Академия королевских чародеев - Елена Помазуева

Когда я увидел, как вы сидите за партой, а он пытается тебя поцеловать, все мои мысли, все мои планы держаться от тебя подальше, чтобы не портить жизнь нам обоим, улетучились в один момент. Тогда в кабинете Элана я сказал, что ты моя невеста. Да, я не спрашивал твоего согласия, но знал точно только одно — тебя надо спасать от Типара и его шантажа. Это очень не порядочный человек, хотя у него много магии.

Прости! Конечно, я должен был сначала спросить тебя, только потом говорить о женитьбе.

— У тебя уже есть невеста, — чуть хрипловатым голосом напомнила ему.

— Да, — выдохнул Люк почти в отчаянии, — Есть. Рея, пойми я тоже хочу нормальную семейную жизнь, но ты человек, а я нестабильный полуоборотень. Единственное на ком могу жениться, это стабильный оборотень. Элан долго искал и договаривался, многие кланы отказывались от меня, хотя понимали, что новая кровь привнесенная даст здоровое потомство и новый виток в развитии.

Рея, я все забыл, обо всех планах, едва назвал тебя своей невестой. Как только представил, что могу обнять тебя поцеловать, прижать к себе, — кажется, он зарычал.

Может быть, это волк сейчас рассказывал о своих чувствах? Не знаю, но мне было приятно, что вызываю такую бурю чувств у мужчины. Пусть он прав и мы не пара, никогда не будем вместе, но как же приятны были его поцелуи, как же здорово чувствовать, что сейчас он прижимает меня к себе, а не Раиту оборотниху, и признается в совей любви именно мне, не ей.

— Люк, — выдохнула, но меня вновь перебили.

— Рея, прости. Я знаю, что ты имеешь полное право сердиться на меня за все! За поцелуй в твоем доме, за то, что нас приняли за молодоженов, за то, что оказался раздетым перед тобой из-за оборота, за сегодняшнюю ночь, — Он перевел дыхание, — Не удержался. Вчерашний поцелуй, твоя магия. Я дал себе слово, что никогда больше не нарушу твой покой, но не смог удержаться и обернулся. Это было такое счастье прижимать тебя всю ночь, слушать твое дыхание, биение сердца, ощущать, как ты доверчиво прижимаешься ко мне, обнимать тебя, целовать твои волосы и вдыхать аромат. Это оказалось выше моих сил, волк меня понял и я обернулся.

Мы немного помолчали, я не знала, что сказать. Его слова были откровенными, он открывал свою душу, раскрывал чувства передо мной, а я… не могла ему ничем ответить, кроме того, что мне нужно найти неизвестного мужа, чтобы развестись. И, если честно, то мне очень нравилось целоваться и быть рядом с Люком. По какой-то необъяснимой причине, чувствовала себя рядом с ним очень защищенной, спокойной… и желанной.

В отношениях с Дарисом не было такого. Я смотрела на блондином и сердце заходилось, если мы встречались взглядами. Но такого огромного, парящего чувства, что будто отрывает тебя от земли и хочется парить, лететь куда-то, не было. Только рядом с Люком оно появилось в тот миг, когда перестала его немного бояться, на том постоялом дворе.

— Рея, ты меня слышишь? — вывел из раздумий куратор.

— Да, конечно. Я все слышала, — тихо отозвалась ему.

— Не молчи, — почти в отчаянии сказал мужчина.

— Люк, ты во всем прав, — отозвалась ему.

А что я ему еще скажу? Брось свою невесту, единственную, с которой ты можешь жить нормальной семейной жизнью, потому что мне нравятся твои поцелуи, но все равно не люблю тебя? Как минимум с моей стороны это будет не порядочно лишить мужчину надежды на будущее, в том числе детей. А я со своими всплесками магии, которые в последнее время случаются все чаще, усложняю жизнь не только себе, но и окружающим.

— То есть ты согласна? — переспросил меня Люк.

— Эмм… — глубокомысленно произнесла я.

На что это я должна была согласиться сейчас? Опять все прослушала, едва чуть-чуть отвлеклась.

— Ты права, ты снова права, нам, действительно лучше остаться друзьями, — поник головой Люк, — Только одной Хранимой Дестиэль известно, как это будет трудно для меня. — Последнее он прошептал еле слышно, так, что скорее догадалась, чем услышала.

Он уткнулся мне в волосы и шумно вдохнул, потом неожиданно разжал объятия и отпустил меня. Я услышала шаги за своей спиной и хлопнувшую дверь. Обернулась, в комнате осталась совершенно одна.

Постояв еще некоторое время в раздумье, позвать Люка или идти одной завтракать, медленно направилась к дверям. В тот самый момент, когда положила руку на дверную ручку, услышала, что Люк вышел из ванной. Он был снова чист и прекрасно выглядел. Мне показалось, или он и в самом деле пытается произвести на меня впечатление?

— Не нужно уходить из номера, — подошел ко мне куратор, — Я найду, где остановиться.

— Люк, я позавтракать хотела. Ты вроде бы приглашал, а здесь ничего не знаю, — повернулась к нему и взмахнула ресницами.

И откуда, только это кокетство во мне взялось? Ведь я всегда осуждала такое поведение в студентках, расценивая это как самый низкокачественный прием. Будто невозможно увлечь парней своим умом, разговором. Зачем смотреть вот так вот глупо-невинно на мужчину и при этом стоить из себя то, чем никогда не являешься? Но почему-то именно сейчас мне хотелось вести себя именно так, и я непроизвольно повернулась к мужчине и взмахнула ресницами, уставившись невинным взглядом. Будто я сама не в состоянии найти, где мне позавтракать.

Снова зелень засверкала в карих глазах. Кажется меня сейчас готовы были не просто съесть, а поцеловать. Люк слегка наклонился, но удержался и произнес:

— Конечно, я же обещал, — и что-то такое в его тоне было, будто глубокие вибрации проникли под кожу, заставляя быть с ним на одной волне.

А потом я даже с трудом вспоминала, что было потом. Мы бродили по заснеженному городу, устроились в кафе и что-то ели. Это я помню точно, потому что испачкалась пирожным, и Люк вытирал салфеткой мои щеки. И много-много смеялись. Он что-то рассказывал, и это все было одновременно интересно, поучительно и очень захватывающе. Я часто говорила: «О-ой!» вытягивая первую букву, да такой степени захватывало повествование.

Мужские руки во время прогулки лежали на моей талии и иногда, почти незаметно прижимали к себе. Огонь бушевал все это время во мне, но я старалась сдерживаться и больше не показывать своих чувств. Мы все же были на людях, не хотелось, чтобы кто-то пострадал. А это маленькая тайна, что я иду рядом с мужчиной, который только вот утром признался мне в своей любви, с которым мы проспали всю ночь, а он прижимал меня к себе, потому что не в силах был удержаться, она придавала какое-то особое очарование прогулке. Будто мы два заговорщика, которые знают одну тайну и не хотят говорить никому о ней, добавляло романтизма и остроты этому моменту.

Наши взгляды встречались, губы, которые еще только вечером сливались в поцелуе, улыбались и дыхание у меня замирало. Я не хотела думать о Дарисе или о невесте куратора. Сейчас он был полностью мой. Мой оборотень, мой мужчина, который сказал о своих чувствах, который не выпускал меня из своих рук, и который мне страшно нравился. Даже не знаю, чего в этом было больше привычного страха или все же сильной симпатии.