будто отвечая на мою браваду, челюсти черепа разомкнулись. Застыв в оскале беззвучного хохота, они образовали приглашающе распахнутую дверь в недра скалы.

— Что-то не очень мне хочется туда идти, — проворчал я.

«Разве тебя спрашивают об этом?»

Мысль сия прилетела из ниоткуда. Сомневаться в ее адресате, однако же, не приходилось. Обреченно вздохнув, я двинулся вперед, в зев Смеющегося Черепа, по-прежнему держа руку на эфесе меча. Челюсти с сухим клацаньем сомкнулись позади меня, что положило конец всем сомнениям в отношении того, случайно ли я тут оказался.

Спуск оказался удобным. Кости были расположены вполне приличной лестницей, а темнота и вовсе не была для меня проблемой благодаря сияющему ярче любого фонаря мифриловому лезвию. Честно говоря, я не очень нуждался в свете — ночное зрение Тигра, сидящего в дальнем уголке моего разума, обеспечивало достаточный обзор. Впрочем, гасить свет, спрятав меч сидхе в ножны, я не стал: как знать, что ожидает очередного «бесстрашного искателя приключений» — в смысле, меня — в этом странном месте…

Лишенные плоти кости сухо скрипели о камни. Бегущий по коридору скелет натолкнулся на своего собрата, отчего оба рассыпались. После недолгой перебранки и схватки за наиболее целые куски костей на ногах остался только один, который и побежал дальше с информацией; второй же, опираясь на перебитые кисти рук (за отсутствием большей части ног), пополз по направлению к складу, надеясь отыскать там хоть какую-то замену отсутствующим конечностям.

Добравшись до полуистлевшего занавеса, скелет-посланник остановился и сжал обломками пальцев свой череп. Сняв его с позвоночника, посланник просунул руки со своей головой за занавес. Челюсти застучали, выбивая зашифрованное сообщение.

— Свободен, — раздался голос изнутри.

Скелет вернул череп на место, немного повертел головой для проверки работоспособности высохших сухожилий, но тут же испуганно сжался в комок, когда голос из-за занавеса гневно приказал всем скрипучим умертвиям убираться прочь, пока Хозяин не встал со стула. Естественно, и скелет, и оба стража без промедления исполнили повеление. Под костяной коркой их истлевшего разума была лишь одна заповедь: всеми силами избегать внимания Хозяина, ибо смерть — далеко не самая худшая участь…

— Живой? Внутри Смеющегося Черепа? Один?

— Айе, — подтвердил Рыцарь Смерти. — Остров пуст, на него никто даже не высаживался.

Амулет Паука качнулся на узкой груди Хозяина, когда тот рывком поднялся на ноги и зашагал по залу.

— Значит, никто не высаживался?

— Ни одна живая душа. Этого смертного сюда переместили. Заклинание