Это наш дом - Артем Каменистый

– Ребята, опять бегите наверх, гоните сюда все живое. Сейчас проверим новый способ.

Стоять на месте оказалось нелегко – вода не настолько теплая, чтобы без движения в ней торчать. Да и струя, вырывающаяся из объятий плотины, норовила вырвать кольчугу из рук. Давать передышку рукам Андрей не рисковал – держал «снасть» неподвижно, боясь испугать рыбу.

Серж с Гнусом далеко подниматься не стали, начали загонять почти от того же места. Андрей не посчитал это ошибкой: большая часть рыбы все равно избегала загонщиков, так что по одному и тому же участку процесс можно было смело повторять несколько раз.

Когда ребята приблизились к плотине на пару десятков метров, в проход ринулись первые рыбешки. В чистой воде их было видно прекрасно – будто серые или серебристые пули проскакивали. Вот перед носом промелькнуло нечто весьма серьезное, по габаритам напоминающее Ритину «селедку». Проклятье – мимо прошла! Весь поток перекрыть этой кольчугой невозможно, остается лишь голодным взглядом провожать улизнувшую добычу.

Загонщики в последний раз опустили палки, возмутив водную гладь в считаных сантиметрах от плотины. Андрей выпрямился, быстро потащил кольчугу на берег. Из нее хлынули струи воды, мгновенно облегчили ношу, в железной западне неистово забились пойманные рыбы.

Андрей хотел высыпать добычу сразу в котел, но передумал: не хотелось вместе с рыбой высыпать и разный мусор. В итоге опорожнил «мешок» на песчаном бережку. Все трое мгновенно плюхнулись на колени, суетливо хватая бьющуюся добычу.

– Вьюн! – радостно заорал Серж, схватив какую-то змееподобную рыбу, прытко уползавшую к воде.

Размер ее не мог не радовать – ладони в две длиной. Жаль только, что не толстая. В том же направлении шустро пытался пятиться и одинокий крупный рак, ухитрившийся попасть в ловушку. И это были еще не рекордсмены: Гнус с гордостью продемонстрировал товарищам главный трофей – серебристую удлиненную рыбину длиной в ладони две. Крупных бычков и «ершей» было несколько десятков, а мелочи и вовсе без счета.

Это уже было похоже на настоящую рыбалку. По прикидкам Андрея не меньше полутора кило рыбы взяли за этот заход. Десяток таких уловов, и ужин будет просто роскошнейшим.

– Бегом, ребята, давайте. Надо до дождя успеть наловить как можно больше. Вон какие тучи наползают.

Раз за разом Сергей с Гнусом лупили палками воду, нагоняя на Андрея добычу. Вскоре им пришлось подниматься выше, удаляясь уже на полторы сотни метров, а то и дальше – рыбы становилось все меньше и меньше. Неудивительно: плотина дырявая, да и мимо кольчужного мешка много уходит. А та, что вырывается от загонщиков, уходит подальше от беспокойного места.

Не страшно, вся не уйдет. Если потребуется, парни будут целый километр ее гнать.

* * *

Когда первые крупные капли заколотили по плечам рыболовов, котел наполнился добычей до середины, а то и выше. Судя по тяжести, не меньше десяти килограмм рыбы. В основном мелочь – бычки да пескари. Но были трофеи и приличнее – десяток щучек, самая крупная из которых потянула минимум на кило, парочка мелких налимов, несколько крупных вьюнов и семь штучек серебристых проворных рыбин размером с селедку и почти столь же упитанных. Андрею доводилось бывать в Карелии и видеть тамошнего хариуса, ему показалось, что у этой рыбы с ним огромное сходство.

Подхватив одежду, потянули котел к полянке – пора посмотреть, что же там выстроили, не зря ведь мужики несколько часов там топорами стучали.

Не зря. Увидев, что успели возвести «строители», Андрей одобрительно присвистнул. Здоровенный, сильно наклоненный навес с тремя стенами, укрытыми ветками деревьев и кустарников. Внутри уютный сумрак не скрывает толстенной подстилки – спать будет не жестко. Толщина крыши внушает уважение и надежду, что она не протечет даже при сильном ливне.

Но это было еще не все. Рядом с большим навесом примостился еще один, маленький, почти карликовый. Под него мужчины торопливо складывали дрова, спеша укрыть их от намечающегося дождя. На взгляд Андрея, глупое занятие – дрова и мокрые хорошо горят. Прапор, недавно проверявший дела у рыбаков и женщин, возился с костром, разведенным в широком очаге перед навесом.

Близкий раскат грома заставил Андрея поморщиться. Хотя недоволен он был не грозой – представив, сколько дыма даст костер в такую сырую погоду, он опасался, что их лагерь будет заметен издалека. Хотя риск, конечно, минимальный: при дожде хайты предпочитали отсиживаться в сараях – воду они сильно недолюбливали.

Укрыв одежду под навесом, он кивнул на котел:

– Давайте ставьте на огонь. Рыбу мы уже прополоскали.

– А чистить не будем? – уточнил Лысый.

– Зачем? Эту мелочь сутки чистить придется. Да и чем чистить? Ногтями, что ли? Ножей у нас нет.

– Нормально, – заключил Прапор. – Будет уха по-чувашски.

– По-чувашски – это с внутренностями, но без чешуи, – возразил Лысый.

Оставив их спорить о тонкостях рыбацкой терминологии, Андрей поплелся за излучину ручья. Дождь, попугав первыми каплями, стих, но, судя по накатывающимся громовым раскатам, вот-вот начнется нечто невероятное.

Выбрав удобное местечко, Андрей стянул свои неимоверно дырявые трусы, залез в воду. Сегодня он впервые за два года устроит полноценный банный день. Максимум, доступный в поселке, – обмывание из котла мутной, напитанной глиной водой. Да еще при непогоде можно было раздеться и позволить дождевым струям смывать наслоения окаменевшей грязи и пота. При побеге тоже не везло – ручьи и родники, возле которых они ночевали, слишком уж ледяные, не хватало еще заболеть.

Смочив ком вырванной травы, повозил им в песке, принялся остервенело скрести кожу. Даже начавшийся дождь не отвлек его от этого занятия. Андрей старался оттереть грязь столь интенсивно, что местами начала саднить кожа. По барабану! Пусть хоть с кожей вместе отмывается. Сегодня он ляжет спать как белый человек – под крышей и чистым.

Бедная рыба – ниже по течению, наверное, кверху брюхом всплывает от токсичных стоков, свергавшихся с не мытого годами тела. И где-то там, тоже ниже по течению, моются женщины – от Андрея не укрылся их дружный уход в прибрежные заросли. Мелькнула шальная мысль: подсмотреть. Уж очень хотелось оценить формы новенькой. Греховные мысли? Хороший признак, значит, постепенно превращается в человека. Нет уж, до подглядываний лучше дело не доводить. Перед собой потом будет стыдно. А если поймают за таким занятием, засмеют как маленького.

С волосами труднее, их травой с песком отмыть проблемно. Без лишних затей прополоскал их в проточной воде, отряхнулся, выбрался на берег.

К тому времени, когда добрался до лагеря, пошел уже настоящий ливень, да еще и с порывами сильного ветра. Деревья раскачивались с треском, почти непрерывно сверкали молнии, и чуть ли не под ухом гремел гром. Влетев под навес, Андрей присел, уставился на костер под котлом.

– Ты бы оделся, – предложил Прапор.