Рыцарь понарошку - Олег Бондарев

– Думаю, нет. Если Мон не врет – а на сей раз он слишком испугался, чтобы врать, – то тот дедушка…

– Морри Файнэ! – напомнил рыцарь. Ножны с палашом он привесил на пояс – так было намного удобнее. Куда б еще шлем деть, а то идти с ним в руке…

– Точно, Этельме. Так вот, если это действительно был он, то нашей спутнице ничто не грозит: декан вряд ли поднимет руку на собственную ученицу. Скорее всего, ее просто накажут…

– Накажут? – Фэт тут же представил, как Элви снимает штаны, ложится на лавку, а здоровенный декан факультета Перевертышей берет ремень и, замахнувшись…

– Пороть или ставить в угол у магов не принято! – улыбнулся Кушегар. – Правда, по сравнению с тем, что обычно предлагает к выполнению провинившемуся Совет, любая порка покажется манной небесной… Впрочем, давай пока не будем думать о плохом: у тебя впереди еще масса сражений с не самыми слабыми рыцарями. Сейчас, на банкете, можешь чуть расслабиться, но не забывай поглядывать на сидящих за столом: кто-то из присутствующих, возможно, в будущем окажется твоим соперником. Изучи их.

Фэт кивнул.

– Ну, вот и отлично, – облегченно вздохнул Кушегар. – Тогда пошли.

У дверей стоял молодой парень в нарядных одеждах глашатая. На груди его красовалась корона.

– Добрый день, господа, – он поприветствовал друзей низким поклоном. – Как прикажете вас объявить?

– Ну… – задумался Фэт, но Кушегар не дал ему закончить.

– Сэр Жруно де Фэт, великий рыцарь, спаситель Астрата, победитель дракона. А я – сэр Кушегар, которого сэр Жруно одолел в честном поединке и сделал, как победитель, своим оруженосцем.

– Отлично, – кивнул парень. – Входите!

– А зачем он спрашивал? – шепнул лентяй, толкая дверь.

Ответить Кушегар не успел – опередил глашатай:

– Величайший рыцарь всех времен и народов, единственный человек, спасший Астрат от неминуемой гибели, победитель несчетного множества драконов… Сэ-э-эр Жруно де Фэт!

Фэт от такого объявления покраснел: сидящие за длинным столом рыцари разом повернулись к нему. Их заносчивые взгляды, казалось, задались целью прожечь в хвастуне сотню сквозных дырок.

Комод же, напротив, важно надулся, ожидая, когда объявят его. Однако глашатай молча затворил за ними дверь. Барон помрачнел, но лишь на миг: секундой позже он уже белозубо улыбался собравшимся в зале дворянам.

– О! Кого я вижу! – раздалось с дальнего конца стола. – Сэр Кушегар!

– Мой король! – еще шире ощерился Комод. Его низкий поклон засвидетельствовал огромнейшее уважение правителю Астрата.

– Какой милашка! – сладострастно вздохнули на том конце стола. – И кто это с тобой?

Фэт поднял голову и увидел короля.

Ну, точнее того, кого только что назвал королем Кушегар.

На большом, изукрашенном каменьями и золотом троне сидел маленький морщинистый мужичок лет пятидесяти. Седовласый, бородатый, с маленькими голубыми глазами и торчащими ушами. Губы у мужичка тонкие, нос узкий. Редкие брови, больше похожие на женские (те постоянно их прореживают). На голове – корона.

Несомненно, это – тот самый Стронций Барий Третий, король Астрата.

Но он не вызывал в Фэте благородных чувств, желания умереть за родину. Все, что он мог вызвать, – это сострадание и жалость. И немного даже – отвращение.

Разве пристало королю называть подданных «милашками»?!

– Это – мой господин, – ответил Кушегар. Рыцари за столом от таких слов разом поутихли. Король же лишь выгнул тонкую бровь:

– Господин? Как это понимать?

– Очень просто, Ваше Величество: он победил меня в бою, а так как у меня ничего, кроме меча, не было, сделал своим оруженосцем, – без запинки повторил Кушегар.

– И ты принес ему клятву?

– Я не нуждаюсь в клятвах, – подал голос Фэт, мрачно глядя на короля. – Он дал мне слово. Этого достаточно.

– У, какие мы грозненькие! – просюсюкал король. – Ладно, это, конечно, очень завлекательно, но оставим наш разговор на потом. В двенадцать начинается парад открытия турнира, и я бы хотел, чтобы все мои гости на тот момент были сыты.

Рыцари поддержали его согласными криками.

– Присаживайтесь за стол! – Стронций подмигнул стоящим у двери друзьям и указал на лавку рядом с троном.

Барон кивнул и толкнул «господина» в бок…

– А где же сэр Ровэго? – поинтересовался король полушепотом, когда друзья уселись на лавку.

– Он не смог приехать.

– Почему?

– Денег у нас не слишком много. Да и одеть нечего было… А про те наряды, что раньше у нас с сэром Ровэго имелись, спросите у сэра Холигана.

– Хорошая идея, – ухмыльнулся король и воскликнул: – Сэр Холиган!

– Да, Ваше Величество? – Из-за стола встал рыжебородый великан.

Фэт мигом впился в рыцаря взглядом. Сэр Холиган оказался могуч, однако и ростом, и шириной плеч уступал лентяю. Впрочем, не настолько, чтобы можно было с уверенностью говорить о победе: этот гигант еще не стар, а значит, все так же техничен и силен. Дожить до его возраста, не умея как следует управляться с мечом – задача для настоящего рыцаря непосильная.

Правда, Кушегар говорил, что он болен… Может, недуг действительно ослабил рыжего?

– Что вы сделали с нарядами сэра Кушегара и сэра Ровэго?

– Я выстлал ими свинарник, – невозмутимо ответил Холиган.

Рыцари дружно заржали; кто-то похлопал великана по плечу, благодаря за хорошую шутку.

Король тоже немного посмеялся в кулачок, а потом вновь обратился к Комоду:

– Вот видите, сэр Кушегар, какая сволочь? Он – как паук. А вы с сэром Ровэго – две мухи. И вы попались в ловко сплетенную им паутину, совершенно не ожидая ее в том самом месте, куда он действительно поставил сети!

«Во как закрутил! – с уважением отметил Фэт. – Все ж таки не зря корону носит!»

– Чего задумался? – толкнул его Кушегар. – Налетай: до ночи мы поесть вряд ли сможем!

– Думаешь?

– Еще бы! Сегодня же не только парад – конные бои еще. Помнишь, что я тебе о копье говорил?

– Его надо держать обеими руками, направив строго противнику в грудь. И, когда от наконечника до соперника останется шесть-семь шагов, со всей силы швырнуть его вперед, а самому спрыгнуть с лошади, – протараторил рыцарь.

Кушегар только довольно причмокнул: несмотря на природную лень, уроки барона Фэт усвоил назубок. Комод только диву давался, когда ученик на какой-то вопрос отвечал заученными наизусть словами учителя. И это при том, что Кушегар всегда говорил только один раз!

Знал бы он, что Фэт еще и грамоте обучен… Впрочем, лицо его рыцарь даже представлять себе боялся.