Египетская сила - Андрей Белянин

– Жутковато…

– Да, и мне это нравится! – загорелся Лис, сверкая очами.

– Кстати, симулируется на раз, даже я смогла бы. – Маленькая Кристи сделала страшное лицо, свела глаза к переносице, скрючила пальцы, вывалила язык набок и прохрипела: – Я жутко-о больная-а лиса-а, бойтесь меня, всех покусаю-у и съем, ам-ням-ням!

– Месье, позвольте напомнить, бешеных животных пристреливают, а не лечат.

– Только в том случае, если они не джентльмены, – уверенно парировал мой учитель. – Друзья мои, вам придётся не только мне подыграть, но и переиграть! Моя цель – больница «Чаринг-Кросс», а не кладбище домашних животных.

Я хотел напомнить всем, что в наше просвещённое время бешенство отнюдь не считается психическим заболеванием. Ещё в тысяча восемьсот восемьдесят пятом году великий художник Луи Пастер, оставивший кисть и краски, дабы посвятить свою жизнь науке, получил вакцину против бешенства. Она была успешно использована на людях. Нельзя откатывать медицинские достижения назад. Но кому тут нужно моё мнение? Оно было скучным и неинтересным…

В отличие от меня и сам месье Ренар, и всё, что он ни затеял бы, принималось на ура, Лис умел увлечь окружающих.

Наверное, поэтому все переглянулись и дружно кивнули.

После распределения ролей и тщательного обсуждения образа каждого действующего лица мы в произвольной форме обсуждали текст, пару раз отрепетировали, а потом мой наставник дал отмашку третьему звонку. Как говорится, начался «театр рыжего демона»!

И должен признать, мы тоже сделали всё, чтобы этот разовый спектакль прошёл под аплодисменты со стороны полностью погрузившегося в тему зрительного зала. Начал же представление ваш покорный слуга…

– Констебль! – Я выбежал из дома, свернул налево и схватил за рукав первого же полисмена у Тауэрского моста. – Умоляю, помогите!

– Что случилось, мальчик?

– Моему учителю, месье Ренару из Скотленд-Ярда, нужна помощь. Его укусила дикая лиса! Счёт идёт на минуты, если не на секунды! Вы ведь знаете, что такое лисье бешенство?

– Нет, не знаю…

– Господь хранит вас и вашу психику. Но месье Ренару срочно нужен врач, свистите уже! Спасите Лондон и королеву! А я немножечко впаду в па-ни-ку-у…

Полисмен опомнился и нервно поднёс свисток к губам. Прозвучала тревожная трель, а минут через пять четверо констеблей в кебе летели к нашему дому. Мне можно было не спешить, дальше свои роли должны были отыграть лысый дворецкий и его неугомонная племянница.

Должен признать, они справились со своей задачей на высочайшем уровне шекспировского театра «Глобус». В отличие от моей скромной персоны, этим двоим удалось завладеть вниманием сразу половины квартала. Как они старались, как орали…

Когда я пробился через небольшую плотную толпу зевак, связанного простынями Лиса как раз выводили из дома. Он хрипел, клацал зубами, плевался, фыркал и выл, запрокидывая голову.

– Какой ужас, какой ужас! – в тон ему вторила маленькая актриса из Лиона, заламывая руки. – Он же выздоровеет, правда? Сейчас врачи лечат все болезни, даже сумасшествие. Не делайте ему больно, констебли, он же всё-таки джентльмен!

– Сообщите инспектору… Хаггерту. – В дверях показался шатающийся дворецкий, «окровавленный» с ног до головы. – Он должен знать, что я… я ни в чём не виню своего хозяина. Месье Ренье, он – жертва обстоятельств…

– Будьте с ним ласковы! – кричала маленькая Кристи вслед отъезжающему кебу.

Судя по грохоту, ругани и воплям, там, внутри, шла нешуточная борьба, на повороте один полисмен даже вылетел через дверцу, кубарем катясь по мосту.

Правда, потом он бегом нагнал кеб и, ругаясь с гнедым возницей, на ходу запрыгнул внутрь. Отчаянной храбрости мужчина, уважаю таких. Настоящий англичанин – мозга нет, но чувство долга компенсирует всё!

– Как прошло? – тихо спросил я, поднимаясь на крыльцо к Кристи.

– Как по маслу, – задумчиво протянула она, в её детском голосе почему-то звучала горечь.

– Месье оставил указания, вот.

Резко ставший немногословным дворецкий протянул мне лист бумаги, исписанный кошмарным почерком моего наставника. Оно было очень коротким, но весьма информативным: «Завтра же вечером вытащи из психушки меня и мистера Уорена, используй голову и электричество. Я в тебя верю, мой мальчик!»

– Он издевается?! – в сердцах спросил я Вселенную.

– Он верит в тебя! – ответила Вселенная голосом старого дворецкого.

Скосив глаза в сторону его племянницы, я отметил, что она, сложив руки перед грудью, читает молитву. На тот момент мне даже не стукнуло в голову зачем.

– Святая Мария Магдалина, дай мне сил помочь этому храброму мальчику! Дай мне терпения не сорваться на него, ибо все мальчики глупы! И дай мне терпения не сделать всё собственноручно, потому что иногда мальчикам тоже надо взрослеть…

– Ты собираешься идти со мной? – наверное, минут через пять или шесть испуганно предположил я. – Не, не, не!!!

– Это не обсуждается, – обрезал дворецкий, закрывая двери. – Месье пошёл на большой риск, из чаринг-кросской лечебницы выходят лишь лоботомированным овощем, но уже никак не человеком.

– И времени только до завтрашней ночи, – напомнила его племянница.

Я почувствовал, что меня взяли в заложники обстоятельств. Общеизвестно, что ни один шпион на свете не может проникнуть в психушку, вытащить оттуда двух пациентов и сбежать. Это нечто из серии «миссия невыполнима». Но Лис верил в меня, значит…

– Шарль, будьте добры, достаньте мне план больницы «Чаринг-Кросс». Желательно с прилегающими к зданию территориями, – быстро приказал я, в моём голосе неожиданно для самого меня прорезались командные нотки. – Кристи, я могу поручить тебе отчёт о внешнем периметре, входах-выходах, охране, фонарях, высоте ограды плюс обо всём, что не указано на рабочих чертежах здания?

Они оба молча кивнули.

Я почувствовал себя полководцем, и пусть у меня была самая маленькая армия на свете, всего-то два человека, но, похоже, каждый из этих французов стоил десятка обученных гвардейцев самой английской королевы! В чём мне воочию пришлось убедиться уже через час.

Дворецкий Шарль где-то сумел найти старые чертежи и предоставил мне всю информацию о психиатрическом отделении больницы «Чаринг-Кросс», начиная от времени закладки первого кирпича и вплоть до наших дней.

Вернувшись довольно поздно, после восьми часов вечера, в кебе Фрэнсиса, крошка Кристи буквально завалила меня кучей полезных сведений, которые миленькая скромная девочка никак не могла получить законным путём. Однако при наложении ка́лек (чертежа на реальность) я вдруг почувствовал незнакомое доселе щекотное жжение между лопаток. Кажется, у меня потихонечку начинал складываться план.