Человек из прошлого - Максим Резниченко

– Я вижу его.

– Ломать ничего не будем, – и мысленно нарисовал ему маршрут движения. Спустя секунду Страж тронулся с места.

Наше движение сопровождалось лишь шорох змеиной чешуи об асфальт. Меньше, чем за минуту мы достигли въезда на территорию лечебницы – распахнутых ворот и будки охранника. Соня ошиблась – отсюда до больницы было не меньше трех сотен метров, но это даже и лучше.

– Ты видишь кого-нибудь? – поинтересовался я у Стража, когда он втянул через КП свое длинное тело, и мы скрылись за каким-то одноэтажным зданием сразу слева от дороги.

– Я вижу пятерых людей. Это Плетущие – они светятся, – ответил он через несколько секунд. – Трое из них недалеко. Это голубоглазая, глупый друг и тот, кого ты называешь Клаусом. Они не двигаются. Четвертый находится дальше и выше, на дереве. Есть еще один. Он в самом здании, на пятом этаже.

– Ты хочешь сказать, что можешь определить, кто есть кто, видя лишь их светящиеся силуэты? – удивился я.

– Да.

Удивительно!

– Тварей видишь?

– Нет, ни одной.

– Отлично. Спасибо, – поблагодарил я змея, а сам задумался, борясь с искушением попытаться обезвредить Учительницу прямо сейчас. Но что-то меня смутило. – Постой-ка! Ты можешь видеть Плетущих?

– Да, могу. Сначала было очень сложно, как совсем недавно, когда мы пробивались к той, что была с цифрами на лбу, – это он про вчерашние события, связанные с освобождением Алены, – но я смог преодолеть чужие попытки ослепить меня.

– Как интересно, – произнес я задумчиво, но обдумывал уже совсем другое. – Может быть, стоит…

– Друг, – прервал ход моих мыслей Страж. – Я знаю человека, который притаился, чтобы напасть.

– Откуда? – переспросил я.

– Я видел его совсем недавно, когда мы с тобой уничтожали тварей в похожем на это здании. Ты стремился добраться до Плетущей с цифрами на лбу.

И я получил от него четкий, как фотоснимок, мыслеобраз. На нем я увидел себя, замершего на лестничной площадке с автоматом в руках. На ступенях, одна дальше, другая ближе, стоят две одинаковые, как сестры-близнецы, девушки. Ну что же, все подтверждается. Все из того, что я узнал, сбывается.

Боюсь ли я Марину Яковлевну? Скорее, опасаюсь, как сильного и опытного противника. Но страха нет. Есть лишь желание поскорее покончить со всем этим и наконец нормально отдохнуть. Сейчас мы с ней в одинаковых условиях. Или нет? Кто хозяин сна? Соня? Искренне надеюсь на это, но вдруг мне стало ясно, что я ошибся. Она не может быть первой Плетущей, оказавшейся здесь. Нас уже ждали. Марина Яковлевна добралась сюда раньше всех и устроила засаду. Но если она хозяин сна, то ее поступок, как минимум, глуп. К чему все эти сложности с засадой? Не проще ли воспользоваться своей властью и убить противника, то есть меня, используя свои возможности? Выходит, либо она не хозяин сна, либо она не стремится уничтожить меня любой ценой и поэтому использует снайперскую винтовку. Но она убьет меня, если я высунусь… Сложно, все слишком сложно. Я устал. Как бы то ни было, пока я не стану пытаться нейтрализовать ее. Самое главное сейчас – помощь Мише. А с Мариной Яковлевной, признаться, я не знаю, что делать. Рассудок настойчиво твердит: «Убей! Страж видит ее и сможет без особых проблем уничтожить. Все, что нужно, – это попросить его». А сердце терзают сомнения. Вот так…

– Друг! – позвал меня змей, и я уловил замешательство в его мыслях. – Один из трех, Клаус, – моя цель.

– Что значит «твоя цель»?

– Тот, кого я должен уничтожить.

– Ты уже говорил об этом, – напрягся я. – Но дело было в Мертвом городе. Человек, который тебе ее поставил, уже мертв.

– Это так, – прошелестел равнодушно Страж. – Ничто не заставляет меня следовать этому приказу.

– И ты не будешь выполнять его, так?

– Я не буду убивать Клауса, если он не угрожает тебе.

Мне показалось, или я действительно почувствовал сомнение и неуверенность в его мыслях?

– Я могу уничтожить ту Плетущую на дереве прямо сейчас, – сказал вдруг Страж.

Его откровенное предложение снова поставило меня перед сложным выбором, который я, впрочем, уже сделал.

– Ты уверен? Ее ведь не видно отсюда. Она за углом здания.

– Оно и станет ее могилой.

– Нет, – резко ответил я. – Разрушать ничего нельзя. Это место имеет прочную связь с реальностью.

Мне вспомнились слова Сони, той, что будет проклята вечной молодостью, о последствиях разрушения больницы. О том, сколько людей погибнет, если больница будет разрушена.

– Кто этот человек, который спрятался в засаде? – спросил змей.

– Ее зовут Марина Яковлевна. Она обучила меня, Соню, Семена, Клауса и еще двух ребят искусству Плетущих. Она наша Учительница.

– Ты не слабее ее, – неожиданно выдал Страж.

– Я не хочу убивать эту женщину. Мне нужны ответы на вопросы.

– У меня не получится лишить ее силы и заставить говорить, – сожаление в его мыслях. – Твоя Учительница в любой момент может покинуть это место.

– Да, – кивнул я, – пленить во сне такую опытную Плетущего, как Учительница, – невозможно. Воевать с ней я пока не собираюсь. Я должен спасти Мишу, Плетущего на пятом этаже. И если не получится вступить с Учительницей в переговоры, я постараюсь получить ответы на свои вопросы в другой раз и в другом месте.

– Что мы будем делать?

– Боюсь, друг, что вынужден попросить тебя не следовать за мной. Ты слишком заметен, а я должен проникнуть в больницу скрытно, – почувствовал, как сильно огорчился Страж, но он достаточно умен, чтобы понять – я был прав.

– Возьми, Друг! – прошелестел змей и чуть заметно вздрогнул.

Я опустил глаза, наклонился и подобрал с асфальта белую чешуйку размером с ладонь. Она оказалась прохладной и, кажется, ничего не весила. На моих глазах она уменьшилась до размера монеты, а еще через мгновенье в ее центре появилось небольшое отверстие, как раз, чтобы продеть нить. Через минуту в моем ожерелье появился самый необычный из всех табичей. Но я был слишком сосредоточен на решении предстоящей задачи, чтобы удивляться.

– Спасибо, Друг, – поблагодарил я Стража. Прежде чем повесить ожерелье обратно на шею, снял с него табич в виде наконечника стрелы. Вопросительно поглядел на змея.

– Поднеси ближе, – он понял меня правильно.

Я протянул руку и прижал ладонь со своим табичем к его чешуе.

– Все, – прошелестел он. – Я принял твой дар.

Отнял ладонь, но внешне никаких изменений на чешуе Стража видно не было – мой табич будто растворился в ней.

– Ну что же, не будем более задерживаться, – я встал с корточек и направился в обход здания, за которым мы укрылись.