Изверги-кровососы - Кристофер Мур

Джоди вспорхнула на табурет и развернула газету, чтобы не встречаться взглядами с пьяницей на соседнем табурете — тот уставился на нее из-под набрякших век. Не сработало.

— Пырстите, я не мог не заметить, что вы садились. Я тоже вот сел. Мир тесен, а?

Джоди кратко глянула на него и улыбнулась. Ошибка.

— Вам взять выпить? — спросил пьяница.

— Спасибо, не пью, — ответила Джоди, размышляя: «Зачем я вообще сюда пришла? Что я рассчитывала совершить?»

— Это из-за моей прически, да?

Джоди посмотрела на парня. Примерно ее ровесник и лысеет — скверная пересадка волос еще не вся вылезла. Похоже, его череп обстреляли из пулемета, заряженного кустиками поросли. Ей стало за него неловко.

— Нет, я действительно не пью.

— А минеральную воду?

— Спасибо. Я ничего не пью.

Из-за ее спины раздался мужской голос:

— Она выпьет вот это.

Джоди обернулась: костно-бледная рука подвинула к ней по стойке стакан с густой исчерна-красной жидкостью. Указательный и средний пальцы на ней казались короче, чем нужно.

— Они еще не отросли, — произнес вампир.

Джоди отпрянула от него так решительно, что чуть не опрокинулась с табурета. Вампир поймал ее за руку и придержал.

— Эй, приятель, — сказал Кустик Волос. — Руки.

Вампир отпустил Джоди, дотянулся и пригвоздил Кустика к табурету, положив руку ему на плечо. Глаза пьяницы расширились. Вампир улыбнулся.

— Она разорвет тебе горло и выпьет твою кровь, пока будешь умирать. Ты этого хочешь?

Кустик рьяно замотал головой.

— Нет, у меня уже есть бывшая жена.

Вампир отпустил его.

— Уходи.

Кустик соскользнул с табурета и убежал в толпу на танцполе. Джоди тоже вскочила и кинулась было за ним. Вампир поймал ее за плечо и развернул к себе.

— Не стоит, — произнес он.

Джоди перехватила его запястье и сдавила. Человеческая рука от такой хватки уже потекла бы кашицей. Вампир лишь ухмылялся. Джоди вперилась ему в глаза.

— Отпусти.

— Сядь, — сказал он.

— Убийца.

Вампир откинул голову и захохотал. На них было посмотрел бармен — эдакий мясистый спортсмен, — но быстро отвел взгляд. Еще один громогласный пьянчуга.

— Я могу тебя завалить, — сказала Джоди, не очень сама в это веря. Хотелось вырваться и убежать.

Не сбавляя улыбки, вампир сказал:

— Интересный газетный репортаж получится, нет? «Бледная пара уничтожает клуб в семейной ссоре». Начнем?

Джоди отпустила его запястье, но взгляд не отвела. Его глаза были сплошь черны, без всякой радужки.

— Чего ты хочешь?

Вампир перестал играть в гляделки и покачал головой.

— Птенчик, я хочу, разумеется, твоего общества. Теперь сядь.

Джоди снова забралась на табурет и посмотрела в стакан перед собой.

— Так-то лучше. Все почти закончилось, знаешь. Я не думал, что ты продержишься так долго, но увы, всему должен настать конец. Игра стала слишком уж публичной. От стада тебе придется отбиться. Они тебя не понимают. Ты уже не принадлежишь к ним. Ты их враг — и сама это знаешь, не так ли? Ты это знала с первой своей жертвы. И даже твой хомячок это знает.

Джоди затрясло.

— Как ты проник к нам в студию и украл книгу?

Вампир снова ухмыльнулся.

— Со временем развиваются кое-какие таланты. Ты еще молода, не поймешь.

Чему-то в Джоди хотелось заехать по этой роже кулаком и сбежать, но другая ее часть требовала ответов на все те вопросы, что носились у нее в голове с той самой ночи, когда она превратилась.

— Почему я? Зачем ты сделал это со мной?

Вампир встал и потрепал ее по плечу.

— Все почти завершилось. Печаль от домашних хомячков в том, что они рано или поздно умирают у тебя на руках. Когда ночь на исходе, остаешься один. Вскоре ты очень хорошо узнаешь это чувство. Пей до дна. — Он повернулся и ушел.

Джоди смотрела ему вслед: что ушел — это облегчение, но она была разочарована. Столько вопросов.

Она взяла стакан, понюхала жидкость, и ее чуть не стошнило.

Бармен хихикнул.

— У меня раньше никто не заказывал чистый двойной гренадин. Вам подать еще что-нибудь?

— Нет, мне надо его догнать.

Она схватила газету, соскочила с табурета и вверх по лестнице выбежала из клуба. Оказалось, если все время опираться на пятки, на высоких каблуках можно бегать. Лишняя галочка в пользу вампирской силы, подумала Джоди.

Она схватила за плечи вышибалу и развернула к себе.

— Видели, только что вышел худой бледный тип?

— Туда. — Вышибала махнул вдоль по Гири на восток. — Пешком.

— Спасибо, — бросила Джоди через плечо, выскакивая на тротуар. Побежит, как только отойдет от клуба чуть дальше. Она промахнула целый квартал, после чего сообразила снять туфли и дальше нести их в руках. На улице никого не было и стояла тишина — лишь жужжали провода и мягко шлепали по тротуару ее собственные ноги.

Джоди пробежала десять кварталов, пока не заметила его — еще кварталом дальше. Он стоял, опираясь на фонарный столб.

Она остановилась, и вампир обернулся.

— Так что же, птенчик, ты намерена делать, когда поймаешь меня? — очень тихо спросил он, зная, что она все равно услышит. — Убьешь? Выдернешь указатель и вгонишь мне в сердце? Оторвешь мне голову от плеч и станешь играть с нею в куклы, покуда тело мое будет биться на мостовой? — Вампир помахал руками, изображая, как тело станет это делать, закатил глаза и усмехнулся.

Джоди ничего не ответила. Она не знала, что станет делать. Это она еще не придумала.

— Нет, — наконец сказала она. — Как мне остановить тебя, чтоб ты не убил Томми?

— Они всегда тебя предают, знаешь. Такова их природа.

— А если я уйду? И не скажу, куда?

— Он знает, что мы существуем. Мы вынуждены прятаться, птенчик. Всегда. Полностью.

Джоди стало до странности спокойно. Может, потому что она услышала это «мы». Может, из-за того, что, не повышая голоса, разговаривала с кем-то за квартал. В чем бы ни была причина, Джоди не боялась — по крайней мере за себя. Она сказала:

— Если нам надо прятаться, зачем же тогда убивать?

Вампир снова рассмеялся.

— Тебе когда-нибудь кошка приносила убитую птичку?

— Зачем?

— Подарки, птенчик. Теперь, если ты намеревалась меня прикончить, сделай одолжение. Если же нет, ступай играть со своим хомячком, покуда еще можешь.