Монстр - Лена Обухова

– Идея хороша, но в моем доме нет пожарной лестницы на внешней стороне здания, – возразил Маркус, хмурясь.

– Зато у тебя есть балкон. Они могли спуститься на него сверху. Над тобой еще два этажа. Жильцов в квартире над тобой опрашивали, они ничего не слышали и не видели, но никому не пришло в голову проверить, кто живет на последнем этаже. Мы не видели причин, они ничего не могли слышать через этаж.

– С тем же успехом каори могли спуститься с крыши. Но что нам это дает?

– Нет, те, кто пытался тебя похитить, должны были поселиться в твоем доме. Потому что рядом не было зафиксировано постороннего транспорта. – Я улыбнулась. – Так как и куда они собирались тебя забрать? Не тащить же на себе, правильно? Это безумно дерзко и настолько нагло, что нам не пришло в голову такое проверить.

На лице Маркуса сначала отразилось замешательство, а потом появилась широкая улыбка.

– Всегда знал, что ты хороший аналитик. Когда твоя голова не забита бессмысленными переживаниями.

Я решила считать это комплиментом.

Маль одолжила нам свою машину, сказав, что ее «внезапная неисправность» станет хорошим объяснением опоздания на работу: в отличие от нас сотрудники лабораторий имели фиксированный график работы.

Мне казалось не самым разумным тащить Маркуса к нему домой, ведь под наблюдение могли взять и его, но он сказал, что не позволит мне рисковать одной. И, конечно, я была рада это услышать. Почему-то забота, которую он проявлял уже второй день, очень много для меня значила. Хотя в глубине души я понимала, что она вызвана его чувствами к Лине. Но ведь и я помогала ему из-за своих чувств к его прототипу. Все было честно.

Берту я позвонила уже из машины, пока Маркус пытался прорваться сквозь сгустившиеся утренние пробки. Мне даже молчаливо разрешили признаться, куда я еду.

– Это интервью рождает больше вопросов, чем ответов, – честно сказала я Берту.

– Но ты ведь тоже подумала, что Фрай замешан в истории с Рантор?

– Давай не будем делать поспешных выводов, хорошо? Я хочу кое-что проверить в квартире Маркуса, потом встретимся в Корпусе и поговорим.

– Ладно. Я нашел и адрес Лины. Хотел поехать к ней с тобой, но раз ты задерживаешься…

Я напряженно покосилась на Маркуса. С Бертом я разговаривала по громкой связи, поэтому он слышал наш разговор. И сейчас просто кивнул, давая понять, что это нам не помешает.

– Да, поезжай один, – ответила я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос не дрогнул. – Убедись, что она в порядке.

– Хорошо, я позвоню тебе позже.

Мы не стали подъезжать близко к дому, припарковались в соседнем дворе и сначала огляделись. Однако подозрительных машин ни я, ни Маркус не заметили, что, конечно, не означало отсутствие наблюдения. Но выбора у нас не было. Времени и так прошло слишком много, мы могли ничего и не найти, но попытаться стоило.

Однако в квартире на последнем этаже проживала лишь приятная пожилая пара, которая заметно заволновалась, увидев мое удостоверение, но очевидно была совершенно непричастна к нападению на Маркуса. Задав несколько общих вопросов о происшествии и предсказуемо не получив интересных ответов, я попрощалась, старательно улыбаясь, и вернулась к Маркусу, который ждал меня у выхода на лестничную площадку.

– Кажется, я ошиблась, – виновато пожав плечами, признала я.

– Или они все-таки спустились с крыши, а затащить меня собирались в любую другую квартиру этого дома, – утешил Маркус. – Кроме ближайших ко мне, потому что их жильцов вы опрашивали.

– Тогда надо обойти весь дом. Но половину дверей нам не откроют: рабочий день, многих просто нет. Как понять, за какой из дверей скрывается твой похититель? Если он вообще еще здесь.

– Если он был здесь, то он здесь, – уверенно заявил Маркус. – Я ему нужен. Уж не знаю, для чего теперь: убить или похитить, но он понимает, что рано или поздно я сюда вернусь. Так или иначе. Раз он так нагл, то будет ждать.

– Тогда мне нужно вернуться в штаб-квартиру, запросить информацию по всем жителям дома, посмотреть, кто въехал недавно… А тебе нужно снова спрятаться.

Я потянула его к лестнице. Мы и поднялись по ней, поскольку здесь было меньше шансов столкнуться с кем-то из жильцов, кто мог узнать Маркуса и сообщить потом в КГП или Корпус Либертад. Спускаться тем более следовало так же.

Маркус позволил довести себя до первых ступенек, о чем-то думая, но потом остановился и посмотрел на лестничный пролет, ведущий наверх. Рядом красовался указатель: «Выход на крышу».

– А если подумать, то снимать здесь квартиру – опасно, – заметил он, выразительно кивнув на табличку. – Ведь рано или поздно кто-то из Корпуса мог сообразить то, что сообразила ты. Да и не так просто снять здесь квартиру, больно район хорош. Я сам с трудом сюда въехал.

– Но не может же этот человек прятаться на крыше? – усомнилась я. – Все это время. Прохладно.

– Тогда давай проверим, есть ли в моем доме чердак, – улыбнулся Маркус.

Чердака в его доме не оказалось, но рядом с выходом на крышу обнаружилась еще одна дверь, замок которой был взломан. За ней находилось небольшое помещение, в котором можно было бы оборудовать еще одну небольшую квартиру, но то ли на такие здесь не имелось спроса, то ли что-то с ним было не так. Оно выглядело запущенным и казалось бы совсем нежилым, если бы не один уголок. Здесь стояли надувная кровать и переносная горелка, а стол заменял какой-то перевернутый ящик, скорее всего, найденный тут же.

Все это мы разглядели почти сразу: сквозь узкие, грязные окна в крыше в помещение проникал тусклый свет, и его хватало. Судя по спертому воздуху, окна не открывались. Кто бы здесь ни жил, он терпел много неудобств. По крайней мере, я бы не смогла здесь спать.

Мы медленно приблизились к чужим вещам, настороженно вглядываясь в полумрак и прислушиваясь в тишине. Вдруг тот, кто дожидается возвращения Маркуса, услышал наше приближение и теперь прячется где-то?

Однако вскоре стало понятно, что прятаться тут негде, поэтому мы сосредоточили внимание на вещах.

Спальное место было одно, да и все указывало на то, что здесь обитал один человек, но у стены лежало четыре походных рюкзака с эмблемами Корпуса Либертад. Видимо, три из них принадлежали погибшим каори.

Беглый осмотр вещей подтвердил это предположение, но не это заинтересовало нас больше всего. Среди весьма тривиального оружия и вполне стандартных для нас предметов походного обихода, которыми мы пользовались на многих расследованиях, проходящих в глуши, мы нашли папки с бумагами.

В одной лежала какая-то документация: технические термины переплетались с магическими символами, и разбираться в них можно было долго. Другая была полна газетных вырезок и распечаток. Преимущественно это были статьи с крупными кричащими заголовками, но попадались и фотографии. Перебирая их, Маркус с каждым мгновением хмурился все сильнее.