Кромешник. Том 2 - Dominik Wismurt

— Да, — кивнул в ответ, — но сейчас это не имеет отношения к делу. Что произошло дальше? После того, как вы выбрались с Кромки.

— А дальше начался самый настоящий ужас, — произнёс Ден, — Как только смогли нормально осмотреться, поняли, что выбросило нас около самого настоящего капища. Даже не так, там стоял алтарь для жертвоприношений, работающий алтарь, а около него водили хоровод и тянули заунывную песню четверо ублюдков в чёрных балахонах, — Денис на мгновение замолчал и его речь подхватил Антон.

— Я, вообще, сначала подумал, что брежу, особенно, когда увидел распятого на черном постаменте парня и это посреди леса. Чёртовы уроды даже не повернули головы в нашу сторону, прекрасно понимая, что угрозы для них нет. Мы в тот момент были слабее слепых котят, — призрак нервно дернул головой, — Они на наших глазах вскрыли парню живот… НА ЖИВУЮ! Как он орал. Его крик до сих пор стоит в моих ушах.

— Не у тебя одного, — прошептала Лиля, а Антон кивнул.

Я же ушел в себя, крепко задумавшись.

Дело принимало совершенно другой оборот. Теперь мы с Навьями были неразрывно связаны и не потому, что я пообещал им помочь, а совершенно по другой причине. Я был уверен на сто процентов, что ублюдки в балахонах являлись отступниками, а это значило, что я лично заинтересован в их уничтожении. Не знаю, что именно они хотели добиться жертвоприношением, скорее всего, добавляли силы своему хозяину, тому — о ком меня предупреждал Волхов.

— Кромешник, ты нас слушаешь?

— Да, — ответил рассеянно, — Что дальше было?

— Мы пытались убежать, но не смогли.

— Хе-х, — хмыкнул Антон, — Мы даже нормально идти не могли, не то — что…

— Поймали они нас, как только завершили ритуал, а потом… потом началось самое страшное.

— Что им от вас было нужно?

— А сам как думаешь?

— Принести в жертву, — кивнул, — но, судя по вашему виду, они этого не сделали, зато пытали знатно.

— Все оказалось немного сложнее. Поначалу, Лиле предложили вступить в их ряды.

— Это как раз понятно. У вашей подруги был дар.

— Мы тогда об этом не знали. Она отказалась с ними сотрудничать.

— Конечно, я отказалась! Эти ублюдки не принимали к себе просто так, нужно было доказать свою верность и…

Говорят, что призраки не умеют плакать. Врут.

— Что они от тебя потребовали? — спросил хрипло, ибо история ребят зацепила за живое.

— Проверку на лояльность. Они хотели, чтобы я участвовала в кровавом ритуале и собственноручно вспорола животы своим друзьям. Необходимо было стать такими же фанатиками, как они, верить в…

— Во что? В кого? — я подался вперёд и застыл, пристально вглядываясь в девушку, как собака почуявшая кость.

— В перерождение Мира. В их Великого Господина.

— И кто он, их господин?

— Не знаю, они не называли его по имени, во всяком случае, при нас.

Стиснул зубы. Досадно.

Я так надеялся узнать, кто является моим главным врагом, но видимо не судьба, не в этот раз, но ничего, придёт время, и всё встанет на свои места.

— После того, как я отказалась, они стали над нами издеваться. Пытали мальчиков у меня на глазах, чтобы я… прониклась, а потом…

Не нужно было говорить, что случилось потом, я и так всё понял, кроме одного.

— А всё же, почему они не принесли вас в жертву?

— Потому что на жертвенный алтарь необходимо идти добровольно, дать согласие, — мрачно изрёк Ден, — Нас тоже убеждали, что, если мы сдадимся и умрем во славу их господина, Лилю отпустят, но мы же не совсем идиоты, чтобы поверить в подобное. Знали, что уже никогда не вернёмся домой, во всяком случае, живыми.

Мы разговаривали ещё примерно полчаса, пока я не заметил, что речь Навий стала неразборчивой, а сами их силуэты побледнели. Даже место захоронения не смогло надолго напитать их энергией.

— На сегодня хватит, возвращайтесь в посох. Отдохните.

Я устало поднялся. Всё-таки события сегодняшнего дня вымотали меня основательно. Пора было возвращаться. Надеюсь, Григорий Фомич пришёл в себя и охолонул маленько. Не хотелось, чтобы церковник припечатал меня своим благословением, потому как сил противостоять Божьему слову у меня не осталось. Если вдарит, то скопычусь, как загнанная лошадь.

Батюшка встречал меня у околицы. Даже издалека было видно, что он вымотан так же, как и я. Знатно мужику досталось. По крайней мере, злости на его лице я не увидел, и это был хороший признак.

— Что, Кромешник, зассал? — криво ухмыльнулся в бороду церковник, — Не думал, что станешь прятаться, как баба пугливая.

— Ты не язви, Григорий Фомич, а то ведь и ответка может прилететь, — произнес в ответ, но как-то вяло.

Вообще, у меня даже мысли с трудом шевелились в голове. Почему-то именно сейчас навалилась такая тяжесть, что казалось, я упаду прямо тут, на голую землю, и отрублюсь.

— Э-ээ, да ты совсем квёлый. Я хотел тебя в нокаут отправить, как ты меня давеча, а сейчас даже не интересно.

— Домой бы мне. В Тумановку.

— Сейчас скажу, чтобы отвезли, — понятливо кивнул батюшка и зычно крикнул, да так, что мне показалось, его услышали во всей деревне, — Васька! Подыть сюда!

Авторитет церковника в Перловке не подвергался сомнению, поэтому уже через три минуты в нашу сторону бежал здоровяк, с которым мы недавно столкнулись.

— Григорий Фомич, чего надо-то? — запыхавшись произнес громила, — Бока ведьмаку намять? Так я это… запросто, — парень, уперев руки в бока, начал на меня надвигаться.

— Отставить бока мять. Отвезёшь Кромешника в Тумановку и чтобы без глупостей, а то ведь он тебя и в жабу превратить может. А на прынца ты не тянешь, целовать тебя никто из девок не станет, особенно в связи с твоими… кхм-м… — Григорий Фомич поднёс кулак ко рту и демонстративно кашлянул.

— Ну что вы батюшка, я само смирение, — опустил глаза парень, но я видел, как блеснули озорством под длинной чёлкой глаза, но затем видимо что-то вспомнив, вскинулся и сразу стал серьёзным, — Григорий Фомич, можно я в Тумановке задержусь ненадолго.

Церковник окинул Ваську задумчивым взглядом, и придя к каким-то своим выводам, кивнул.

— Добре. Только постарайся не особо на ведьм