Дикий легион - Григорий Шаргородский

– Легион!!!

Неглубокая у берега река без проблем затормозила мой порыв, а вот общая масса диких, казалось, отодвинула даже эту невероятно упругую субстанцию. По водной глади пошла волна, которая буквально через несколько секунд ударилась в фонтанирующих брызгами тварей. А затем в них ударили легионеры. Я успел рассмотреть только первые секунды боя. Ближайший ко мне монстр пробил прикрывшихся скутумами диких, как стальной клинок проникает в обычную плоть. И тут же завяз. Легионеры услышали мой призыв и дружно навалились на чешуйчатого льва, стараясь вдавить его щитами в воду. Но перед этим тварь сумела располосовать как минимум четверых бойцов. Вода вокруг нас моментально стала бурой от крови диких. Ну а дальше пришел мой черед. С коротким рыком очередной монстр перемахнул через ряды легионеров и приводнился прямо предо мной, обдав обильными брызгами. В голове мелькнула мысль хоть как-то воспользоваться мечом, но мне удалось ее преодолеть. Даже вытаскивая клинок из ножен, я чувствовал, насколько это инородная в моих руках вещь. Выронив меч, я обеими руками вцепился в щит. Угадал я с одним – меч действительно был лишним. А вот с надеждой, что меня прикроет щит, вышла промашка, хотя это как посмотреть.

Жуткий удар прогнул металлическую поверхность. У меня мгновенно отнялись руки.

Как бейсбольный мяч, я взмыл практически над головами диких.

За пределы водного поля битвы меня так и не выкинуло, и вместо приземления получилось приводнение. Глубины там было – кот наплакал, но все равно я едва не утоп. И все потому, что на меня кто-то наступил. Через пару секунд стало понятно, что это не случайность. С большим трудом я вывернулся из-под давящей на меня ноги и наконец-то сумел поднять голову над водой.

Злобно взревев, Быстрый Кабан попытался вдавить меня обратно. Похоже, невзлюбивший меня дикий как-то извращенно понял мой собственный приказ. Веселого было мало – силы у дикого значительно больше. Меня пока спасало то, что Кабан решил сделать все по-тихому. А ведь мог проткнуть меня гладиусом или просто огреть им же по голове.

Неужели мы проморгали атаку какого-то очень сильного ментального мага тальгийцев?

То, что мои догадки ошибочны, стало понятно буквально чрез мгновение. Внезапно Кабан резко дернулся и, захрипев, рухнул в воду рядом со мной.

– Вождь, ты в порядке? – спросил Медведь, наступая на труп родича и выдергивая гладиус единственной целой рукой.

– Да, – откашливаясь, ответил я и почувствовал, как сильные руки поднимают меня на ноги.

Это подоспели Кот и один из его разведчиков. Они быстро вытащили меня на берег и тем самым дали возможность посмотреть на происходящее в реке со стороны. Мы побеждали, но победа эта могла стать пирровой. Дикие повисали на монстрах целыми гроздьями, но не всегда у них получалось долго продержать их под водой. Когда монстр стряхивал с себя опасный груз, несколько диких отлетали в стороны исполосованными и изломанными куклами.

Но решительность моих легионеров переросла в фазу исступленности, и остановить их могла только смерть. Еще пара минут – и последний монстр затих под навалившимися на него зеленокожими.

– Всем назад! – приказал я, чувствуя приближение беды. – Вытаскивайте раненых. Собрать «черепаху»!

Несмотря на усталость и ранения, дикие выполнили команду. Легионеры начали выходить на берег, прихватив с собой уцелевших и погибших товарищей. Через минуты на берегу собралась прикрытая щитами толпа, иначе и не скажешь. По коже пробежал озноб от сработавшего деструктора. Только теперь мы заметили застывших на холме троих магов, прикрытых полусотней конных лучников. Швырнув в нас пару чахлых молний, противник отступил.

– Разойтись, – скомандовал я, когда Лек и Тири выключили деструкторы, а остатки тальгийского отряда скрылись за холмами. – Тири, займись ранеными. Всем остальным – помогать ей.

Дикие бросились бережно раскладывать раненых на берегу, но не все выполнили мой приказ. Турбо собрал с десяток легионеров и загнал их в реку вылавливать брошенное оружие и щиты, а также вытаскивать на берег тела монстров.

Я хотел вмешаться, но, увидев, как дикие потрошат варулов, решил не спешить. Гном редко ошибался в вопросах прибыли для легиона, так что наверняка знает, что делает. К тому же у меня появились дела поважнее.

Со стороны расположения основной армии послышался топот, а затем из-за холма появилась еще одна кавалькада. Теперь она была повнушительнее. К моей радости, рядом с мужиком в дорогих доспехах и в шлеме, украшенном короной, ехал не взбалмошный принц, а Вайлет. Это как минимум обнадеживающий знак.

Кавалькада остановилась, не доезжая до импровизированного госпиталя полсотни метров, так что мне пришлось быстрым шагом направиться к спешившемуся королю.

– Ваше величество… – поклонился я монарху, так, как до этого Вайлет кланялся принцу.

– Это были варулы? – спросил король, ошарашенно осматривая диких, с энтузиазмом разделывающих монстров. От удивления он даже снял с головы шлем. – Но как? Эти твари сегодня разорвали почти сотню моих рыцарей.

– Нам просто повезло, – устало пожал я плечами.

Если честно, говорить с королем мне не хотелось. Тири явно не справлялась с жуткими и многочисленными ранениями легионеров. И прямо сейчас я мог лишиться буквально всего, а тут еще этот венценосный экскурсант.

Король наконец-то справился с удивлением, и его лицо приняло величественное выражение:

– Полусотник… – замялся он, но после быстрой подсказки Вайлета продолжил: – Илья Смирный. Твоя отвага и скромность достойны рыцарской чести. На колени…

– Ваше величество, – не очень вежливо прервал я короля, пока он не успел вытащить из ножен свой меч, – прошу великодушно простить меня, но я не имею права давать вам клятву верности.

Свита короля загудела, как встревоженный улей.

– Почему? – от удивления Визар Хмурый даже не рассердился.

– Потому что связан другой клятвой. Не спрашивайте, кому и где я ее дал, это не моя тайна, и с ней связано слишком много крови и позора. Скажу одно – я очень высоко ценю оказанную мне честь. Поверьте, вы не пожалеете об этом, и вернее человека вам не найти.

Король немного подвис, и неудивительно – в обществе, где жесткие традиции буквально врастают в человеческую психику, любое отклонение вызывает растерянность. Чаще всего это выливается в злость, но как злиться на человека, который клянется тебе в вечной верности, хотя и отказывается от рыцарства?

Чтобы добить короля и параллельно решить свою главную проблему, я демонстративно встал на одно колено:

– Ваше величество, если я достоин хоть какой-то награды, прикажите магам помочь моим воинам. Каждую каплю потраченной на них магии мы вернем верностью и храбростью на службе трону Дорака и вам лично.

От столь откровенного целования монарших ягодиц меня даже замутило. Или это из-за запаха, который доносился от реки? Но в любом случае, чтобы вытащить моих парней, я был готов и не на такое.