Забор, чердак и прочие неприятности - Анна Митро

‒ А у тебя и так все прекрасно, циферка к циферке, и на работе, и в личной жизни, тут и гадать не нужно, пары лет не пройдет, как мамой станешь, ‒ девушка ошарашено отняла руку, а женщина продолжила говорить, смотря на двух подруг. ‒ Только вот две вас, кровных сестры, третьей тут нет. А дикая свора наметила целью справедливость иных. Третью сестру спасать надо, тьма за ней огромная и если не остановите, то погаснет ведьмин огонь у майского древа, а после тьма поглотит эту землю, ‒ тут сзади, поскользнувшись, упал пожилой мужчина, девчонки бросились его поднимать, обернулись, а цыганки и след простыл. Сколько не искали они ее, испарилась, будто и не было.

‒ Что будем делать? ‒ Даша с надеждой смотрела на оборотницу, так как та обычно была очень рассудительна.

‒ Не знаю, но как бы я не относилась к представителям этого народа, гадалка правду сказала, ведь никто не знал о кровном родстве, кроме семьи. Никто кроме нас ее не чувствует. Значит, она видит больше остальных. Надо сказать Саше, обязательно, чем раньше, тем лучше. Звони. Только пока ни слова, ‒ Даша кивнула и достала телефон.

‒ Привет сотрудникам сыска!

‒ Дарьюш, мне немного неудобно и мы только что расстались, что могло произойти за такое короткое время?

‒ Шурка, а давай за то, что ты пропустила гуляния, устроим сегодня девичник? Отметим, костер разожжем, попрыгаем?

‒ Хорошо, Елизар как раз позвонил, предупредил, что уезжает в командировку. Только я тут надолго, часов в девять вас заберу, будьте у Марины.

‒ Отлично! Мы тебя любим! И Марка! И даже Антона, пусть пока кое-кто еще не осознал, ой.

‒ И я вас, подзатыльник получила? ‒ рассмеялась Саша и, услышав лукавое «Угумс» в ответ, сбросила разговор.

На город спустились сумерки, девушка устало рулила в сторону подруг, сил было только доползти до подушки и рухнуть, но раз обещала, то празднику быть, да и не помешает легкое веселье, после все увиденных и услышанных ужасов. Смерть это всегда страшно и печально, но убийство это еще и мерзко. Ведьме хотелось очиститься от этой скверны, что разъедала ее душу после места преступления. И влетевшие и радостно галдящие подруги были как никогда кстати.

‒ С чего начнем? ‒ спросила она у них.

‒ Начнем с разжигания костра, распивания горяче-горячительного, ‒ потрясла термосом Дарья, ‒ а потом пойдем на чердак, ты же остаровский алтарь не делала? ‒ ведьма отрицательно покачала головой.

Через сорок минут девушки прыгнули по три раза через костер, Саша потушила его «словом огня» и они поднялись на «ведьмин чердачок».

‒ Нам нужны бледно-зеленые и персиковые свечи, крашенки и распустившиеся ветки, и если с первым нет проблем, то со вторым и третьим я не знаю, как быть, ‒ развела руками Саша.

‒ Чтобы ты без нас делала? ‒ прищурилась блондинка и жестом фокусника достала из пакета палетку раскрашенных яиц, несколько веточек пушистой вербы и кадку с нарциссами. ‒ Вот, оцени, какая прелесть.

‒ Мило получилось, ‒ подбодрила суетящуюся подругу Марина, глядя, как загораются одна за другой свечки.

‒ Кузя, выходи! ‒ Саша поставила на стол блюдца с молоком и блинами, рядом тут же возникло мохнатое нечто, довольно проурчало: «спасибо», и начало методично уничтожать угощение, не обращая внимания на девушек. ‒ Ну вроде все сделали как положено, ‒ она с блаженством села на уютно принявший ее в свои объятия диван.

‒ Дорогая, нам жаль портить тебе настроение на ночь глядя, но нужно серьезно поговорить, ‒ начала было Марина.

‒ Вот так и знала, что что-то случилось, когда ты мне позвонила, ‒ Саша расстроено и немного сердито посмотрела на Дашу. ‒ Что сразу не сказали? ‒ та развела руками и ткнула брюнетку в бок.

‒ Понимаешь, когда ты уехала мы наткнулись на цыганку, и я бы ее отшила, знаешь же как к этому народу отношусь, но слова ее запали в душу. Она и правда ‒ видящая, ‒ Марина замолчала.

‒ Что она вам сказала?

‒ Ты не поверишь! ‒ вскинулась Дарья. ‒ Маринке сказала, что она со своей судьбой уже знакома, только тормозит жутко. Мне, что я рожу в ближайшее время, но это все фигня, она увидела нашу кровную связь и сказала про тебя. В том-то и вся загвоздка. Предсказание странное, ‒ замялась девушка.

‒ Она сказала, что дикая свора наметила целью справедливость иных. Третью сестру спасать надо, тьма за ней огромная и если не остановите, то погаснет ведьмин огонь у майского древа, а после тьма поглотит эту землю, ‒ процитировала Марина. ‒ Но расшифровать этот ребус нам придется самим, гадалка испарилась, стоило нам на секунду отвлечься.

‒ Потрясающе, и как это понимать? ‒ Саша недоуменно глядела на подруг.

‒ Ну мы тут рассуждали, пока тебя ждали, справедливость иных это Судья, ты. Дикая свора сама знаешь, что это.

‒ Да, Марин, это собаки дикой охоты дьявола, низшие демоны. Но на меня давно никто не нападал, последний раз еще до нового года. А остальное? Стой, Майское древо это символ Белтайна, а ведьменым огнем называют и нашу силу, и Вальпургиеву ночь, что предшествует ему. Девочки, это же про мою свадьбу?! А тьмой может быть только демон? Что происходит-то? Ничего не понимаю, причем здесь то, что я выйду замуж?

‒ Ну не знаю, может что-то должно произойти в это время? Или Елизар не тот за кого себя выдает?

‒ Марин, ты что? Это же любимый человек нашей кровной сестры! Как ты можешь так говорить? ‒ бросилась на нее Даша.

‒ Я рассматриваю все варианты, даже самые худшие, и поверь, этот мне тоже не нравится.

‒ Даш, успокойся, она права. Я люблю его, он самый лучший на свете, но морально мне надо быть готовой к любому повороту событий. Хотя в это не верю. Он замечательный. Да и демон, что я два раза видела, на него не похож совсем. Давайте посмотрим книгу по теневикам, а то у меня руки до нее не доходили все это время. А надо бы изучить противника.

С этими словами она залезла в тайник, достала книгу в обложке из черной коже и, склонив над ней три головы, подруги погрузились в чтение. Первую половину талмуда пролистали почти не глядя, так как там было описание низших демонов, а нужен был кукловод. Наконец, Саша ткнула пальцем в картинку.

‒ Он, оба раза я видела его. Причем вот это лицо мне тоже знакомо.

‒ Шур, точно? Это Данталион, герцог, демон, со многими лицами, заставляющий делать скверные поступки, и добрые намерения меняющий на злые. Но тут написано, что он командует многими легионами, зачем ему делать что-то самому? Только если его об этом попросил кто-то более могущественный. Давай смотреть дальше, может кого-то и узнаешь.