Камбер Кулдский - Кэтрин Куртц

Дальнейшие расследования показали, что в тот же вечер Рис Турин оседлал коня и уехал из города. Хотя слуги утверждали в один голос, что он поехал в Кэррори на празднование дня святого Киама, у братьев монастыря, где служил Йорам, удалось узнать, что Рис и Йорам уехали оттуда в большой спешке, невзирая на сильный дождь, в направлении монастыря святого Джарлата.

Любопытно.

Кроме того, монахи святого Джарлата рассказали, что в монастырь приехали два человека и настояли на том, чтобы им разрешили просмотреть архивные записи. Заинтересовавшись, они занимались этим всю ночь. Но самое главное во всем этом – заявление Грегори Арденского, аббата святого Джарлата, вспомнившего, что эти двое искали какого-то брата Бенедикта, у которого недавно умер дед. Писцы Коля тут же составили список всех Бенедиктов Ордена, так что Коль был уже близок к обнаружению пропавшего без вести Никласа Драпировщика.

Коль и Сантейр сидели вместе с двумя клерками, когда прибыл посыльный от архиепископа. Коль распечатал письмо, сидя в очень удобном кресле, положив ноги на подушку. Коль бесстрастно читал письмо.

Тишина нарушалась только потрескиванием огня в камине. Вдруг он подскочил в изумлении.

– Черт возьми! Ты видишь?

Он сунул письмо прямо под нос графа.

– Ты хочешь знать, чем занимались Йорам и Рис Турин? Я могу сказать тебе, что делал Турин. И я клянусь, что этот брат Кирилл – Мак-Рори! Я могу поклясться, что брат Бенедикт и наш Никлас Драпировщик – одно и то же лицо!

Сантейр взял письмо и быстро прочел его. Затем он откинулся в кресле и кивнул.

– Неудивительно, что мы не могли найти Драпировщика: он был в монастыре все эти годы. Они, должно быть, нашли его с помощью архивов святого Джарлата, так же, как мы хотели его искать. И еще…

Граф поднялся и стал расхаживать по комнате, высекая искры из каменного пола подошвами сапог.

Коль смотрел на него ястребиным взглядом, еле сдерживая нетерпение.

– Все это очень странно, – сказал он, завершая очередной круг. – Согласно письму архиепископа, они ездили в святой Фоиллан первый раз месяц назад, но тогда они ничего не сделали, как будто они не были уверены, что этот человек тот, кто им нужен. Напрашивается вопрос: кто же им нужен? Откуда такой интерес к монаху из семьи бедных торговцев?

Один из клерков нерешительно кашлянул:

– Везде ходят упорные слухи о Халдейнах. Уже начали появляться листовки.

– Это все шуточки виллимитов! – рявкнул Коль. – Они хотят сыграть на этом, но этому никто не поверит!

– Но Турин украл портрет Ифора Халдейна, сэр, – заметил второй клерк. – Зачем-то он ему нужен.

– Это – чушь, гадость! – настаивал Коль. – Ни один из Халдейнов не выжил после Переворота, об этом все знают.

– Но если хоть один выжил, то сейчас ему самое время попытаться вернуть трон Гвинедда, – заметил Сантейр и отослал клерков прочь.

Коль выпрямился и со злостью пнул ногой подушку из-под ног.

– Да, ты прав, – согласился он с неохотой. – Но это же не имеет смысла. Кто такой Халдейн для Мак-Рори? Они – дерини, как я и ты. Конечно, у Камбера есть причины не любить короля, особенно после смерти Катана. Но, черт побери, ведь все они – дерини! Он не может серьезно желать свергнуть с трона короля-дерини и посадить на трон человека из прежней династии или хуже того – человека, который утверждает, что он из династии королей Халдейнов! Где доказательства? И где Камбер?

– Я не знаю. – Сантейр пожал плечами. – Мы, конечно, опросили слуг и крестьян в Кэррори…

– И ничего не выяснили. Сантейр, я не могу поверить, что твои искусные инквизиторы не смогли выжать и крохи информации о планах и намерениях Камбера. Если бы я был там…

– Если бы ты был там, то, я не сомневаюсь, добрая половина слуг уже болталась бы на веревках, как те крестьяне, казненные в октябре за то, что они не хотели сказать то, чего не знали, – ехидно сказал Сантейр. – Неужели ты думаешь, что такой могущественный дерини, как Камбер, не может сохранить свои тайны от слуг, если захочет, или сделать так, что от них никто ничего не сможет узнать?

– Но он же где-то есть?

Дальнейший спор был прерван внезапным появлением запыхавшегося слуги в ливрее личного слуги короля. На лице его выразилось явное облегчение, когда он снял шляпу и поклонился:

– Милорды. Его Величество требует, чтобы вы незамедлительно явились к нему. Он…

Юноша сделал паузу, чтобы глотнуть воздуха:

– ..Он в большом гневе, милорды, так что вы лучше не задерживайтесь.

Коль и Сантейр, забыв о своем споре, мгновенно бросились к выходу.

– Глупцы! Идиоты! Сукины сыны! – кричал Имр, когда вошли Коль и Сантейр. – Лгуны! Предатели! Коль, ты знаешь, что они сделали? Ты можешь представить…

– Кто и что сделал, ваша милость? – прервал его Коль, учтиво поклонившись.

– Михайлинцы! Грязные свиньи, двуличные изменники…

– Сир, что они сделали?

Имр взглянул на него дикими глазами и рухнул в кресло.

– Они исчезли, все до единого исчезли, предали меня. Они забрали все свои сокровища, все! Они исчезли!!!

– Исчезли?! – выдохнул Сантейр.

Это воспламенило Имра, и он, вскочив, забегал по комнате, в бешенстве изрыгая ругательства, проклятия, грязные намеки на их родителей, на обстоятельства рождения, на их порочные склонности.

Сантейр, обретя спокойствие, пытался понять причину происшедшего и уже начал планировать мероприятия, призванные сохранить безопасность государства.

Такие действия могущественного Ордена в совокупности с заговором Мак-Рори могли означать только одно: существование широкого заговора, цель которого – свержение Имра и восстановление на троне Гвинедда династии Халдейнов.

И если уж в заговоре участвуют михайлинцы, то можно с уверенностью сказать, что претендент на престол – настоящий Халдейн. Михайлинцы впустую не играют, они наверняка сделают все, чтобы их попытки увенчались успехом. И теперь рыцари-михайлинцы где-то концентрируют силы, чтобы нанести удар. Удалив всех невоенных членов Ордена в безопасное убежище, они сделали себя неуязвимыми для преследователей и репрессий. Да, михайлинцы могли появиться где угодно!

Коль тоже хорошо понимал и причины, и последствия исчезновения михайлинцев, но мысли его работали в несколько ином, чисто личном направлении. И это привело его в ужасное состояние. Он считал себя очень умным и дальновидным, но оказалось, что это совсем не так! Он – идиот! Все его хитроумные интриги ради создания видимости предательства Катана, убийство Молдреда, убийство самого Катана – все это привело к образованию настоящего, а не фиктивного заговора, он сам помог формированию новой силы в Гвинедде, даже не подозревая, насколько эта сила велика и могуча. Он был простой пешкой в игре, всю глубину которой он только что смог увидеть, и теперь та сила, которую он сам вызвал к жизни, мощным ураганом сметет его, как пушинку. Должен ли он жертвовать собой ради короля?!