Марья Бессмертная - Наталья Жильцова

Утро началось бодро. Не успела я одеться, как с докладом вошел Костопрах и сообщил, что войска построены и готовы выступить по первому слову обожаемой царевны. Ланселот, по словам скелета, вообще поднялся затемно и сейчас был с войсками. Налаживал контакт, так сказать.

При этом известии я слегка забеспокоилась. Все-таки рыцарь был живым человеком, а мои воины вполне могли решить, что никакая потенциальная еда им рядом не нужна. Но Костопрах успокоил меня, сказав, что авторитет у Ланселота в войсках высокий. Особенно после того, как он разрубил одного из рыцарей Смерти и слегка проредил отряд упырей.

— Ну, с упырями понятно, — я нервно хмыкнула. — Поди, сожрать хотели. Но рыцаря Смерти-то за что? Как я заметила, они ребята вымуштрованные и понятие о дисциплине имеют.

— Коня своего отдавать не хотел, — пожал плечами скелет. — Доводы, что рыцарь без коня — лишь наполовину воин, на него не действовали. Вот Ланселот и того… в общем… Порубал его.

— А остальные что?

— Да ничего. У них ведь коней никто не отнимал, а приказ был четкий — сэр Ланселот облечен особым твоим доверием и потому в своем праве.

Я вздохнула, почувствовав некоторое облегчение. Значит, у рыцаря сейчас все нормально. Так, что там еще?

— Белогор не объявлялся?

— Никак нет, царевна. Ни слуху ни, как говорится, духу, — отрапортовал Костопрах, а я только сейчас обратила внимание, что мой управляющий тоже собрался на войну. И хотя кольчуга на нем откровенно болталась, но была вычищена и блестела от смазки. На боку висел топор на длинной рукояти, а за спиной был прилажен круглый щит с нарисованным черепом.

— Костопрах, ты только не пойми меня неправильно, — начала я, гадая, как бы смягчить свои слова. — Во дворце тоже должен кто-нибудь остаться. А тебе я доверяю как себе. Так что…

Скелет отступил на шаг и замотал черепом в яростном отрицании:

— Не останусь, царевна! И не проси! Да я за тебя и царя Кощея всем им пасть порву и…

— Моргалы выколешь? — вставила я, понимая, что своим предложением остаться во дворце сильно обижаю верного управляющего.

— И их тоже! — подтвердил скелет. — Зачем я здесь? Во дворце слуги останутся малым гарнизоном, а мое место рядом с тобой. Коли выиграем битву, то честь нам и хвала. Ну, а коли проиграем, не остановятся вороги на границе, всех рубить пойдут. И дворец я не уберегу в любом случае. А вот на поле брани, глядишь, и пригожусь чем.

Я с удивлением ощутила, как где-то внутри поднимается симпатия к этому скелету в болтающейся кольчуге. Вот ведь нежить, а в плане верности любому живому пять очков вперед даст!

— Ладно, Костопрах, твоя взяла, — ответила я, и скелет облегченно клацнул челюстью. — Только будь подле меня все время. Случись чего, где я еще такого управляющего найду?

— Да я!.. Да за тебя… — благодарно забормотал Костопрах, но я перебила его:

— Да знаю уже. Пасть порвешь и моргалы выколешь, ага. Ладно, пошли к войскам. Посмотрим на этих богатырей с колдунами хваленых. Яр?

— Да не сплю я, не сплю, — ворчливо отозвался магический посох из своего угла. — Идем уже.

Во дворце было непривычно многолюдно. Если слово «многолюдно» вообще можно применить к нежити. В коридорах то и дело попадались озабоченные слуги, по военному времени нацепившие на себя доспехи. Ну, или части этих доспехов. А вот площадь перед дворцом была пуста, чему я необычайно удивилась.

— Не поняла? А где войско? — повернулась я к Костопраху.

— Так за воротами, царевна. Чего им тут тесниться-то?

Мы прошли к знакомой конюшне. Конь встретил меня уже оседланным и довольным.

— Чего так долго? — заявил он, как только я перешагнула порог. — Беда с этими бабами. Война на носу, а она ходит вперевалочку.

— И тебе доброе утро, — ответила я, подходя ближе.

— Утро, к твоему сведению, было часа три назад, — отозвался Конь. — И не хватай меня за узду! Я что, по-твоему, сам выход не найду?

Я глубоко вздохнула, вспоминая, что Конь не самый приятный собеседник и надо просто не обращать на него внимания.

Мы направились к выходу, я впереди, а Конь, звонко цокая копытами, на пару шагов позади меня.

Выйдя на площадь, я обернулась, наблюдая за тем, как Конь остановился на пороге, понюхал воздух, тряхнул гривой и…

Вот только не это!!! Он споткнулся!

Я выругалась, уже зная, к чему это ведет. Кощеево создание никогда не спотыкается просто так, а это значит…

— Да пошутил я, пошутил, — фыркнул Конь и ухмыльнулся во все свои кусалки. — Чего ты такая напряженная?

— Ах ты ж, скотина полуживая! Пошутил он! Спотыкун непарнокопытный! — выдохнула я сердито.

— Шутка удалась, — с удовлетворением констатировал Конь. — И вообще, сама виновата: я предупреждал, что спотыкаюсь только для наездника, а ты на мне не сидела. Так что давай забирайся и помчали. А то войско без тебя отправится.

Поминая про себя всех конячьих родственников, я уселась в седло и поудобней перехватила посох. После чего в отместку пнула Коня пятками, прекрасно зная, как он это не любит.

Конь ничего не сказал. Он просто прыгнул! Да мать его!!!

Я судорожно вцепилась в поводья и сжала коленями бока, изо всех сил стараясь, чтоб меня не сдуло.

— Царевна-а-а-а! — раздался удаляющийся голос Костопраха, а под нами уже пронеслась дворцовая стена, от которой Конь оттолкнулся еще раз, взмыв уж совсем под небеса.