Хроники одной любви - Ирина Эльба

– В такие моменты я жалею, что не взял тебя с собой на захват диверсантов.

– Кстати, об этом! Не хотите поведать то, что осталось за кадром в кабинете у Замана? Феерическая битва добра со злом, решающий поединок, и все такое…

Мужчины рассмеялись.

– На самом деле ничего такого решающего и феерического не было, – пояснил капитан. – В жизни все происходит прозаично и не зрелищно.

– Ой ли, – вмешалась венерианка, забыв о дипломатии. – А как же экстренный сбор в главном конференц-зале всех участников экспедиции? А потом вырубился свет, вспышки цветные замерцали, на сцене будто поединок на лазерных мечах шел.

Я затаила дыхание, выслушивая откровения подруги, а Итан лишь тяжело вздохнул.

– Не было никаких лазеров и битвы, – не сдержал он восклицания. – Видимо, лучше самому все рассказать.

– Погоди! – выставила я ладони в предупреждающем жесте.

Быстро сориентировавшись, я метнулась к магподставке и через минуту уже вернулась на место с упаковкой карамельного попкорна и глазами, горящими от предвкушения. Водрузив первое на стол, а второе на кэпа, я приготовилась слушать.

Рассказчик снова обреченно вздохнул и начал повествование…

Пока Аритан эр Тэро с помощью советников Замана разрабатывал план захвата своего старпома и нейтрализации его подручных, тот, в свою очередь, прикидывал способы скорейшей узурпации власти, чтобы развязать себе руки и спокойно заниматься зачисткой Тринадцатого мира.

Самый быстрый способ захвата власти – это сокращение численности населения, поэтому Фарат приказал всем собраться в общем зале. О расположении конфискованного порошка он изначально не знал, но за время отсутствия капитана смог решить этот вопрос.

Когда члены экспедиции собрались, в зале вырубили свет, а через вентиляцию стали распылять порошок. Из противопожарной системы должна была политься вода для запуска химической реакции, но, как говорится, что-то пошло не так.

К этому времени Аритан уже вернулся на звездолет и пытался арестовать тель Петри. Глава диверсантов, поняв, что план рушится по всем фронтам, побежал в конференц-зал – шансы захватить заложников были велики, но отважный капитан «Кочевника» не допустил этого.

– Так, значит, некий бой между тобой и Фаратом все же был, – уточнила я, поняв, что продолжения рассказа не будет.

– Бой – это сильно сказано…

– Хо-хо, Лей, ты бы видела это лазерное шоу, – перебила скромного Аритана Урсула.

– Просто один из техников на нервах активировал развлекательную программу вместо противопожарной. И там, и там в кодировке файла присутствовало слово «файер».

Мы рассмеялись такому удачному стечению обстоятельств.

– А что же с порошком? Он не подействовал из-за отсутствия воды – это понятно, но надеюсь, теперь вы уничтожите остатки? Чтобы они не попали вновь в недобрые руки?

– Боюсь, в этом нет необходимости. – На наши удивленные взгляды герой дня пояснил: – До столь ценного груза первым добрался Сишиуй, когда после похищения искал дорогу домой. Наткнулся на груз и… В общем еще предстоит выяснить, что именно он сделал, но порошок стал абсолютно непригоден.

– Хм, если б он его намочил, все закончилось бы трагично, – задумчиво произнесла я. – Даже ума не приложу, что он мог с ним сделать.

– Облить можно не только водой, – многозначительно бросил Расэл и замолчал.

Запоздалый страх за молодое поколение сдавил легкие, но потом пришло понимание, что этого юного исследователя бережет сама злодейка-судьба и она же испытывает его на смекалку и выносливость. А значит, будем держать ухо востро, ведь обучение подрастающего поколения продолжается…

* * *

Он стоял у окна и смотрел вдаль. Туда, где за горизонтом скрылся шаттл, уносящий прочь его первую и единственную любовь. Прикрыв глаза, он прислонился лбом к стеклу и вспомнил их последний разговор.

– Почему так, Лейлит? Почему?

– Потому что сердцу не прикажешь, – прошептала она в ответ, отводя глаза.

– Ты понимаешь, что я могу уничтожить его мир? И все только для тебя, Лейлит. Я готов на все, чтобы ты была моей.

– Знаю, – печально улыбнулась девушка, стараясь сдержать слезы. – Но если исчезнет он, то растворюсь и я. Он моя душа, Заман, понимаешь? А без души долго не живут.

– А ты мое сердце, Лейлит. – Не выдержав, я прижал ее к себе. – И я уже не смогу тебя отпустить. Благородство – это не про меня.

– Ошибаешься. Скоро все изменится…

– Я не изменюсь, моя звездочка. Меняются лишь те, кто способен переступить через себя, а я не смогу.

– Ты уже изменился, Заман. И то, что ты сейчас со мной разговариваешь, пытаешься переубедить, тому подтверждение. Глубоко в душе ты уже смирился с мыслью, что я уйду. Разумом – уже отпустил меня.

– Лей…

– Прости. Надеюсь, ты сможешь меня простить.

И она ушла, оставляя после себя горький привкус утраты. А он не смог удержать, настоять на своем и все объяснить. Слишком много времени прошло, слишком разными они стали. Но любовь, что была между ними когда-то, навсегда останется в сердце…

Когда-нибудь я все забуду… Сотрется из памяти нежный запах дикой розы и сладкий вкус твоих губ.

Когда-нибудь я все прощу… Расстанусь с болью, что стальными пластинами вросла в сердце.

Когда-нибудь я отпущу… Уйдут все мысли и воспоминания о тебе. Я найду другую женщину, которая станет матерью моим детям. Она подарит сыновей-наследников, что станут отцовской гордостью. Она согреет длинными ночами и скрасит старость.

Другая подарит мне дочь, которой я, в свою очередь, подарю всю нерастраченную нежность и любовь. И эта малышка, моя кровь и плоть, будет носить твое имя, Лейлит. Я забуду, я обязательно забуду тебя, моя звездочка. И останется лишь она – моя девочка с янтарными глазами. С твоими глазами, Лейлит…