Вино из тумана - Майя Зинченко

Подумав, он насадил на каждый кончик проволоки по паре пластинок. Достав несколько гвоздей и магический молоток, он несколькими ударами на равном расстоянии друг от друга вбил гвозди в стену пещеры. На них он повесил мотки с проволокой. Лорд Уникам наблюдал за его манипуляциями, удивленно приподняв брови. Те поднимались все выше и, похоже, не собирались останавливаться на достигнутом. Будь их воля, они бы давно уже куда-нибудь улетели. Повелитель Вампиров все больше убеждался в том, что в действиях магов никогда не было, нет и не будет никакой логики и здравого смысла.

Крион, что-то приговаривая, опрыскал пол светящейся жидкостью. Этого ему показалось мало, и он начертил на потолке, благо рост позволял ему это сделать без особых проблем, огненную букву «А».

– Что все это значит? – Повелитель Вампиров, сложив руки на груди, наблюдал, как Крион усердно выводит следующую букву. – Никогда не видел ничего подобного. Ты что, собираешься написать весь алфавит?

– Нет, кроме этой еще одну букву, – ответил техномаг. – Для последнего, но очень важного штриха мне нужна серебряная ступка, чтобы истолочь в ней вот этот камешек. – Он показал нечто черное как уголь, размером с горошину. – Но ее у меня нет, что же делать?

– Пол достаточно твердый. – Повелитель Вампиров топнул ногой. – Почему бы не попробовать на нем?

– Нет, – покачал головой Крион. – Это должно быть именно серебро. Порошок мне нужен без примесей. Пожалуй, я не стану задавать глупый вопрос, нет ли у вас чего-нибудь серебряного.

– Да, вампиры этот металл не очень жалуют, хотя у нас и нет особых причин его не любить, – сказал лорд Уникам. – Я не исключение. Кстати, разве твоя полумаска не из серебра?

– Точно! – хлопнул себя по лбу Крион. – Я совсем забыл про нее.

Он живо снял полумаску и, положив в вогнутую сторону камешек, принялся его толочь.

– Только никому не рассказывайте, что я сейчас делаю, – попросил он лорда Уникама. – Так использовать отличительный знак техномага – это же святотатство.

– Это будет нашей тайной, – усмехнулся Теодор. – Знал бы ты, в качестве чего я использую свой родовой герб, ты бы очень удивился.

– Расскажите, – попросил Крион, пытаясь растереть камень в пыль.

– Он заменяет мне крышку кухонного стола, после того как я в дурном расположении духа поломал старую. Как оказалось, родовой герб – отличная штука, которая тоже может пригодиться в хозяйстве. Во всяком случае, Малкольм остался ею доволен.

– А вашему секретарю это не показалось странным? – спросил Крион.

– О, он знает о моем отношении к жизни. После стольких лет существования начинаешь ко всему относиться намного проще. Герб – вещь бесполезная, а стол полезная. Значит, выбор не в пользу герба.

– Готово. – Крион посыпал получившимся порошком проволоку и радостно потер руки. – Осталось сказать пару слов, и мы пророем себе путь наверх...

– Не хочется показаться пессимистом, но ты уверен, что потолок не обвалится и мы не будем погребены под породой?

– На всякий случай станьте рядом со мной, чтобы попасть в поле действия магического щита. А то и правда как бы камнями не придавило.

Повелитель Вампиров без возражений подошел ближе.

– Анимес, Пари, Лоротонанд. – Техномаг взмахнул рукой и стукнул молотком по стене.

Стена взорвалась. Им повезло, что Крион не забыл поставить качественный щит, потому что камней с потолка туннеля посыпалось много. Перекрывая шум падающей породы, послышался голос техномага, возвещавший, что все идет по плану. Лорд Уникам что-то ответил ему, но тут последовал второй взрыв, еще мощнее первого.

– Что происходит?! – прокричал Девятый Совета, прикрывая нос и рот рукавом от пыли.

Как известно, пыль проникнет куда угодно. Даже сквозь самый лучший магический щит.

– Взрывов больше не будет, – пообещал Крион, прокашлявшись. – Моя гениальная проволока уже начала вгрызаться в стену. Мы пойдем за ней.

Действительно, проволока с огромной скоростью углубилась в камень. Проволочки крутились вокруг своей оси и вокруг друг друга, продвигаясь вперед с приличной скоростью.

– Проволока берет на себя возмущение пещеры, так что нам не будет нанесено никакого вреда. Но, боюсь, когда мы выберемся отсюда, мое изобретение придет в негодность, – вздохнул Крион.

– Это еще вопрос, сумеем ли мы отсюда выбраться, – проворчал лорд Уникам. – Лаз получился слишком маленький.

– Превращаться мне нельзя, иначе и без того растревоженная магическим вмешательством стена почует меня и... Ну да ладно. Я и так пролезу. Наконец-то моя худоба пригодилась.

– А я не пролезу. – Лорд Уникам покачал головой. – Мне можно стать мышью или туманом, хоть я очень не люблю это делать, или эти почвы отрицательно относятся к подобным метаморфозам?

– О, вам можно, – беззаботно махнул рукой Крион. – Ведь для вас это будет совершенно естественно.

Он втрое уменьшил яркость светильника – тот превратился в слабо светящуюся точку – и, нагнувшись, полез в проход. Немного подождав, к нему присоединился Повелитель Вампиров. Теперь он выглядел как черная средних размеров крыса с недовольным выражением на морде. Стоило крысе запрыгнуть в лаз, как шур замигал, стал тускнеть и погас. На этот раз окончательно.

– Вот теперь все. Проволока все-таки пробуравила нам выход наружу, приблизительно в километре от городской черты, и я снова здесь, – сказал Крион.

– Теперь мне понятно, почему ты такой грязный, – кивнул Квинт. – Ползать в компании Повелителя Вампиров по свежевырытым туннелям...

– Мне даже понравилось. Ведь наверх мы выбрались благодаря моему выдающемуся уму. – Крион снял полумаску.

Друзья рассмеялись.

– Что случилось? – немного обиженно спросил техномаг, догадавшись, что причиной смеха является именно он.

– Где у тебя здесь зеркало? – спросил, расплывшись в улыбке, Квинт.

– Здесь? – Техномаг с задумчивым видом обвел глазами свою комнату. – Понятия не имею. Старым зеркалом пользоваться нельзя – оно стало слишком болтливым. Но можно посмотреться в подставку от шура.

Он отдал хрустальный шар Дарию, а сам перевернул подставку, обратная сторона которой оказалась гладкой и блестящей, и протянул ее Квинту.

– Сойдет? – спросил он.

– Вполне. А теперь посмотри на свое лицо.

Крион послушно посмотрел и ахнул. Его лицо было разделено на две половинки. Одна светло-серая от пыли, а другая, которая была под маской, черная словно ночь. Не говоря ни слова, Крион вскочил и бросился в ванную. Друзья не двинулись с места, решив дождаться его возвращения.

– Это все из-за того, что я использовал маску вместо ступки, – объяснил техномаг, вытирая лицо полотенцем. – Теперь вы знаете, что произошло со мной этой ночью.