Инструктор ОМСБОН - Михаил Гуткин

– Численность мы можем определить сами в разумных пределах. Как видите, командир и заместитель уже есть. Не хватает только комиссара. Он появится завтра.

– Товарищ капитан, а кто будет начальником штаба?

Почему-то этот вопрос развеселил капитана.

– Товарищ Северова, помилуйте. У нас будет отряд численностью около взвода. Зачем нам еще начальник штаба? Хватит нас троих. Давайте лучше определимся с персональным составом.

Оп-па, а ведь совершенно верно. Чего плодить начальников, если подчиненных негусто. Но не маловато ли подчиненных для целого капитана? Словно прочитав мои мысли, Васин продолжил:

– Конечно, капитан и лейтенант на взвод вроде бы многовато, но, во-первых, мы будем не обычным армейским подразделением, а диверсионным отрядом, а во-вторых, легче будет формировать партизанские отряды – тут наши высокие командирские звания окажутся к месту.

– Все понятно, товарищ капитан. По этой части вопросов не имею. Но есть небольшая просьба. Так как все это для меня оказалось полной неожиданностью, то разрешите пару минут подумать.

– Думайте, а я пока покурю.

Капитан встал и отошел в сторонку, чтобы дым не шел в мою сторону. Это я оценила. Вроде бы нормальный мужик, с таким сработаюсь. Через пару минут капитан вернулся и сел.

– Ну как?

– Значит, так, товарищ капитан. Думаю, что нужно взять человек тридцать пять, чтобы мы могли действовать сразу в трех-четырех направлениях, а при необходимости объединиться в серьезную группу. Список курсантов из моей роты будет готов завтра ровно к девяти утра. Но к моему списку нужно обязательно добавить врача и умельца. И желательно повара. Их у меня нет.

– По численности возражений нет, врач и повар уже есть. А что за умелец?

– Нужен, как иногда говорят, рукастый человек. Чтобы мог из любого подручного материала быстро соорудить что-то нужное. Или починить какой-нибудь механизм. Мало ли с чем мы столкнемся. С электрическими приборами я кое-как и сама справлюсь, и радисты помогут, а вот с железками или с деревяшками – лично у меня руки не из того места растут.

– Согласен, такой человек может пригодиться, но тут у меня на примете никого нет.

– Может, на заводах среди токарей или слесарей поискать? Очень ведь нужно.

– Хорошо, это беру на себя. А кого вы планируете взять из своей роты по специализациям?

– По первой прикидке думаю: семь снайперов, к каждому из них по пулеметчику и по гранатометчику, который одновременно будет вторым номером у пулеметчика. Это двадцать один человек. Все проходили обучение с самого начала, то есть обучены, но без серьезной практики. Три радиста с небольшим любительским опытом. Еще шесть саперов и пять разведчиков-наблюдателей. Эти тоже без опыта. Как раз тридцать пять человек. Разумеется, у каждого есть и запасные специальности. Так, из пяти разведчиков трое свободно говорят на немецком.

– А как с немецким лично у вас?

– Допрос провести смогу и документы кое-как разберу, но не более того.

– Понятно. Будем заниматься по ходу дела. Я по довоенной профессии филолог, специалист по немецкой средневековой литературе.

– Ой, это очень здорово, товарищ капитан. Вы мне тогда и с печатными материалами поможете, а то латинский шрифт я более или менее понимаю, но вот с готическим полный облом. А преподаватели говорили, что иногда могут попадаться бумаги, напечатанные готическим шрифтом.

– Хорошо, – улыбнулся капитан, – помогу. На сегодня все, завтра к 9:00 жду фамилии. Можете быть свободны. Да, подумайте еще над названием отряда.

