Лорды гор. Любовь и корона - Ирмата Арьяр

Фрейлины заплели ее волосы в косы, закололи гребнями, накинули на голову принцессы отороченный мехом капюшон и отошли на несколько шагов, создавая для собеседников видимость уединения. Заметив их маневр, Виолетта нахмурилась.

– Вы позволите взглянуть, что вы читаете? – Еще одна неуклюжая попытка кронпринца быть галантным, как будто никаких потопов не случилось, разгладила морщинку на лбу девушки.

Она вложила между страниц закладку и, закрыв книгу, протянула ему.

Принц раскрыл и не удержал неприязненной гримасы: принцесса изучала позорные страницы имперской культуры, продиктованные тиранией владык – сохранившийся с древности регламент поведения жен, наложниц и фавориток в гареме. Многоженства у аристократии ласхов давно не существует, как и гаремов, полигамия не поощряется – замечено, что множество партнерш неблагоприятно для магии, но Алэр зачем-то решил возродить отвратительные традиции.

Рамасха вложил вместо закладки послание для принцессы и вернул книгу.

– Надеюсь, эти знания никогда вам не пригодится. Эти традиции давно устарели.

– Лет на триста? – усмехнулась Летта.

– Больше. Гаремы правителей Севера существовали до прихода Темной страны. Та трагедия многое изменила в нашей культуре. Если вам интересно, я расскажу, пока слуги приводят в порядок ваши покои.

– Интересно. Но сейчас я хотела бы знать, что все-таки здесь случилось. Почему так внезапно хлынула вода?

И Рамасха изложил заранее придуманную Ярреном версию:

– Судя по тому, что задеты только помещения, где находились гости из Гардарунта, это была мелкая месть инсеев дочери изгнавшего их короля. Не беспокойтесь, больше подобного не случится.

У Летты руки чесались поскорее открыть книгу и прочесть записку. Но у принцессы должна быть железная выдержка.

– Но вы понимаете, что всего предусмотреть невозможно, особенно, когда дело касается магии, – признал кронпринц. – Уверяю, я и ваши телохранители сделаем невозможное, чтобы обезопасить вас. Жаль, что вы редко посещаете часовню.

Летта вскинула ресницы. Неожиданный переход.

– Раз в неделю, как полагается особам королевской крови. Для Безымянного главное, чтобы к нему обращались вот тут, – она прижала ладошку к груди в области сердца, и тут же поняла, что как заправская кокотка привлекла заинтересованный мужской взгляд.

– Если вы не маг, в храме вы получаете магическую защиту. Не обладая магией, простые люди черпают чужую силу и становятся подобны магам. Намагниченное железо будет так же притягивать иголку, как притягивает природный магнит. А бывает, пробуждаются скрытые силы истинной магии. Ведь в роду почти каждого человека когда-нибудь горела искра магии. В вашем роду особенно ярко, леди Виолетта. Все ждали, что у огненного короля и горной риэнны все дети будут одаренными. И есть только одно объяснение, почему вы не маг.

– Какое? – пересохшими губами прошептала принцесса. Как часто они с Виолой мечтали о магии и сетовали на жестокую судьбу! И что с того, что в Гардарунте любая магия под запретом, кроме королевской? Ведь они с сестрами – особы королевской крови.

– Запрет, наложенный старшим родственником по крови. Я знаю, горные колдуньи, ставшие во главе рода, способны запереть магию во всех своих единокровных потомках.

– Но зачем?

– Сила, леди. Тем самым они обретают невиданную силу. Представьте, что у вас сто веток для костра. Что будет гореть ярче – каждая веточка по-отдельности, или сложенная из них куча? А королева Хелина – очень сильная колдунья.

– Но это же… это же жизнь за счет своих детей! Мама не такая! – вся тщательно отрепетированная выдержка Летты слетела в один миг. Она вскочила, уронив книгу с колен. – И отец не позволил бы ей!

– Простите, если огорчил вас, предположив дурное, но такие случаи довольно известны, и раньше с этим боролась Белая королева, а теперь, наверное, за законностью таких запретов следит совет горных кланов. Ваша мать – крупная фигура в Белогорье, несмотря на ее затворничество в горном замке, и даже, смею думать, она игрок. И у нее может быть свой расчет, а совсем не личная корысть. И, если она в самом деле заперла ваш дар, то с ведома и позволения Белогорья. Не вините ее. Я уверен уже на девяносто процентов, что в вас есть искра, леди Виолетта. Сегодня я увидел ее отблеск в ваших глазах.

Летта не выдержала пристального взгляда дивных глаз кронпринца, в которых опять что-то так сверкало, словно вращались звездные галактики. Потупилась. И вовремя, – успела заметить, что леди Эбигайл потянулась к выпавшей из книги записке. Летта быстро отступила в сторону, будто нечаянно прижав сложенную бумагу каблуком.

– Я прощаю вас, ваше высочество. Верю, что вы не хотели оскорбить мою мать подозрениями. А что слышно о моем телохранителе?

– Последнее, что я слышал, – вы отказали ему в аудиенции. Он очень расстроен. Не наказывайте его слишком сильно, он очень раскаивается.

– Я не отказывала. Я была занята, – зарделась девушка, вспомнив, что в тот момент нежилась в горячей воде.

– Да вот и он. И ваша фрейлина.

Летта повернула голову и побледнела, встретившись с дерзким взглядом Марцелы. Зачем он привел эту змею? – мгновенно разозлилась Летта, но под внимательным взглядом северянина так же быстро взяла себя в руки. Никогда. Никогда она не покажет слабости. Злость… контрпродуктивна, как говорит умная Исабель.

А записку она забрала, изобразив, что подвернула ногу.

И прочитала ночью при тусклом свете жаровни, радуясь, что теперь может не прибегать к посредничеству леди Исабель. Тем более, что такая умная женщина, как южанка, сумеет извлечь выгоду из любого знания, даже только из факта, что императорской невесте писал принц Игинир.

А сообщал он о том, что, пользуясь суматохой, его верный человек положит в секретное место шкатулку с защитным амулетом для нее. Ей нужно носить его тайно и никогда не снимать.

Как ни хотелось Летте оставить записку, чтобы хранить у сердца и перечитывать каждую ночь, но, стоило ее лишь дважды перечитать, как клочок бумаги вдруг рассыпался в горячей девичьей ладошке на горсть снежинок и растаял.

Летта сжала мокрый кулачок и улыбнулась. Глаза ее тоже стали мокрыми от счастливых слез.

Беспокоится. Защитным амулетом снабдил.

Получается, она ему не безразлична?

Глупый принц. Искра в ее глазах – это никакая не магия, а любовь.

* * *

Сюрприз, позволивший так быстро, если не сказать суетливо, без тщательной подготовки провернуть операцию по затоплению, был унаследован не от Рагара. От инсеев, спрятавших его в недрах дворца. И в том, что Яррен его обнаружил и заставил сработать до того, как им воспользовались устроители, была большая удача.

Младший лорд горного дома Ирдари обучался водной магии только в самом раннем детстве, когда его дар еще только зарождался и, увы, не внушал надежд учителям, а это были лучшие и умнейшие из инсейских магов. Отец был жутко разочарован. А его мать, горная леди, урожденная Ирдари, лишь улыбнулась, услышав приговор сыну. Улыбка была быстрой, как солнечный блик на речной волне, но мальчик заметил. Она так редко улыбалась.