Академия королевских чародеев - Елена Помазуева

Надо вокруг него ветродуй поставить, что он зря воздух перегоняет? А так дело будет.

— Господин ди Тифрин останавливался у нас, пока искал себе постоянное жилье. Он снял особняк на длительный срок… — мужчина завозился. То ли он искал адрес, то ли чувствовал себя неудобно, что рассказывает о своем постояльце сведения, сообщенные в личном разговоре. Сейчас для меня это было не важно, — улица Третья южная, дом семнадцать.

Я радостно выдохнула и выпрямилась. Теперь знала, где искать моего «мужа». Быстрым шагом взбежала в номер и первым делом кинулась к своему списку. Такого адреса там не было. И не могло быть! Потому что мужчина только что снял особняк. Да, Рея, пора тебе хоть иногда пользоваться головой, а не магией. Сколько еще мужчин купили такие сапоги и забрали сразу же покупку с собой? Теперь что будешь по всей стране разъезжать и искать их? А куратора возить с собой? От такой компании я бы не отказалась и впредь, но развод прежде всего.

Начались суматошные сборы. Откладывать визит в долгий ящик не собиралась, а потому суматошно бегала по просторному номеру и пыталась сообразить, что мне может понадобиться.

— Рея, ты можешь толком объяснить, что случилось? — остановил меня в очередном суматошном забеге по номеру куратор.

— Люк, мне нужно срочно идти, — отозвалась ему и помчалась на выход.

— Пальто надень! — донеслось мне вдогонку.

— А, ну, да, — вернулась в комнату.

Потом стала искать пальто в том бедламе, что я только что устроила. Моя одежда упорно не находилась, причем категорически. Уже начала подозревать куратора в похищении пальто, когда споткнулось о него и почти упала, если бы Шортан не придержал меня.

— Я иду с тобой! — решительно произнес куратор.

— Что ты! Я сама справлюсь! — в тот же миг заверила его.

— Знаю, чем обычно заканчиваются твои «Я нечаянно», а потому справляться будем вместе! — произнес Люк и, подхватив под руку меня, направился на выход из номера.

И как я теперь ему объяснять, что тороплюсь навстречу собственного мужа?

Вечер в Астрее, как и по всей стране, уже наступил, зимой всегда быстро темнеет. Куратор уверенно шел по улицам и я даже обрадовалась. Ведь самой пришлось бы искать третью южную улицу, а так у меня есть личный проводник, и пока неудобных вопросов не задает, что меня вполне устраивало.

Прохожих было еще много. Кто-то спешил домой, а кто-то наоборот после ужина решил прогуляться по хорошей погоде. В общем, мы искусно лавировали между людьми, каретами и верховыми путниками. Идти нам было достаточно далеко, практически полгорода. Гостиница находилась в западной части, а теперь мы направлялись на юг, о чем говорил адрес особняка.

В голове кружились мысли о происхождении моего «мужа» и глупые мысли о том, буду ли я считаться аристократкой, если разведусь? И даже немного представила себя законной женой, если мы не будем разводиться. Но как только представила перспективы такого брака, так сразу тряхнула головой и выкинула все ненужное из головы. Только развод!

Не нужен мне неизвестный муж, пусть даже и аристократичных кровей, и тем более не нужна такая жизнь, когда даже поцеловаться нельзя. Вспомнился Дарис и наш так и не получившийся поцелуй в классе, даже вздохнула. Такой шанс был, а я, как всегда, осталась без возможности реализовать свою мечту.

Про Люка вообще молчу. Странные запутанные отношения с ним, где смешалось буквально все — от его признания в любви, до моего страха перед ним, наши поцелуи случайные и такие обжигающие.

Громкое «БАМ» вывело из задумчивости мгновенно. Пока рассуждала о кураторе, не вписалась в узкий проход между людьми, но зато точно взрезалась в столб от магического светильника.

— Ох! — произнесла я и потрясла головой.

Второй раз за последние сутки страдает мой лоб, искры из глаз уже летели, спасибо был вокруг снег и ничего не загорелось.

— Ой, бедненькая! — подлетела ко мне приятного вида женщина, — Как же ты так?

От нее приятно пахло сдобой и выпечкой. Подняла глаза и прочитала: «Кондитерская». Сама женщина была опрятного вида, белый капор с длинными, спускающимися ниже плеч широкие ленточки. Она вообще мне представилась как посланница Хранимой Дестиэль. Столько доброты и сочувствия было в ее голосе.

— Мы торопились…, - начал говорить Люк.

— А фонарь не заметила, — закончила его фразу.

— Ой, шишка, какая сразу выросла, — сочувственно произнесла женщина.

Мы с Люком промолчали о том, что шишка была еще вчера, а я сегодня лишь добавила в нее ударности.

— Ничего, — старалась успокоить меня женщина, — до свадьбы заживет!

Она переводила взгляд с куратора на меня, явно намекая на нас.

— Мне бы пораньше. Завтра у нас бал будет во дворце, — простонала я, прекрасно понимая, что таким украшением на лбу буду достопримечательностью.

— Да-а-а. Угораздило же тебя, деточка, — задумчиво протянула женщина, — Но я твоему горю помогу. Есть у меня одна мазь, как раз от синяков и шишек, только вонючая слишком. У меня трое мальчишек, ни дня без драк не проходит, так что все время ей пользуюсь.

— Давайте! — мне было все равно.

Пусть хоть чем пахнет, лишь бы помогло, и я могла в нормальном виде на балу показаться, или хотя бы просто на людях. Посланница Хранимой Дестиэль легко вспорхнула в дверь кондитерской и через некоторое время выбежала оттуда с большой банкой в руках. Видимо, детки у женщины часто дерутся. Таким количеством, как мне показалось, можно было роту солдат после сражения вылечить, но вслух своих сомнений высказывать не стала, с благодарностью принимая помощь.

Женщина присела ко мне и сама, не жалея мази, стала намазывать. Причем делала очень ловко, аккуратно и почти безболезненно. Сразу было видно — опят у женщины имеется. Скосив глаза в сторону, видела трех мальчишек разных возрастов в витрине кондитерской, которые с любопытством смотрели на нас, при этом старательно отпихивая друг друга. Так что слова о том, что дети у нее часто дерутся, не вызывали сомнений.

— Действительно, вонючее, — чихнул Люк.

Точно! У него же обостренный нюх, а мне такую смердячку на лоб мажут. Ну, ничего, на улице не такой сильный запах, а к утру развеется… Я на это очень надеюсь.

— Вот собственно и все, — радостно произнесла добрая женщина, — Через сутки от синяка и следа не останется.

— Если только еще раз лбом куда-нибудь не попаду, — озадачено произнесла вслух.

— Ну, вы уж постарайтесь! — хохотнула женщина, — А если что, так приходите за мазью. У меня ее еще много!

Она покачала в руке увесистой посудиной. За ее спиной в витрине что-то со звоном упало и с дребежащим звуком посыпалось. Кажется, запасы мази скоро уменьшаться.

— Мне пора! — воскликнула добрая женщина и побежала к себе в кондитерскую.