Преданья старины глубокой - Александр Рудазов

- Ты уверен?

- Уверен ли я?! Уверен ли?!! Да как вообще в этом могут возникнуть сомнения?!! Ведь это НАШИ горы - они помогут нам!!!

Царица Божми успокаивающе гладила разбушевавшегося мужа по запястью. Выше просто не дотягивалась - рядом с этой мохнатой горой прекрасная колдунья-каджи смотрелась едва ли не карлицей. Бегела выпустил пар из ноздрей, угрюмо взрыкнул последний раз и вновь плюхнулся на свое место, обняв жену гигантской лапищей и злобно глядя на Кащея. На лице Божми играла ехидная усмешка.

- А в самом худшем случае у нас всегда есть Каджети, - ласково сказала она мужу. - Уйдем туда, выждем, передохнем… и со свежими силами вновь обрушимся на людишек. К чему бодаться лбами из-за никчемных пещер?

- И то правда… - расплылся в глупой улыбке Бегела. - До чего же ты все-таки умна, мое солнце…

- Должен же кто-то быть, - прищурилась Божми.

- Горько! - встал со своего места Дэвкажиани, поднимая рог с вином.

- Да свадьба уж давно прошла… - даже сквозь шерсть стало видно, как покраснел царь дэвов.

- А все равно! Горько, дорогой, очень горько! Подсласти!

- Горь-ко!!! Горь-ко!!! ГОРЬ-КО!!!!! - начали скандировать огромные дэвы и мелкие каджи.

- Гости требуют, - поднялась Божми.

- Воля гостей - воля богов, - глупо улыбнулся Бегела.

Он легко подхватил супругу за талию одной ручищей и поднял на весу. Коралловые губки царицы каджи и громадные губищи царя дэвов соприкоснулись в страстном поцелуе. Их подданные радостно загомонили, над столом сталкивались рога с вином, прекрасный нектар выплескивался через края и лился в ненасытные глотки.

- Тост! Тост! - снова заревел Дэвкажиани, обливая вином соседей. - За счастливую пару! За молодых! Бегела! Друг! Брат! Счастья тебе! Вечного счастья! Я поднимаю этот рог за удачу! За то, чтобы в вашем девлох всегда играла музыка! За то, чтобы столы всегда ломились от изобилия, а кровати - от любви! За любовь! За любовь, способную творить чудеса!

- Ла-ла-ла-ла, ла-ли-лай! Ла-ла-ла-ла, ла-ли-лай! - распевал Каждэв правым ртом, заливая вино в левый. - Ла-ла-ла-ла, ла-ли-лай! А-а-а-а, ла-ла-ла! Вай, вай, ла-ла-лай!

Кащей смотрел на все это со скукой. Он убедился окончательно - на дэвов рассчитывать нечего. Скорее всего, они некоторое время будут биться со здешними горцами, а потом действительно просто уйдут в Каджети. Этот народ никогда не был способен к продолжительной войне - они быстро загораются и так же быстро потухают. Работать не любят и не умеют. Да и в желаниях неприхотливы - живут в пещерах, спят на голых камнях. Если у дэва вдоволь мяса и вина - он совершенно счастлив, и больше ему ничего не нужно. Заурчит в брюхе - пойдет на охоту, добудет кого-нибудь, сожрет… и снова всем доволен!

Другое дело каджи - вот это народ умелый, работящий. На все руки мастера. И пастухи из них отменные, и плотники, и портные. Вот, взять хоть платье на дэвах. Все до последней нитки сшито каджи - сами-то дэвы отродясь иголок в руках не держали. Конечно, одежда этим мохначам не особо-то и нужна - и без того не холодно, своей шерсти вдоволь. Но набедренные повязки они все же носят. А еще налокотники, наколенники и матерчатые браслеты. Обычай такой.

- Что ж, вы сами избрали свою судьбу, - встал из-за стола Кащей. - И не мне отговаривать вас. Но вспомните, как безжалостно истреблял ваш народ царь Музарби. Вспомните - кое-кто из вас достаточно стар, чтобы помнить те времена.

