Вечный лед - Джефф Грабб

– Гарриссон к нам не присоединяется, – сказала Густа. Она слегка наклонилась вперед и добавила заговорщическим шепотом, слышным, по меньшей мере, в двадцати футах. – Он огорчен тем, что Дариен не назначил его генералом всех армий, каким был старый Джаркельд. Он думает, что покойная королева поступила бы именно так, и поэтому после ее смерти активно боролся за это место. Новый король следует традициям своей матери и обещал «обдумать» вопрос. Это привело Аврама в бешенство. «Обдумывание» в здешних краях является прекрасным синонимом для «пожалуйста, уйдите и не тревожьте меня».

Король мудрее, чем кажется, подумал Джодах, но вслух произнес: – А капитан Варчильд?

Под своими тяжелыми церемониальными одеждами Густа изобразила пожатие плечами. – Многие лидеры орденов скорее предпочтут проводить время со своими солдатами. У них много дел, и в последнее время … появились проблемы.

Густа лучезарно усмехнулась, отчетливо довольная тем, что какая-то другая ветвь общественного строя страдает от разделения на группы и распада. Однако, чтобы скрыть восторг, она указала на нескольких воздушных рыцарей вместе с одним или двумя младшими лейтенантами из разных орденов. Никто из них не был ближе пятидесяти футов к королю, и лишь двое подошли за «милостями».

Джодах позволил разговору перейти на более бессмысленные предметы – разрезание и маринование мяса, холодные зимы и прибывающее с юга зерно. Возник вопрос о разделении собственно кьелдорских магов на группы, и Густа отмела все разговоры о том, что у механиков есть проблемы с группой магов стихий, а последователи харизматичного Зура, после разрыва с их орденом бежавшие в дикие земли, были ничем иным, кроме как досадными, назойливыми людьми.

– Представьте себе, – сказала она, – что Зур увел всех этих людей в дикие земли, пообещав им, что магия сможет сделать так, что они будут жить вечно. Представьте их удивление, когда выяснилось, что он ошибался.

– Да, – сухо сказал Джодах, – представляю.

Густа немедленно прицепилась и спросила: – Принимая во внимание ваше известное долголетие, – спокойно спросила она, – я удивлена тем, что вы никогда с ним не пересекались.

– Мы разговаривали, – сказал Джодах, в свою очередь равнодушно пожимая плечами, – Я нашел его доводы … слабо убедительными.

Густа кивнула, а когда сообразила, что продолжения не последует, перевела разговор на новости с запада. Джодах, в свою очередь, чтобы закончить разговор, отвечал ей откровенно, но не раскрывая никаких секретов школы. Все это время он смотрел на непересыхающий и беспрепятственный поток просителей к королевскому уху.

Наконец унесли последние блюда, и скрытые где-то на верхнем этаже музыканты начали неестественное исполнение любовной баллады трехсотлетней давности. Джодах скорчил гримасу и от несогласованности как по ритму, так и по мелодии.

Он повернулся к Густе и сказал: – Возможно, мне следует пораньше лечь спать.

– Позвольте мне вас проводить, – весело сказала она, жестом приказывая паре королевских стражников отделиться от стены. – Может быть, вы захотите перед уходом проверить свою помощницу.

Джодах даже глазом не моргнул. – Я намеревался поговорить об этом деле с королем, но вижу, что он сильно занят. Кроме того, одна или две ночи в камере могут научить мою помощницу некоторым хорошим манерам для общения с более могущественными магами.

На лице Густы засияла возбужденная улыбка, и Джодах улыбнулся в ответ.

– Боюсь, что его величество только начал, – объяснила Густа. – Отсюда он удалится в тронный зал, где еще больше просителей, без сомнения, будут докучать ему до раннего утра.

Джодах печально покачал головой, и Густа добавила: – Если вы не слишком устали, то я бы хотела, чтобы вы встретились с одним нашим изобретателем-механиком, который работает при дворе.

Джодах кивнул и жестом предложил Густе пройти вперед. Они покинули пир в сопровождении двух стражников, служивших Джодаху охраной и следивших за ним. Бок о бок с ним, королевский маг в тяжелых церемониальных одеждах выглядела как огромный корабль, плывший по лестницам и внутренним дворам в сторону Королевской Академии.

Внутри Академии оказалось еще больше лестниц и коридоров. Джодах мысленно вычислил свое местонахождение внутри комплекса и позволил, чтобы между ним и королевским магом воцарилось молчание. Джодаху казалось, что женщина все время про себя повторяет какую-то речь. Он дал ей время.

В конце концов, спустившись до середины лестницы, Королевский Маг Густа Эббасдоттир повернулась к нему и сказала: – О вашем зеркале.

– Зеркале? – переспросил Джодах, стараясь казаться максимально озадаченным.

– О предмете в моих апартаментах, который ваша соотечественница … унесла, – сказала Густа. Джодаху казалось, что она готова проглотить свой язык. – Я хочу, чтобы вы знали, я сожалею о том, что взяла его на хранение.

– А я сожалею о том, что потерял его, – невозмутимо произнес архимаг. – Но что сделано, то сделано, и преимущество сожалений состоит в том, чтобы использовать их для избежания повторений.

– Я освобожу вашу помощницу, – сказала Густа.

Она собирается раскрыть секрет, подумал Джодах, и собирается просить об услуге.

– Утром, – тихо сказал он. – А сейчас давайте встретимся с вашим изобретателем.

Механик встретил их у дверей. Это был тщедушный, опрятный человек, его преждевременно поседевшие волосы отступили на висках, открыв выпуклый, костистый лоб. Его блестящие глаза все время метались по сторонам, стремясь охватить все. Он был одет в тяжелую, плотно облегавшую тело, мантию красноватого цвета.

– Аркум, – низко поклонился он, когда его представили, – Аркум Даггсон из солдевских механиков.

– Аркум принес из Солдева большое количество устройств, над которыми работает его орден, – объяснила Густа. – Некоторые, кажется, обладают большим потенциалом, у других он меньше.

Джодах рассеянно кивнул. Различные изобретатели, которых он встречал за всю свою жизнь, делились на две категории – землекопы и ремесленники. Он задумался, к какой из них относится этот Аркум.

– Вот один из больших предметов, на которые мне бы хотелось, чтобы вы взглянули, – сказала Густа. Пока она говорила, солдевский механик предложил им войти.

Машина высотой в два этажа была слишком велика для обычной комнаты, поэтому чтобы ее уместить, был срыт пол. Агрегат представлял собой путаницу из частей и деталей, соединенную кружащейся кучей зубчатых колес, шестеренок и шкивов. Пока Джодах и Густа подходили поближе, Аркум уже включил выключатели и рычаги. Откуда-то из глубины раздался тявкающий звук чего-то поджигаемого, и