Песнь сирены - Кэт Адамс

— Привет, Грейвз.

В голосе адвоката я не услышала обычной теплоты.

— Привет, Бабба.

Я прошла за барную стойку и открыла холодильник. На полках поблескивали бутылки с разными сортами пива. Имелись упаковки с соком и банки с газировкой. Я остановила свой выбор на коле, откупорила ее и влезла на высокий табурет.

Бабба таращился в телик. Ладно, возьму быка за рога…

— Прости, что так получилось с твоей яхтой. Я вляпалась по уши, но я не ожидала… что еще глубже.

— Посудина ни при чем.

Бабба поднялся и поплелся за новой бутылкой. Пробку он бросил в мусорную корзину… и промахнулся. Превосходно. Он изрядно набрался. А ведь он не пьяница и соблюдает правило золотой середины.

— Сколько лет мы с тобой дружим, Селия?

Он назвал меня по имени. Ничего хорошего это не предвещало.

— Целую вечность.

— Ты бывала на днях рождения у моих ребятишек и помогала мне подбирать подарки для Моны на годовщину свадьбы.

Началось…

— Верно.

— И ты молчала? Ты у нас — принцесса, и у тебя есть собственная гребаная личная охрана?

Я прервала Баббу, чтобы он не разъярился окончательно. Я-то думала, он из-за «Соперницы Моны» надулся. А он решил, что наши отношения основаны на лжи.

— Точно, Бабба. Странно до жути, да? — и я озадаченно покачала головой.

Он раскрыл рот, но я мягко прервала его.

— Бабба, ты запросто болтаешь с моей бабушкой. И именно ты — поверенный моей матери по досрочному освобождению. Ты своими глазами видел дом, где я выросла. Я ничего от тебя не скрывала. До поминок по Вики я и понятия не имела обо всей этой дребедени. Клянусь.

— Но…

— О том, что во мне течет кровь сирен, я узнала только после укуса вампира. Если бы кровосос не попытался превратить меня в себе подобную, мой дар бы не проснулся никогда. А когда Адриана объявила, что я — персона королевских кровей, я ей не особенно поверила. Как-то… по-диснеевски.

От изумления Бабба чуть не захлебнулся пивом.

— Я уже представляю тебя в фильме, который обожает моя Шерри.

Шерри… Дочка Баббы. Вот вам и принцесса с головы до ног. Диадема со стразами и спальня с розовыми тюлевыми занавесками. Она вертела отцом как хотела и постоянно заставляла его смотреть вместе с ней «Дневники принцессы» Гарри Маршалла.

Я захлопала ресницами — для пущего эффекта. Бабба рассмеялся.

Ну, слава богу.

А он принялся что-то гнусаво напевать. Я была готова об заклад побиться: он пытался изобразить главную музыкальную тему фильма.

— Перестань.

И я схватила со стойки первое, что попалось под руку — пакетик с жареными орешками, — и швырнула в Баббу. Он поймал его, хохоча как безумный. Теперь Баббу точно заклинило: он не мог успокоиться пару минут. А я терпеливо ждала и понимала: буря миновала. Не так много у меня друзей, чтобы их терять из-за всяких глупостей.

Бабба проглотил пригоршню орешков и запил солидным глотком пива. Я отхлебнула содовой.

— Я Моне звонил.

Приехали…

— И?.. — небрежно спросила я.

Бабба закашлялся. Я стукнула его по спине.

Из его глаз полились слезы.

— Боже, Грейвз, что ты со мной делаешь…

— Извини, — пробормотала я.

— Я сказал Моне про бесенка. Как ты с ним дралась практически голая и потом плеснула в тварь святой водой.

Он явно мной восхищался. Я покраснела. А куда я могла деться на его треклятой яхте?

— И знаешь, что ответила моя женушка? — сотрясаясь от гомерического хохота, выдавил Бабба.

— Нет.

Стараясь подражать интонациям Моны, Бабба проговорил нараспев:

— Чудесно. Но с какой стати Селия скакала по палубе голышом?