Война неудачников - Сергей Мусаниф

Город горел. Три боевые машины скаари заходили на него с разных сторон, поливая Де-Мойн огнем. Местное ополчение вяло отстреливалось из плазменных орудий, но ощутимого вреда это «тарантулам» не наносило. Для того чтобы пробить активную броню скаари, нужно несколько раз подряд попасть в одно и то же место, а это далеко не просто, учитывая, что танк движется, а шанс на второй выстрел предоставляется далеко не всем.

Риттер вел наш десантный бот над поверхностью реки, воды которой кипели, а поднимающийся от них пар смешивался с дымом пожарищ.

Наш план работал. Никто не обращал на нас никакого внимания.

Конечно, это было рискованно и безрассудно, и, кроме того, существовала некоторая вероятность, что тюрьма будет разрушена первым же случайным ударом «тарантулов», но наши расчеты строились на том, что в первую очередь скаари будут подавлять огневые точки. Кроме того, здания на пережившей несколько орбитальных бомбардировок Веннту больше строили по принципу вглубь, нежели ввысь, и тюрьма Де-Мойна не была исключением. Если Холдена содержат на одном из подземных уровней, у нас будет еще некоторое количество времени в запасе.

Или нет.

Риттер дернул катер влево, тут же веселым голосом сообщил, что мы едва избежали ракетного обстрела, а сейчас настало время покинуть реку и выдвинуться в промышленный район, в глубине которого находится тюрьма.

– Есть хорошие новости, парни, – добавил Джек. – Больших разрушений я пока не вижу.

Обратная сторона этих хороших новостей заключается в том, что там, где нет разрушений и скаари, может все еще оставаться много кленнонцев.

– Три минуты до высадки, – сообщил Риттер. – Я постараюсь посадить корабль подальше от зданий, чтобы его не завалило обломками в случае сами понимаете чего.

Я все-таки очень люблю оптимистов.

– Очень жаль, что вы не можете видеть того, что вижу я, – продолжал Риттер. – Зрелище, доложу я вам, весьма поучительное.

Боб не выказал ни капли сожаления относительно того, что он лишен весьма поучительного зрелища, открытого полковнику Риттеру. Я в принципе тоже не сильно страдал из-за отсутствия в салоне картинки.

Если в нас попадут, я и так об этом узнаю. А остальные подробности сейчас не особенно интересны.

И вот тут оно пришло.

– Справа! – заорал я. – Меняй курс, Джек!

– Какого… – недоуменно начал Риттер, но, видимо, джойстик все-таки дернул, может быть, услышав меня, может быть, чисто рефлекторно.

Катер вильнул влево и вверх.

Тогда я понятия не имел, что именно нам угрожало, но я до сих пор считаю, что этот крик тогда спас нам троим жизнь.

Мы увернулись от прямого попадания, и ракета разорвалась где-то под днищем. Взрывная волна закрутила катер и швырнула его в сторону. В стороне, как выяснилось чуть позже, оказалось какое-то промышленное здание, которое мы совместно со взрывной волной превратили в руины.

Все, что я помню о том моменте, – это сильный удар, дикий шум, пол и потолок, несколько раз поменявшиеся местами, а потом – страшный скрежет и несколько мгновений полной тишины, которые закончились витиеватым ругательством полковника Риттера.

Боб отлип от стены, я помахал ему бронированной перчаткой.

– Мы тоже живы, босс, – сказал Боб.

– А катер кончился, – буркнул Риттер, появляясь в десантном отсеке. – Дальше придется идти пешком.

Люк заклинило.

Боб, напомнив, что ему уже доводилось сталкиваться с таким раньше, попросил нас отойти к стене, а потом прожег новое выходное отверстие при помощи плазмогана. Капли плавящегося металла брызнули внутрь катера вместе с ручейком расплавленного строительного пластика.

Несмотря на то что «тарантулы» еще находились километрах в десяти от города и то, через что мы летели, было всего лишь артподготовкой, снаружи царили форменные хаос и ад, как, собственно говоря, и должно было быть в условиях городского боя.

До тюрьмы оставалась всего пара кварталов, ближайшие к нам улицы заволокло дымом, это нам на руку. Веннтунианцев в пределах прямой видимости не наблюдалось.

– Ты ничего не забыл, Боб?

– Например?

– Запасной костюм для нашего друга.

Боб снова скрылся в проделанном им отверстии, а когда появился, нес в руках пехотную броню, которую мы захватили для Холдена. Мы с Риттером помогли закрепить ее на спине Боба, чтобы она не мешала ему бежать и стрелять, и со стороны теперь казалось, что сержант тащит еще одного человека. Только безголового.

Половина зданий уже была отмечена следами разрушений, но сама тюрьма пока стояла нетронутой.

На контрольно-пропускном пункте никого не было. Боб пинком вынес дверь, а Риттер подключился к уцелевшему терминалу.

– Самое время выяснить, что накануне штурма они отпустили всех заключенных, – сказал я.

– Сомневаюсь, – сказал Риттер. – Да и куда им идти?

– А куда ушел охранник?

– Попрощаться с семьей, – предположил Джек. Его пальцы осторожно отстукивали команды на клавиатуре. – А ты был прав, часть заключенных они отпустили. Тех, за кем ничего серьезного не числилось. Но наш друг здесь. Первый корпус, минус третий уровень, камера номер двести восемьдесят шесть.

– Охраны много?

– Три человека на КПП при входе в корпус, по одному на этажах. Теоретически.

Ага. Если нам повезет, все охранники окажутся семейными людьми, и мы никого из них не встретим.

Понятия не имею, как бы я сам поступил на их месте – у меня никогда не было семьи, да и большого количества людей, с которыми мне хотелось бы попрощаться перед смертью, я вспомнить не мог.

Вообще ни одного не мог вспомнить.

В пятистах метрах к северу от тюрьмы обнаружила себя одна из местных батарей. Выплюнутые ее орудиями шары плазмы пролетели над городом и скрылись на северной окраине.

Погано. Сейчас скаари попытаются накрыть ее ответным залпом, и не факт, что мы не окажемся в радиусе поражения.

Полковник Риттер, очевидно, пришел к тем же выводам.

– Двигаем! – рявкнул он и на всех парах рванул в сторону первого корпуса. Поскольку он торопился, то на выходе не совсем вписался в дверной проем и выломал плечом солидный кусок стены.

У одного из охранников семьи не было, и последним человеком, которого он видел в этой жизни, стал полковник СБА Джек Риттер, всадивший смертельный импульс ему в грудь. Джеку понадобилось двадцать секунд, чтобы взломать электронный замок, и вот мы уже на лестнице.

Мы миновали минус второй этаж, когда здание тюрьмы содрогнулось и сверху посыпались обломки пластика. Похоже, скаари таки попытались накрыть батарею ответным залпом, в очередной раз сообщая нам, какую глупость мы совершили.