- Да-а-а-а… я помню… - еле слышно прошамкала дряхлая мать Бегелы. - Это было… больно… Погребальные костры… возле каждого девлох погребальные костры… Нас тогда истребили почти всех… мы до сих пор не оправились… Я была тогда совсем маленькой девочкой… но я еще помню… Я рада, что Музарби давно умер…

- А царица Тамар еще сильнее своего древнего предка, - сухо закончил Кащей. - И когда она выгонит вас из этих гор, не приходите ко мне жаловаться. Я не стану вам помогать.

Дэвы молча уставились на гостя злющими глазами. Им уже не хотелось провозглашать тосты в честь дорогого гостя. В полной тишине старик в железной короне прошествовал к выходу из девлох… а потом ему вслед раздался окрик Бегелы:

- Подожди, батоно Кащей!

Кащей остановился. Бегела смотрел на него очень недобро, а Божми что-то нашептывала в вислое ухо.

- Ты кое-что позабыл, - усмехнулся царь дэвов.

- И что же?

- Погостил ты в моем девлох, посидел за моим столом. Погости же теперь и в моей темнице, посиди в моих цепях, - хохотнул Бегела. - Взять его!!!

Кащей резко метнулся в сторону - в костлявой руке выросло мертвенно-черное лезвие Аспид-Змея. Но уже в следующий миг клинок вырвало чем-то вроде нахлынувшего золотого ливня. Это прекрасные волосы царицы Божми ожили, удлинились и выхватили страшное оружие Кащея. Ведьма-каджи торжествующе усмехнулась, глядя на клинок, извивающийся в тенетах ее локонов, и перебросила добычу мужу - когтистые ручищи царя дэвов сдавили меч подобно тискам, не давая высвободиться.

Одновременно с этим на дорогого гостя бросились кунаки Бегелы. Кащей подпрыгнул, в воздухе с бешеной скоростью замелькали тонкие пальцы - два самых расторопных дэва пали замертво с глубокими ранами в груди. Им просто вырвали сердца.

Но уже в следующий миг рогатые великаны буквально погребли противника под тяжеленными тушами - на руках и ногах повисли по два-три чудовища. Каждый из них весил пудов этак по сто - чересчур даже для нечеловеческой силы Кащея.

Однако куча великанов все равно задрожала, словно земля, из-под которой лезет крот. Трое дэвов разлетелись в стороны - их отшвырнули прочь ударами немыслимой мощи.

Бегела вскочил со своего места, хватаясь за огромную дубину.

- Нет… - тревожно прошептал он. - Не может быть… Даже он не сможет…

- Да кончайте же с ним, не тяните!!! - зазвенел яростный голос Божми.

Дэвы резко подались в стороны, на мгновение приоткрывая костлявую фигуру. Командный рев Бегелы, и вот рогатые великаны слаженно ухватывают Кащея за руки и ноги. Одного он отшвыривает прочь легким движением запястья, но его место тут же занимает другой. Рывок… другой… и тощего старика просто разрывают на части. Во все стороны брызжет ядовитая черная кровь, оставляя глубокие язвы на телах и лицах дэвов.

Взметнулось облако пыли и дыма - Кащей стремительно возрождался, вновь собираясь воедино. Но с трех сторон хлынули потоки огня - то Дэвкажиани с братьями исторгли струи пламени, обращая Кащея в пепел. Опавшая зола немедленно зашевелилась, поднимаясь в некоем подобии человеческой фигуры… начали проступать контуры лица… снежной метелью заклубилась седая борода… блеснули равнодушные змеиные глаза… но тут вперед выступил Каждэв. Двухголовый великан поднял руку, торжествующе захохотал и с размаху ударил уже наполовину восстановившегося противника по лицу.

Указательный палец дэва странным образом засветился… и Кащей обмяк, падая бездыханным.