Затмение - Эрин Хантер

Орешница присела возле Медобоки и возбужденно зашептала:

— Как ты думаешь, что все это значит? Кто проглотил наше солнце?

— Не знаю, — еле слышно ответила Маковка. — Смотри, небо совсем ясное, все снова спокойно. Может быть, это была просто туча?

— Ну что ты такое говоришь? — возмутилась Орешница. — Разве от тучи бывает так темно и холодно?

Листвичка бросила на них сердитый взгляд и прикрикнула:

— Вы бы лучше раны зализывали, а не трещали языками, как две сороки! — Она обнюхала Березовика, осмотрела Ягодника и отослала обоих к Терновнику. — Ждите меня там.

Березовик неуклюже запрыгал по поляне, держа на весу распухшую переднюю лапу.

— Все равно не понимаю, зачем Звездное племя решило спрятать солнце от нас! — с вызовом пробормотал он.

Ягодник поплелся за ним следом, волоча прокушенную заднюю лапу.

— Вот именно! Это племя Ветра во всем виновато, оно начало битву. Пусть Звездное племя на них сердится, это будет только справедливо.

* * *

Остролапка посмотрела на брата, молча стоявшего посреди поляны.

— Как ты?

— Лучше всех, — буркнул Львинолап.

Почему он все время молчит? Неужели не хочет поговорить о погасшем солнце?

— Ты все время молчишь… — неуверенно начала Остролапка.

— Да, — кивнул Львинолап и посмотрел на каменную осыпь, по которой осторожно спускалась Милли, держа в зубах Колючку. Следом шла Ромашка с Попрыгушей. — Пойдем, поможем им, — бросил он и помчался вверх по камням.

«Откуда у него столько сил?» — устало подумала Остролапка, едва держась на лапах от изнеможения. Она была вся искусана и исцарапана, и хотя раны оказались неглубокими, щипали они очень сильно. Вздохнув, Остролапка поплелась за братом.

— Я сам могу идти! — верещал Попрыгуша, яростно размахивая лапками.

— Перестань сейчас же, а то мы все упадем! — пропыхтела Ромашка, не разжимая зубов. Она спрыгнула с последнего камня и обернулась к Милли: — Ты в порядке?

Милли молча кивнула. Колючка болтался в ее пасти и таращил испуганные глазенки.

«Не бойся, так не всегда бывает», — хотела сказать ему Остролапка, но подумала, что малыш все равно ее не поймет.

Львинолап подбежал к Милли, подставил ей бок и помог спуститься на поляну.

— Сейчас мы принесем остальных котят, — пообещал он и помчался наверх.

— Спасибо, — устало вздохнула Ромашка, опуская Попрыгушу на землю. В тот же миг котенок сорвался с места и, распушив хвостик, бросился бежать. — Осторожнее! — взмолилась Ромашка, увидев, что он мчится прямо на Крутобока.

— Оп! — воскликнул серый воин, отскакивая в сторону. — Послушай, дружок, тебе не надоело болтаться без дела? Сходи-ка, проверь, много ли свежего мха в подстилке у Милли.

— Бегу! — обрадовался Попрыгуша и помчался в детскую.

Крутобок понимающе посмотрел на Ромашку и вздохнул:

— Он просто слишком переволновался.

Светлые глаза Ромашки потемнели, и она испуганно прошептала:

— Он думает, это просто интересное приключение. Бедняжка не понимает, что стряслось.

— Это и к лучшему, — серьезно ответил Крутобок и, взяв у Милли Колючку, понес ее в детскую.

* * *

Львинолап первым взобрался на Каменный карниз, и усталой Остролапке пришлось поторопиться, чтобы не отстать от брата.

В пещере Огнезвезда царил полумрак, поэтому Остролапка едва не наступила на Шиповничек, сидевшую возле самого входа. Долгохвост склонился над плачущим Шмеликом и ласково мурлыкал, пытаясь успокоить малыша.

— Тише, тише, дружок, — приговаривал он, щекоча хвостом хнычущего полосатого котика. — Разбудишь свою сестренку.

Остролапка пригляделась и увидела Цветочек, посапывавшую под теплым животом Кисточки.

— Не буди ее, — проворчала Кисточка, замахав хвостом на Остролапку. — Пусть поспит, а потом Крутобок сам отнесет ее в детскую.

Долгохвост ткнулся носом в плечо Остролапки и горячим шепотом спросил:

— Ты видела, что случилось?

Она сразу поняла, что он спрашивает об исчезнувшем солнце.

— Видела.

— И что говорит Воробушек? — с любопытством спросила Кисточка, приподнимая голову от спящей Цветочек.

— Ничего он не говорит, — пришел на помощь сестре Львинолап. — Воробушек не всегда рассказывает нам, что узнает от Звездного племени.

Остролапка впилась в него взглядом. «Он думает о том же, о чем и я? Раз мы трое могущественнее самого Звездного племени, значит, Воробушек может знать о том, что означает исчезновение солнца!» Но Львинолап рассеянно смотрел в сторону.

— Может быть, он получит какое-то послание ночью, — робко предположила Остролапка.

Кисточка крепче обвила хвостом Цветик и глухо прошептала:

— Будем надеяться.

Остролапка молча сгребла за шкирку Шмелика, и малыш отчаянно завизжал, молотя воздух маленькими лапками.

— Я не дам себя тащить! — негодующе взвизгнула Шиповничек.

— Еще как дашь, — рявкнул Львинолап и, схватив ее в пасть, потащил к выходу.

Остролапка пошла за ним следом и у входа столкнулась с Крутобоком.

— Цветочек спит, — шепнула она, поморщившись от боли в расцарапанной шее. — Кисточка сказала, чтобы ты забрал ее попозже.

Крутобок кивнул и скрылся в ежевике.

— Львинолап! — крикнула снизу Листвичка. — Возьми с собой Лисенка и сходите в лес за паутиной! У меня кончаются запасы, — пробормотала она, накладывая свежий пучок паутины на плечо Маковки.

Услышав свое имя, Лисенок мгновенно выкатился на поляну и принялся подскакивать от нетерпения.

— Я знаю где есть много-много отличной паутины! — верещал он. — В овраге, около самого лагеря! Там ее полно, просто запутаться можно.

Львинолап посмотрел на Ежевику, который терпеливо стоял под скалой и ждал, пока Воробушек обработает липким снадобьем глубокую царапину на его боку.

— Можно мне выйти? — спросил он. — Листвичка просит принести паутины.

— Идите, только будьте осторожны, — проворчал глашатай.

Когда Львинолап и Лисенок ушли, Листвичка повернулась к Остролапке и попросила:

— Будь добра, сбегай в мою пещеру. Там, возле лужицы с водой, лежит охапка листьев. Возьми немножко и отнеси сначала Белолапе, а потом раздай остальным. Ты ведь знаешь, как нужно разжевывать листья и втирать их в рану? Помнишь, как я тебя учила когда-то?

— Я знаю, как это делать, — внезапно вызвалась Пепелинка.