Я откозыряла и пошла к себе. По дороге сообразила, что вот опять, как только дело доходит до конкретной практики, так сразу вылезают такие вещи, о которых во время обычных занятий не думаешь. Ведь идея об умельце пришла мне только что. Когда я выходила из окружения в составе 3-й армии, то там о подобных вещах голова не болела, потому что в армии, даже выходящей из окружения, всегда все есть, включая и художников, и портных, и ремонтников. А в диверсионной группе каждый человек на счету. Там искать просто негде. Либо предусмотрели и такой человек есть, либо его нет и не будет. Портной, между прочим, у нас будет. Один из моих курсантов оказался из семьи портных и не только умеет обращаться с иголкой и ниткой, но даже может шить на машинке (вот чего я никогда не умела). А вот сумеет ли капитан Васин найти умельца? Нам ведь нужен при этом человек с хорошими физическими данными. От марш-бросков ему, как и всем нам, не отвертеться. Для будущих отрядов внесу такого человека в список обязательных кандидатов.

Само собой, Зоя была уже в курсе.

– Ну что, Анюта, добилась своего?

– Кажется, добилась.

– Что тебе сказать. Мы с Пашей уже поняли, что ты натура неугомонная и долго на одном месте сидеть просто не в состоянии. Так что будет тебе суровая практика. Пойми, это даже не выход из окружения, когда ты идешь вместе с большим числом бойцов при поддержке артиллерии, танков и пулеметов. Там если окружат, то, считай, с концами.

– Значит, буду воевать так, чтобы не окружили. Да понимаю я все, Зоя. Конечно, страшновато, но думаю, что ничего не боятся только дураки. Я надеюсь, что постоянное чувство опасности только подстегнет работу мозга. Хочу и сама научиться хитрости и изворотливости, и других потом этому учить. Ну и еще мечтаю как следует немцам насолить. Так, чтобы им мало не показалось. А сейчас извини, это все так неожиданно свалилось, что хочу подумать и кое-что прикинуть.

Зоя все поняла и оставила меня наедине с моими мыслями, которым в голове сразу стало очень даже тесно. Что касается обещанного списка, то тут особых проблем не было. Почти два месяца я занималась со своей ротой. Не только с ней, конечно, но с ней в первую очередь. И кто у меня чего стоит, я знаю. Я также знаю, кто с кем лучше работает, а с кем не очень. Мне нужны по максимуму бесконфликтные бойцы – во время наших рейдов вполне возможны потери, пусть и временные, и почти наверняка команды будем тасовать. Значит, нужно, чтобы бойцы могли работать в любых сочетаниях. В этом времени, кажется, вообще не знают про психологическую совместимость, но мне-то про это известно. Поэтому данный фактор при составлении списка я учла в полной мере. Посмотрев свежим взглядом на все написанные фамилии, я поняла, что сняла сливки со всей роты. Засомневалась, а потом решила, что все сделала правильно. Если дают такую возможность, то надо использовать ее на всю катушку. Будем считать, что такой отбор позволит нам успешно выполнять самые сложные задания. Тут я спохватилась, что в последний момент кто-то может и отказаться, поэтому добавила на отдельном листке еще четверых, пометив, что это кандидаты, или, так сказать, запасные.

Теперь какое название предложить. Вспомнились старые штучки, и мелькнула мысль назвать отряд «Лилит». Но по зрелом размышлении забраковала. Сразу поймут, что женщина подбирала название и что, скорее всего, она тоже есть в отряде. Ага, кажется, появилась другая, более интересная мысль. К моменту моего попадания в прошлое в моем настоящем был популярен один зверек. Вот его я и предложу. Название короткое, емкое и всем понятное (если правильно объяснить). Перед тем как заснуть, я подумала, что уже около двух месяцев фактически не являюсь ничьим порученцем и поэтому, слава Богу, хвала Аллаху, харе Кришна (нужное зачеркнуть), никакими особыми секретами не владею. Так что воевать смогу со спокойной душой. А если повезет, то и с мужем встречусь – все-таки воевать будем в пределах одной республики.