Черный меч - Иар Эльтеррус

Ты можешь сколько угодно уверять меня в том, что вампиры бывают разными. Я и сама прекрасно понимаю, что на сотню кровососов обязательно найдется хотя бы один честный, но я убью этого честного так же легко, как и всех остальных. Вампиры – зло, и они должны перестать существовать. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы это случилось. Если я когда-нибудь встречу этого Вивьенна, я скажу ему спасибо за то, что он нас спас, после чего убью. А в знак благодарности я сражусь с ним в открытую, хотя любому другому всадила бы стрелу с осиновым наконечником в спину за сотню шагов, не подпуская эту мразь ближе, и не возьму его клыки на трофей, а позволю рассыпаться в прах вместе со всем остальным телом. Вот и вся благодарность, которой может от меня дождаться вампир.

Сигурни замолчала, тяжело дыша. Сергаал тоже молчал. Он был поражен словами девушки – Хранитель не ожидал от этого почти что ребенка такой веры, такой убежденности и таких рассуждений.

И он не мог не согласиться с тем, что то, что вампиры делали с людьми, было гораздо страшнее геноцида. И в то же время – чувствовал, что что-то здесь нечисто. Слишком уж расходился рассказ Сигурни о том, что творится в герцогстве Некрополь с тем, что говорил Вивьенн – а Волчонок ему почему-то верил.

Хотя вампир, по большому счету, ничего и не говорил. Дело было в его поступке. Вивьенн рисковал собственной жизнью, чтобы спасти их с Сигурни. И даже если он это сделал лишь для того, чтобы вернуть Сергаалу долг, это все равно не вязалось с тем, что о некропольских вампирах рассказывала Хранителю Сигурни.

– Времени уже много, – тихо проговорил Волчонок. – Надо поспать, а утром отправляться в Элерту. Кстати, хотел спросить… Почему названия городов так похожи?

– Потому что им дали имена близнецов, основавших их. Двойняшек часто называют похожими по звучанию или по смыслу именами, – ответила Сигурни, заворачиваясь в плед и устраиваясь поудобнее. – Как раз с основанием Глерта и Элерты началась война между вампирами и людьми. До того момента кровососы еще придерживались каких-то приличий, хотя уже тогда фактически сделали людей рабами, просто все еще называли это красивыми словами, вроде как «взаимовыгодное сосуществование» и так далее. Глерт и Элерта, брат и сестра, сумели поднять некоторое количество людей, которых не только не устраивала ситуация, но и готовых бороться за свободу. Тогда основали сперва Элерту, а потом и Глерт – два свободных города людей, куда вампирам вход был закрыт, как в города вампиров был закрыт вход свободным людям. Когда кровососы узнали об этих городах, они были в ярости. Вампиры перебили большую часть свободных людей, выжившие же бежали в свободные города.

Вначале один, а потом и второй город превратили в настоящие крепости. Люди, если бы постарались, могли бы взять один из этих городов. Вампиры – нет. Оба города построены так, чтобы держать оборону именно против вампиров. Защитная магия тоже настроена против вампиров – против людей там нет ничего. На этом настояли еще основатели свободных городов – так они хотели дать людям понять, что они не должны быть врагами, потому что враг у людей один, и это – вампиры. Ведь кровососам удалось в свое время так легко подмять людей именно из-за того, что люди были вымотаны постоянными склоками и войнами между собой…

Ладно, и в самом деле – надо поспать. Ты тоже ложись, пусть твоя магия посторожит. – Сигурни закрыла глаза. Через несколько минут ее дыхание стало ровным, глубоким, а ресницы перестали подрагивать.

Сергаал думал, что и сам вскоре уснет, но сон не шел.

Что-то здесь не сходилось… Что-то где-то было не так. Слишком отличался Вивьенн от вампиров Некрополя.

Заснул Волчонок только под утро.

Встали они в результате поздно и отправились в путь только через час после полудня. Идти по пронизанному солнечными лучами лесу было на удивление легко и приятно, тяжелый ночной разговор не то чтобы забылся, но подернулся дымкой отстранения, о нем не хотелось думать. Сергаал травил армейские – и не только – байки, переиначивая их под местную действительность. Сигурни в ответ рассказывала смешные и не очень истории из жизни охотников, одновременно открывая перед спутником новые стороны мира, в котором ему предстояло жить…

Вечером остановились на ночлег, и вопреки опасениям Хранителя ночь прошла совершенно спокойно.

Как, впрочем, и двое последующих суток.

– Сегодня остановимся на ночлег пораньше, – сказала Сигурни. – До заката мы к воротам города все равно не успеем, а после – нас нашпигуют стрелами раньше, чем ты успеешь достать Клинок.

– Пусть шпигуют… – Сергаал ухмыльнулся. – Меня стрелами не возьмешь.

– Зато меня возьмешь! – возмутилась девушка.

– Ладно, ладно, пораньше так пораньше. Можно хоть сейчас.

Спасть легли тоже рано. Охотница, уставшая за день, заснула почти мгновенно – только легла, привычно положила голову на плечо Хранителя, прижалась всем телом – и через минуту уже сладко спала, чувствуя себя защищенной.

Сергаал же, наоборот, долго не мог заснуть. Уже завтра он будет в Элерте… в свободном городе людей. Как его примут там? Что он узнает? Удастся ли понять, что здесь происходит на самом деле?

Ночь была ясной. Костер давно догорел, и только луна бросала слабый свет на лица людей. Хранитель всмотрелся в спокойное, безмятежное во сне лицо девушки и улыбнулся.

«Все будет хорошо, – подумал он. – Я все узнаю, и все будет хорошо. Жизнь только начинается».

Волчонок вновь улыбнулся и неожиданно для себя быстро коснулся губами щеки Сигурни. Охотница, не просыпаясь, неслышно что-то пробормотала и прижалась к нему крепче.

Последней мыслью Сергаала перед тем, как он заснул, было: «Кажется, мне все-таки повезло… Теперь у меня есть Сила, и я смогу сберечь тебя от своего проклятия, маленькая моя…»