Песнь сирены - Кэт Адамс

Надо купить новое постельное белье для Баббы.

Господи! Кого я обманывала? Я должна подарить ему яхту.

«Соперница Моны» держалась на плаву, однако палуба и кокпит изрешетили пули. Повсюду темнели борозды от когтей демона. Один из взрывов целиком разрушил стену.

Конечно, потасовка случилась из-за Крида. Но Бабба будет винить меня.

Кстати, о сражении… Куда и кому мы должны о нем сообщить? Имел ли остров Безмятежности статус округа? Были ли у него органы правопорядка? А как насчет признания на международном уровне? Если местные власти не пожелают решить вопросы здесь и сейчас, Бабба не сможет потребовать выплаты страховки. А Миллер и его приспешники попросту улизнут.

Вот с такими мыслями я лежала на кровати и мучилась от боли. В моменты боя я думала лишь о том, как спастись от демона, поэтому на мелочи внимания не обращала. Битва произошла в разгар дня, а я не успела намазаться кремом от загара. В общем, после дуэли с Адрианой и свары на яхте я получила ожог второй степени. А от ядовитой слюны бесенка у меня на коже вздулись волдыри. Кроме того, на теле имелась целая россыпь мелких ранок. Давал о себе знать и последний осколок стекла, застрявший в мышце голени — тот, который не извлек Крид. Жалкие таблетки аспирина из аптечки Баббы не сняли мучительный приступ. Я тщетно старалась переключиться на что-нибудь позитивное. Да, несомненно одно: если мне в дальнейшем предстоят стычки с демонами, надо хорошенько подготовиться.

В дверь каюты постучали. Из скромности я прикрылась хлопковой простыней. Хотя я уже вдоволь покрасовалась нагишом перед Кридом, Дальмаром и флотом сирен, прибывшим нам на выручку. Оказавшись на яхте, я в пылу схватки умудрилась потерять бюстгальтер. Крид дал честное слово, что ничего не заметил.

Ну да. А кто подавал мне полотенце?

— Войдите.

Я повернулась на бок и едва не застонала. Ожоги у меня, конечно, заживали, но медленно. Я выпила две банки молочного коктейля, чтобы утолить голод и перестать мечтать о человеческой крови. Теперь моему организму явно требовалось питание — и побольше. Процесс регенерации нужно стимулировать. Но на яхте не было ничего для «недоделка» Селии Грейвз. В общем, горе мне — до тех пор, пока «Соперницу Моны» не отбуксируют в гавань и не найдут что-то такое, что я могла бы попить.

— Как ты? — спросила королева Лопака, заглянув в каюту.

Ее наряд состоял из вылинявших джинсов, белой рубашки с закатанными до локтя рукавами и палубных туфель. Весьма мудро, особенно учитывая количество мусора и щепок, валявшихся тут и там.

— Паршиво, — призналась я.

Наверняка я выглядела, как обитатель низших кругов ада. Когда я зашла в туалет, чтобы принять аспирин, глянув на свое отражение в зеркале, я испугалась. Обгоревшее лицо — это вам не шутки. Хорошо хоть глазные яблоки не спалила.

— Обязательно поблагодарите от меня Рен.

Лопака улыбнулась. У нее на щеках заиграли потрясающе милые ямочки.

— Что ж, Селия… Лучше поздно, чем никогда. Но ты справилась. Ах, бедняжка, — Лопака вздохнула и села на краешек кровати. — Прими мои соболезнования в связи с гибелью…

— Его звали Иван, — произнесла я, понурившись. — Он был телохранителем Дальмара.

Король жутко переживал, хотя старался не выказывать своих чувств. С какого-то момента телохранитель становится членом семьи.

— Погиб на боевом посту, — кивнула Лопака. — А как бы ты разрешила ситуацию?

— Не знаю. Полная фиг…

Я оборвала себя на полуслове. На яхте королева сирен, а я так распустилась.

Лопака задорно расхохоталась.

— Точно, — сказала она, утерев слезы, и на миг задумалась. — Ладно. Я поручу своим людям допросить пленного пирата. И пусть они изучат жалобу короля Дальмара о вмешательстве во внутренние дела Руслундии. У нас очень строгие законы, связанные с подобными политическими махинациями. Если, конечно, то, о чем идет речь, действительно случилось.